Часть 2.

10.

Старший инспектор Джон Бассет лениво просматривал “Таймс”, время от времени поглядывая на часы. Казалось, стрелки прилипли к циферблату и не желали отсчитывать оставшиеся до конца дежурства минуты. За окнами постепенно стемнело, начал накрапывать дождь. Бассет вновь посмотрел на часы и вздохнул. Конец недели выдался на редкость спокойным, если не сказать скучным, а начавшая хандрить погода лишь добавляла расслабленности. Однако Бассет знал, что наступившее затишье было обманчиво - точно так же бывает перед грозой, когда вдруг затихает пение птиц и стрекотание кузнечиков. Сначала наступившая тишина кажется приятной, но через некоторое время ее сменяют оглушительные раскаты грома и порывы ветра.

Бассет на минуту оторвался от газеты и взглянул в окно. Так и есть - низкие серые тучи, с утра висевшие над городом, начали сеять мелкий холодный дождь, окончательно похоронив остатки очередного серого дня. Согласно мрачноватой теории Бассета, самые кровавые преступления происходят именно в такую погоду. “Согласитесь, что в хорошую погоду трудно думать о чем-то плохом, тем более о смерти! Дождь же нагоняет такую тоску, что хочется найти виноватого!” Вряд ли его теория имела научное обоснование, но интуиция редко подводила Джона. Вот и сегодня, глядя в окно, он гадал - удастся ли ему уйти с работы домой, или его в последний момент отправят на очередной вызов. Солнечное начало недели не внушало особой тревоги, но пасмурные дни, а теперь еще и начавшийся дождь грозил обернуться очередным делом.

Заслышав телефонный звонок, раздавшийся без пяти восемь, Бассет сунул газету в стол и обречено потянулся за шляпой. Когда дежурный открыл дверь, чтобы передать вызов, Бассет был уже в плаще. Он спустился в вестибюль, где встретился с сержантом Бойзом и полицейским фотографом сержантом Смитом.
- Говорят, у нас новое дело? - спросил сержант Бойз. - Что-то интересное?
-Пока самое интересное в том, что смена почти кончилась, - ответил Бассет. - Убийство в цирке. Похоже на несчастный случай.
-Разве местный участок не может разобраться? - пробасил Смит, сгибаясь под тяжестью камеры.
-Дело в том, что в этом деле имеются особые обстоятельства - там иностранная труппа, какие-то важные гости и полно журналистов, - пожал плечами Бассет. - А где доктор Олди?
- Он уже в машине, - ответил Бойз.
- Тогда поехали!
С этими словами Джон Бассет открыл дверь, пропуская Смита. Длинная минутная стрелка, наконец, доползла до цифры “12” и под звон часов старший инспектор шагнул в дождь.

11.

Тишина нескольких последних мгновений сменилась испуганными вскриками. Что-то с грохотом опрокинулась за кулисами. Маэстро Скорцези судорожно шарил рукой в поисках выключателя. Наконец включился свет, и глазам собравшихся предстала ужасная картина. Колесо смерти было остановлено, и Анджела безвольно повисла на удерживающих ее ремнях. Голова девушки свешивалась на грудь, скрывая лицо, а из под распущенных волос медленно скатывались на желтый песок крупные ярко-алые капли крови. Карлос застыл на своем месте. Его лицо стало мертвенно-бледным, а из рук выпадали оставшиеся кинжалы. Присцилла привстала со своего кресла, впившись глазами в фигурку девушки. Из-за Колеса выглядывал ничего непонимающий Пьетро. Алиса Ренком взглянула на манеж, растерянно обернулась в поисках Ричарда и потеряла сознание, упав на руки Родрика Гастли, еле успевшего подхватить ее. Столпившиеся у входа артисты пытались увидеть, что же происходит, но не решались ступить на манеж. Ричард стоял в проходе, держа в руке бокал с шампанским.

В наступившей вновь тишине чей-то голос от входа произнес с акцентом: ”Кажется, я опоздал!” Эти слова разрушили всеобщее оцепенение. Послышались крики: ”Доктора!” Со звоном лопнул бокал в руке Ричарда Бассингтона, и кровь залила его ладонь. Доктор Лаример поспешил на манеж, где Пьетро тем временем пытался освободить руки Анджелы. Хелен Ренком бросилась к потерявшей сознание Алисе. Присцилла быстро заняла место доктора рядом с сэром Генри. Агнесс Ренком, выудив из своей необъятной сумки нюхательную соль, пыталась привести в сознание любимую племянницу. Хэмфри Ренком бросил взгляд на количество женщин, суетящихся вокруг Алисы, решительно перешагнул бортик манежа, идя на помощь доктору. Карлос медленно приближался к дочери. Анджелу аккуратно положили на песок. Глаза девушки, прежде ясные и чистые, были затуманены. Сознание постепенно покидало ее. Казалось, что в наползающем тумане медленно тает теплый свет. В груди Анджелы торчал кинжал.
- Боже мой! Ей больно! - вскричал Пьетро, опустившийся на колени рядом с Анджелой. - Надо вынуть этот проклятый нож!
Он потянул руку к кинжалу.
- Нет! Не делайте этого! - воскликнул доктор Лаример, но было поздно. Пьетро схватился рукой за кинжал и выдернул его из раны. Тело девушки выгнулось вслед кинжалу, затем снова опустилось на песок. Широко открытые глаза открылись еще шире, протяжный стон слетел с ее губ. “ Рикардо!” - выдохнула она, затем кровь хлынула из раны и изо рта и мгновение спустя все было кончено.
-Убийца! - мощный рык Карлоса, казалось потряс стены шатра. Он шагнул к проходу, схватился за грудь и замертво рухнул на песок.
- Кажется, надо вызвать полицию, - произнес доктор Лаример, пощупав пульс Карлоса и Анджелы. - Мои услуги никому из них уже не нужны.

