Бракосочетание 84-летнего актера Ивана Краско и его возлюбленной, 24-летней Натальи Шевель, вызвало бурный общественный резонанс. В Сети до сих пор смакуются подробности личной жизни необычной пары, а журналисты идут на все, чтобы поднять тираж своих изданий и привлечь как можно больше зрителей к своим шоу, часто переходя все границы. Woman.ru связался с Натальей Краско и с удивлением узнал, что девушка к такому вниманию прессы совсем не была готова. Выслушать ее историю и развеять все сплетни и домыслы вокруг этого неординарного союза мы попытались в нашем эксклюзивном интервью.

  • Наталья Краско
    Наталья Краско (в девичестве Шевель) родилась в Севастополе 2 ноября 1990 года. Все детство провела в Крыму, в 20 лет переехала в Санкт-Петербург

С 24-летней Натальей Краско мы встретились для фотосъемки в парке ВДНХ в Москве. Это стало для нас большой удачей, ведь актриса со своим супругом, 84-летним актером Иваном Краско, живет в Санкт-Петербурге. В столице девушка пробыла всего один день — целью посещения Белокаменной были съемки в одном телепроекте. Однако они сильно испортили настроение Наталье, поэтому нас она встретила с недоверием и настороженностью.

«Не ожидала я такого ажиотажа вокруг нашей свадьбы. Правда. Знала, что будут судачить, обсуждать меня в Интернете, но чтобы журналисты так нагло себя вели и обманывали...» — грустно вздыхает Наташа.

Не вдаваясь в подробности, обрисуем ситуацию: Наталье Краско предложили принять участие в программе, посвященной юбилею ее супруга Ивана Ивановича. Девушка приехала в Москву на съемки, но оказалось, что главной темой телешоу стал ее неравный брак, причем, по словам Краско, никто и не пытался понять истинных причин столь необычного союза. В основном в адрес Наташи летели лишь оскорбления, обвинения в жажде славы и денег и даже не самые приятные медицинские диагнозы... Woman.ru попытался взглянуть на творческую пару другими глазами и внимательно выслушал влюбленную петербурженку.

Woman.ru: Наталья, как изменилась твоя жизнь после свадьбы?

Наталья Краско: Совсем не в ту сторону, как хотелось бы (грустно улыбается). В течение одного дня мой номер телефона узнала вся Москва. Мне стали названивать журналисты, кажется, всех существующих изданий — и питерских, и московских. Я отключала телефон, блокировала «входящие», потому что выносить звонки было невозможно — вопросы задавались одни и те же, как на подбор глупые, низкопробные.

«Всех интересовало, в какой момент «вспыхнули чувства», был ли у нас секс, будет ли... После первой брачной ночи мне уже звонили с вопросом: «Как у вас все прошло?» Для меня это за гранью приличий».

В конце концов мы с Иваном Ивановичем наняли директора, который теперь занимается организацией наших интервью. Иначе, думаю, я бы сошла с ума. Но хуже всего, что в основном журналисты пытаются раскопать сенсацию, что-то эдакое. Ради этого идут на обман, названивают моим родственникам и пытаются ударить побольнее.

Woman.ru: Неужели ты не можешь просто отказаться давать интервью?

Н. К.: Сложно отказывать, когда давят на жалость. Умом это я вроде бы понимаю, но мы с Иваном Ивановичем такие люди — слишком добрые. Когда перед нами плачут, на колени встают, начинают умолять...

Woman.ru: Ты не шутишь?!

Н. К.: Я абсолютно серьезно! От этого еще печальнее. Не раз слышала фразы от некоторых журналистов: «Нас выгонят с работы, если вы не дадите нам интервью...», «Редактор — зверь, меня ждет сокращение, если я не сделаю с вами материал...», «Нам неудобно вас просить, мы все понимаем, но ради Бога, заклинаем вас, ответьте на парочку вопросов! Это недолго» И все в таком духе.

«Иван Иванович знает, что такое интервью, и понимает, что в условиях кризиса увольнение журналиста возможно, если он не предоставит в редакцию материал. Поэтому и идет навстречу репортерам. Но не всегда тем, кому действительно грозит сокращение».

У нас с мужем даже начались разногласия. Он мог кому-то дать согласие на интервью, а потом забыть об этом. А люди ведь приезжают, настаивают на встрече, говорят, что он обещал... И это для него уже дело чести — раз пообещал, значит, нельзя отказывать.

Woman.ru: На волне такой твоей внезапной популярности у тебя не объявились новые «старые» знакомые?

