Я очень хорошо помню тот день, когда мы впервые встретились. Мне было нужно напечатать какой-то доклад, кажется, по информатике. Я села в машину, и ты спросил: "А она что, с нами?". Муж моей сестры ограничился кивком. Вы бесились всю дорогу, ты сунул шланг от стиральной машины в лужу, а потом грязные брызги полетели в лицо Эдику. Я сидела, и думала - "что за псих?". Потом, у меня не печатался какой-то символ, и ты усиленно пытался мне помочь, но к своему стыду, так ничего и не сделал.

С тех пор я часто заходила к сестре. И однажды поняла, что я не смотрю любимый сериал, а жду тебя. Ноги сами вынесли меня в коридор, ты вошел, наши глаза встретились. Где-то там глубоко внутри ухнуло и покатилось к твоим ногам мое сердце. Сейчас я могу спокойно об этом говорить, а раньше моя гордость мешала понять одну простую вещь: я стала твоя навеки. Пропала, утонула в блеске голубых глаз.

Я просила учителей дать мне доклады, чтобы прийти к Насте попечатать, находила любые предлоги для встречи с тобой. Я не сомневалась в твоей любви, звонила и молча слушала, как ты сердито шипишь в трубку: "Алло!" Я посылала тебе SMS-ки с неизменным текстом: "Димка, я тебя люблю!" Покупая кофточку, я думала о тебе, выбирая все на твой вкус, и радовалась, замечая, как при виде меня загораются любимые голубые глаза.

Приближалась Настюшкина днюха. Я собиралась, как на бал. Идеально было всё - макияж, прическа, даже бельё (как-будто его кто-нибудь увидит). Приехал Эдик, и, как всегда я попросила у него сотку. Я же не могла знать, что ты отдал ему свою!!! И когда в окошке появилось "НАТАША" я поинтересовалась, не собирается ли он разводиться с моей сестрой. И в один миг все встало на свои места. Капал дождик, который я так любила, но день был безнадежно испорчен.

За столом ты сидел напротив меня, такой родной и безнадежно чужой, что хотелось плакать. И я решила, что буду бороться до конца, и плевать на твою Наташу, в один миг это имя стало мне ненавистно. Только время шло. Никто бы не сказал, что мы чужие друг другу, но и не было ничего, что бывает между всеми влюбленными. Мы были больше, чем друзья, но меньше, чем парень с девушкой. Наверное, надо было делать какие-то шаги самой, но я боялась потерять то, что между нами уже было. Я ждала и надеялась, что в один прекрасный момент ты придешь и скажешь, что хочешь быть вместе со мной, и мы будем вместе.

А ты почему-то не приходил. Временами меня захлестывала волна ненависти и отчаяния, я была готова все бросить и больше никогда с тобой не встречаться. И каждый раз твои глаза отговаривали меня, обещая нежность и любовь. Я успела познакомиться с твоей девушкой, миллионы раз передумать одну и ту же мысль - "ну, чем же она лучше меня?" - и исписать стихами две общие тетради. Тогда я думала, что хуже быть уже не может.

Оказалось, что может. Ярко било в глаза солнышко, я радостно протирала клавиатуру только что приобретенного компьютера. Все было так спокойно и безмятежно, а через три секунды в моих глазах померк свет. Сестричка продолжала щебетать на кухне, а я пыталась переварить и заново осмыслить то, что сейчас только от неё услышала. ДИМА УЕЗЖАЕТ... УЕЗЖАЕТ... ДИМА УЕЗЖАЕТ - стучало в висках. Ничего не видя я вылетела на улицу, и сев на скамейку, разрыдалась.

Я вспоминала все то время, что мы проводили вместе. Помнишь, на старый Новый год вы напились с Эдиком и, когда я собиралась уходить, ты сполз с дивана, и лежа на полу так, чтобы меня было видно, долго-долго наблюдал, как я одеваюсь и подкрашиваюсь? А на мою любимую фразу: "Отвали, моя черешня" нагло ответил: "я ЕЩЕ не твоя черешня". ЕЩЕ... Три буквы, но сколько они мне дали надежды!