Все произошло настолько быстро, что потрясенные свидетели этих печальных событий только сейчас заметили высокого молодого человека, идущего по проходу. Его взгляд был прикован к окровавленному телу Анджелы. “Как же так?“ - бормотал он, приближаясь к манежу. Подойдя вплотную к Анджеле, он рухнул на колени и зарылся лицом в ее волосы.

Пьетро Колоньи продолжал держать окровавленный кинжал, с удивлением разглядывая свою руку, пытаясь понять, что же произошло.

12.

Пустое помещение цирка было ярко освещено. Две кучки людей, напоминавшие актеров театра абсурда, казались неправдоподобно маленькими под сенью купола. Вечерние платья и смокинги оказались рядом с яркими цирковыми одеяниями. Однако, несмотря на кажущуюся общность, это были именно две разные части. Отделенные импровизированными ширмами от артистов, эти люди в дорогих нарядах казались настолько чужими, что Бассету даже стало их жалко. Искреннее горе, написанное на лицах цирковых артистов, контрастировало с холодной высокомерностью гостей. Тем временем на манеже сверкали фотовспышки и несколько человек суетились возле лежащих тел. Прямо у воды стоял высокий констебль. Дивизионный суперинтендант Джоббинс пытался что-то объяснить наседавшему на него пожилому джентльмену с медицинским саквояжем в руках. Завидев приехавших агентов Скотланд-Ярда, он с видимым облегчением указал на них пожилому доктору и попытался прервать его монолог и подойти к коллегам. Однако доктор не стал упускть инициативу и, опередив Джоббинса, обратился к Бассету безошибочно угадав в нем старшего.
- Ярд?- воскликнул он довольно пронзительным голосом. - Наконец-то! Я уже устал объяснять этому джентльмену, что нет никакого смысла задерживать нас здесь дольше! Все пережили такой шок! Женщинам и сэру Генри необходим покой! Вы должны отпустить нас по домам!
- Прошу прощения, - спокойно, даже несколько холодно сказал Бассет. - С кем имею честь?
- Доктор Лаример, - представился энергичный джентльмен. - Вы должны...
- Это вы вызвали полицию? - как ни в чем небывало продолжал спрашивать Бассет.
- Нет, я лишь осматривал... гм… пострадавших, - уменьшил напор доктор. - Так когда...
- Очень хорошо, доктор Лаример, значит вы мне понадобитесь чуть позже, - спокойно продолжил Бассет. - К сожалению, я не могу сейчас всех отпустить. Надо осмотреть место происшествия и записать показания свидетелей. Единственное, что в моих силах - это ускорить этот процесс, если нам не будут мешать. У меня ест к вам просьба - постарайтесь успокоить дам и передайте, что к ним подойдет сержант и запишет их показания, а через несколько минут подойду и я. Спасибо!
Не дав почтенному доктору опомниться, Бассет взял под руку Джоббинса и потянул его в сторону от прохода.
- Фу, Бассет ты меня просто спас! - проговорил инспектор. - Мне не удавалось вставить ни одного слова в его монолог! Пожалуй, даже с прессой объясняться проще!
-Привет, Фред! - поздоровался Бассет с дивизионным инспектором. - Кстати о прессе. Как они пронюхали о происшествии? Почему там такое количество репортеров?
- Боже, Джонни тебе не сказали? Сегодня здесь должна была состояться помолвка Алисы Ренком и Ричарда Бассингтона! Так что, боюсь, пресса прибыла не после, а до происшествия!
-Отлично, об этом можно только мечтать! - саркастически воскликнул Бассет. - Однако, к делу. Что здесь произошло?
Махнув рукой своим людям и не дожидаясь ответа, он направился к манежу. Джоббинс последовал за ним, доставая блокнот.
- Честно говоря, мы прибыли сюда недавно, поэтому сделать почти ничего не успели. Мы с сержантом записали показания свидетелей. На первый взгляд весьма похоже на несчастный случай, - сказал Джоббинс, поворачиваясь к манежу. - Метатель ножей, Карлос Кастильо и его дочь Анджела, исполняли последний номер в программе. По ходу номера погас свет, и Карлос кидал свои ножи в полной темноте. Видимо, этот синьор неудачно бросил нож и угодил прямо в грудь своей ассистентке. Увидев, что он натворил, он скончался от сердечного приступа. Прискорбный несчастный случай! Мне кажется, вас зря сорвали в такую погоду, да еще и в конце смены! Это дело мы в состоянии расследовать сами! У нас полно свидетелей.
- Что ж, возможно ты прав, но раз уж мы здесь, давай мои люди осмотрят место происшествия.
- Мы накрыли тела. Жалко девчонку, совсем молоденькая, - произнес Джоббинс. - А отец вот, рядом.