Н. К.: Да, стали появляться люди, с которым я общалась лет 10-12 назад. Звонят, предлагают встретиться. Возводят меня в статус «лучшей подруги», хотя мы таковыми и не являлись никогда. Да, мы, может, и гуляли в одной компании когда-то, но наше общение прекращалось в основном из-за их предательств. Теперь же я слышу от таких «друзей» вопросы: «А почему нас на свадьбу не позвала? Почему на телевидение не пригласила? Мы что, не друзья больше?» К сожалению, со мной действительно многие хотят общаться из-за выгоды. Мало кто поддерживает.

Woman.ru: К слову, о пиаре и выгоде. В СМИ тебя обвиняют в том, что ты вышла замуж не по любви...

Н. К.: Да, все уверены, что я вышла замуж лишь ради пиара. Но не все знают, что Иван Иванович мне ничем не помогает в работе, в актерской карьере. Сейчас мы с моим бывшим курсом (Наталья Краско окончила факультет филологии, журналистики и актерского искусства в Санкт-Петербургском институте гуманитарного образования, где преподавал Иван Краско, — прим. Woman.ru) создаем свой театр, постоянно репетируем, продумываем репертуар. И все сами, без чьей-либо помощи.

«Если кто-то думает, что после нашей свадьбы и раздутого из нее скандала на меня посыпались предложения от режиссеров и продюсеров, то нет, я вас разуверю. Новых проектов не появилось, и я их и не жду. У меня есть, где работать. Конечно, если мне предложат съемки в фильме, то соглашусь, но только если понравится сценарий».

После замужества я не стала баронессой или графиней, у меня не появилось множество драгоценностей или парочка квартир. Финансовое положение моего супруга обычное, зарабатывает Иван Иванович как все люди. Нам хватает.

Woman.ru: Тогда что же за чувство между вами?

Н. К.: Это не любовь в привычном обывательском понимании. Нет безудержной страсти, ахов-вздохов, возбуждающих объятий при Луне. Может быть, этому чувству и нет названия. А может, это другой оттенок любви, которому свойственно милосердие, уважение, сочувствие, сопереживание, желание помочь и поддержать, желание жертвовать собой ради другого...

«Я понимала, что слухи обо мне пойдут плохие: когда возникает такой неравный союз, никто не верит в искренность чувств. В голове сложно уложить тот факт, что я преклоняюсь перед гением мужа. Проще назвать меня хищницей или девушкой легкого поведения, которая позарилась на... Но на что? Самой интересно узнать».

На злополучных съемках одного телешоу сексолог пытался мне доказать, что нормальная разница в возрасте между мужчиной и женщиной — десять лет. Больше десяти — отклонение от нормы, девиация. Слушайте, ну тогда вся моя жизнь — сплошная девиация (смеется). Я не могу существовать в рамках, в пределах, не выношу ограничений. И я рада, что так живу.

Woman.ru: Тогда зачем вы с Иваном Ивановичем ограничили себя традиционными общественными рамками и зарегистрировали брак?

Н. К.: Когда мы с Иваном поняли, что хотим быть вместе, он сказал мне, что никогда не имел любовницу. Он всегда относился к женщинам с большим уважением. И раз уже мы живем в одной квартире, раз нам хорошо вдвоем, то для него дело чести — жениться на мне и возвести в официальный статус супруги.

«Я же видела более философский смысл в нашем браке. У Ивана Ивановича есть сын Андрей, который стал прекрасным актером. Однако, сразу скажу, мой муж не помогал ему на этом пути. И понимаете, как замечательно выходит — в семье Краско самостоятельно выросли два талантливых человека».

Для меня это как знак свыше, как благословение — я не имею права опозорить эту фамилию: обязана доказать всем, что достойна ее носить. Должна двигаться вперед, работать, развиваться и не сдаваться. Чтобы по истечении времени кто-то сказал, что в этой семье Краско уже три человека достигли своих целей и стали кем-то в этой жизни.

Woman.ru: Ты с детства знала, что станешь актрисой?

Н. К.: Несмотря на то, что меня с малых лет называли талантливым ребенком, я к этому всегда скептически относилась и не любила, когда мне так говорили. Потому что понимала, что это не предел моих возможностей. В девятом классе я записалась в театральную группу детско-юношеского клуба «Данко», в котором преподавали лепку из глины, рисование, настольный теннис и даже брейк-данс.

«Среди прочего там был театр марионеток «Вилли Винки», в котором я и стала заниматься. Мы ездили на различные конкурсы, состязания, концерты. Кукольный театр — это здорово, но лет через пять мне захотелось попробовать себя в драматическом искусстве».

Я мечтала поступить в театральный институт, но мы с мамой не могли себе этого позволить. В Севастополе, где я родилась и прожила все детство, такого института не было. А обучение актерскому мастерству в других городах стоило очень дорого. В итоге я отказалась от своей мечты и пошла учиться на педагога дошкольного образования на заочное отделение, вышла замуж.

Woman.ru: Как ты оказалась в Санкт-Петербурге?