А помнишь, как мы ездили на ралли? Все давно разъехались, и Эдик решил испытать свой "Жигуленок". Он красиво съехал с горки, но старенькая "тройка" решила, что на достигнутом можно остановиться. И остановилась прямо в грязи, выбраться из которой ей оказалось не по силам. И вы с ним провозились больше часа, из принципа не желая звать никого на помощь. А я в это время сидела на какой-то горочке и давала ненужные советы. Потом тебе стало скучно, и в меня полетел комок сухой земли, потом еще один. Просто сидеть и терпеть я не могла, и когда мы все-таки залезли в машину, мои джинсы были в ошметках грязи. Я вспоминала, как мы бесились у Насти и Эдика дома, как ты стащил мою куртку и спрятал в машине, как вы с Эдиком закрыли меня в ванной, как я звонила тебе и ставила Диму Билана "Я так люблю тебя..." Неужели ничего этого больше не будет?

А через неделю я снова встретилась с тобой. И все было как всегда, те же бесконечные подколы, тот же смех, те же голубые глаза близко-близко. И мне стало казаться, что все это был лишь страшный сон, что ты никуда не уедешь, и я буду дальше так жить, видя тебя каждую неделю, и рассказывая подругам о каждой встрече.

А день твоего отъезда все приближался. Его я помню так же хорошо как все предыдущие встречи с тобой. Впрочем, нет. День твоего отъезда я проплакала. А накануне я впервые побывала у тебя дома. И так же веселилась, и прикалывалась, как будто мое сердце не разрывалось на сотню кусочков. Вряд ли ты заметил слезы в моих глазах, и вряд ли ты услышал, как моя душа кричит "не уезжай!!! Не оставляй меня одну!!!" На весь микрорайон было слышно песенку "Danzel" - "Pump it up", ругались соседки и пели птички. А я сидела в твоей комнате, обнимая старого плюшевого тигра, и думала, что все не может вот так вот взять и закончиться. Закончиться, не начавшись.

Потом ты уехал. Я рыдала, заслушиваясь "Pump it up", точно так же, как слушал её ты - на всю громкость, и, отматывая на начало всякий раз, как музыка заканчивалась. Я не расставалась с твоей фоткой - единственным доказательством того, что я не провела целый год во сне, и, что все это было реальностью.

Вряд ли кто-то поймет, каково это - смотреть на любимого, и осознавать, что он очень далеко, и вряд ли вспоминает о тебе, строча письмо своей девушке. Но все же надежда жила в моей душе. Ты приедешь в мае. Август, сентябрь, октябрь, ноябрь, январь, февраль, март, апрель... И приедешь ТЫ. Восемь месяцев, это чуть больше, чем полгода. Так думала я тогда. А ты, оказывается, можешь и не приехать.

- Я смогу, я справлюсь - убеждала я себя, глотая комок в горле. И вроде бы у меня получалось, но...
Но я должна была пройти следующее испытание. Настя с Эдиком развелись. Это означало только одно - тебя я больше никогда не увижу. Такие у нас с Эдей сложились отношения - я не могла просто позвонить ему, или прийти в гости на правах сестры его бывшей жены. И когда ты приедешь, мы не встретимся, как бы сильно мне этого не хотелось. Только я все равно жду.

И, сидя, на скучном уроке истории мечтаю, как однажды ты войдешь в этот душный кабинет, посмотришь на меня, так по-особенному, как умеешь смотреть только ты, и скажешь: "Ну, привет, что ли?" И от звуков этого родного, манящего голоса закружится голова. Я брошусь тебе на шею, и на теплой коже заблестят слезинки. В один миг мне станет легко и спокойно, и я наконец-то наберусь смелости и скажу то, что должна была сказать еще год назад, - "Я тебя люблю!" И пусть хмурится строгая историчка, мне будет уже на все наплевать. Ведь я тебя люблю. Вот и все.

Сейчас у меня есть парень, по иронии судьбы, его тоже зовут Димой. Мне хорошо с ним и я не хочу ничего менять. Просто боюсь, что когда ты приедешь, во мне снова проснется та безумно влюбленная малышка, и я все брошу и поеду на край света. Я боюсь твоего приезда и жду его.

Пусть все будет уже не так, как раньше, ведь многое изменилось, но я соскучилась. Возможно, теперь это для тебя не важно, возможно, я была просто развлечением, игрушкой, о которой ты, поиграв, забыл. Но если, в далекой Америке тебе попадутся на глаза эти строки, и ты почувствуешь то, что чувствую я сейчас... Хотя бы позвони мне. Пожалуйста!

Твоя Танка