Н. К.: Мой первый супруг все время хотел уехать из страны, чтобы заработать денег, потому что в Севастополе с нормальной работой было туго. В итоге мы переехали в Санкт-Петербург, где у него жил отец со своей второй женой, первое время мы с мужем ночевали у них. Потом мы оба нашли работу и съехали на съемную квартиру. Я работала в парке развлечений билетером на детских аттракционах, параллельно оплачивала обучение. Как раз был последний курс.

На зимней ярмарке случайно познакомилась с одним актером, который изображал Деда Мороза. Я в шутку ему загадала снега на Новый год и поступить в театральный. Но в том году не прошла отбор. Со второго раза поступила в Санкт-Петербургский институт гуманитарного образования на курс Ивана Ивановича Краско. Там с ним и познакомилась.

Woman.ru: А что же стало с первым супругом?

Н. К.: Мы развелись с ним еще задолго до моей встречи с Иваном Ивановичем. Мой первый муж был хорошим человеком, с ним можно было бы создать семью, построить отношения... Но я поняла, что незачем. Мне было только 20 лет, а я уже все свое время на кухне проводила, кастрюли мыла. Рома, мой бывший муж, не давал мне возможности развиваться. Когда я ему говорила: «Дорогой, хочу поступить в театральный», он первым делом отвечал: «Денег нет». Все сводилось к быту. Для меня наши отношения зашли в тупик, и мне пришлось уйти.

Woman.ru: Куда же ты ушла после развода? Насколько правильно помню, ты приехала в Питер с Романом, с ним же квартиру снимала, своей жилплощади не было...

Н. К.: Я встретила человека, который любил меня, а я любила его. У нас было все замечательно, правда он был старше меня: Олегу было 40 лет, а мне 21 год...

«Тогда мне казалось, что разница почти в двадцать лет — это кошмар (смеется). Мне кажется, если бы я тогда узнала, что в будущем выйду замуж за Ивана Ивановича, то, наверное, вообще бы поседела. Тогда у меня еще не сформировалось понятие «свободы».

И вот я ушла к Олегу. У нас было много общего — он тоже человек искусства, окончил консерваторию. Он обеспечивал меня около 4 лет, но потом у нас закончились средства к существованию. Я не могла работать, потому что учеба в театральном вузе отнимала все мое время — с утра до ночи. Он, как мог, пытался заработать, но в итоге вернулся к своей семье.

Woman.ru: Он был женат?

Н. К.: Нет, он был в разводе, когда со мной познакомился. Просто, видимо, соскучился по детям, по жене... Хотя я никогда не препятствовала его общению с семьей. После нашего расставания я ушла жить к друзьям, месяца четыре находилась в свободном плавании.

Потом ближе познакомилась с Иваном Ивановичем. Он был одинок, я одинока — мы поняли, что нужны друг другу. Как это ни странно, но мой муж — единственный человек, которому действительно нужна моя жизнь. Со мной он расправил плечи, стал чаще смеяться, улыбаться, посещать различные мероприятия. Мне его друзья рассказывали, что до меня Иван был более замкнут, из дома не любил выбираться. А сейчас в нем проснулось желание жить, творить, работать, радоваться, трудиться.

Woman.ru: Как вы проводите совместное время с мужем? Чем занимаетесь?

Н. К.: Если вижу в кинотеатре премьеру хорошего фильма, то идем с Иваном Ивановичем в кино. Конечно, посещаем театр, смотрим новые спектакли. Вообще обычно мы оба пропадаем на репетициях, постоянно в работе.

«И в выходные мы с ним просто шутим, смеемся. У нас своя волна, свой юмор, не все поймут. Даже подумываем издать книгу «Смех счастливого циника». Много «прикалываемся», придумываем новые слова, так как оба по образованию филологи. Без юмора нашу жизнь невозможно представить».

Пофилософствовать и поговорить на серьезные темы мы тоже можем... Но, знаете, как говорил герой Олега Янковского в фильме Марка Захарова «Барон Мюнхгаузен»: «Я понял, в чем ваша беда — вы слишком серьезны. Все глупости на свете происходят именно с таким выражением лица. Улыбайтесь, господа, улыбайтесь!». Вот так и мы с Иваном Ивановичем. Смеемся, шутим, улыбаемся.

Woman.ru: К Ивану Ивановичу ты всегда на «вы» обращаешься?

Н. К.: Нет (улыбается). Дома я его, естественно, называю Ваней. Если хочу придать более серьезный оттенок разговору, то говорю «Иван!». А если злюсь, то обращаюсь к нему по имени отчеству, либо называют Еваном Евановичем, через «е».

Он же меня Натальей Александровной зовет только в театральном кругу. Дома я для него Гуля, Гуся. Так он и к детям, и к внукам своим обращается, так что для меня это своего рода знак, что я часть его семьи.