Карлос лежал на спине, откинув руку в сторону. Рядом валялось несколько кинжалов. Ярко - алая рубашка, затянутая широким поясом, резко контрастировала с белой кожей. На лице застыла гримаса такой ненависти, что Бассет невольно содрогнулся. Он взглянул на тело девушки. Ее лицо, наоборот воплощало такую радость, будто она увидела нечто такое, что привело ее в восторг. Бассету почему-то показалось, что такое лицо бывает у человека, который вдруг находит то, что уже отчаялся найти. Если бы не рана в груди, кровь из которой пропитала ее белую кофту с широкими рукавами, могло показаться, что она спит и видит прекрасный сон. Выждав немного, Бассет спросил:
- Их фотографировали? Отпечатки сняли?
- Да, все сделано. Вот только с отпечатками небольшая проблема. Нож из раны вытащил один из помощников Карлоса.
- Так, замечательно! Сколько еще народу побывало на месте происшествия? Ладно, извини, я забыл, что ты сам здесь недавно. Что ж, пока Олди осмотрит тела, я хотел бы поговорить со свидетелями. Думаю, стоит начать с того, кто первый обнаружил случившееся.
- Боюсь, у тебя большой выбор! Как только включили свет, это увидели все. Однако полицию вызвал неудавшийся жених - Ричард Бассингтон. Если хочешь, можешь начать с него. Он, можно сказать, тоже пострадавший - порезал руку о разбитый бокал.
- Значит, в полицию звонил он? - спросил Бассет.
- Да.
- Сюда послали сержанта, но еще раньше здесь оказался констебль Дрейк - это его территория. Затем приехал я, и мы оцепили помещение.
- Зачем?
- Об этом попросил младший Бассингтон. Думаю, хотел уберечь свою невесту и отца от прессы. Им и так хватит сплетен. Он снял цирк для представления в честь своей невесты, после окончания программы они должны были объявить о своей помолвке и поехать в ресторан, а вместо этого угодили на полицейское расследование. После случившегося наш общий знакомый доктор Лаример осмотрел тела, пытаясь оказать помощь, но сделать что-либо было уже невозможно. Смертельное ранение в сердце и сердечный приступ.
- Странное место для объявления о помолвке, ты не находишь?
- Да, ты прав, но Бассингтоны всегда были с причудами, - пожал плечами Джоббинс. - Есть еще одна странная личность - синьор Рикардо Кейрос. На вопросы не отвечает, однако мне удалось выяснить, что ни к труппе, ни к гостям отношения не имеет. Мы на всякий случай присматриваем за ним.
- Ладно, я хотел бы поговорить с директором и Басингтоном, но прежде мне хочется послушать, что скажет доктор Олди. Если это действительно несчастный случай, то скоро мы будем свободны.
Доктор Олди закончил осмотр и стоял немного поодаль, озадаченно хмуря брови.
- Что скажите, доктор? - обратился к нему Бассет. - Сомнений нет, несчастный случай?
- С глубоким сожалением вынужден констатировать, что не могу дать вам определенного ответа на этот вопрос. Единственное, что могу сказать точно - мужчина умер то сердечного приступа. Вскрытие, конечно, выявит более полную картину, но уже сейчас могу точно сказать, что сердце у него, видимо пошаливало и раньше, а увидеть такое - и здоровому станет плохо.
- А девушка?
- Девушка, - задумчиво протянул полицейский врач. - Вот тут и начинается самое интересное. Дело в том, что тело, как мы знаем, переместили. Однако, по моим скромным расчетам, кинжал пронзил сердце под таким углом, который несколько отличается от угла попадания в диск.
- Вы уверены в этом, доктор? - впился в него взглядом старший инспектор. - Это слишком серьезно.
- Да, - неожиданно твердо ответил доктор Олди и взглянул прямо в глаза Бассету. - Я уверен. Тело мы, конечно, заберем, но вряд ли вскрытие даст что-то новое.
- Скажите, доктор, - вмешался Джоббинс. - А не мог сам Карлос нанести этот удар?
- Не думаю, инспектор, - возразил доктор. - Дело в том, что я видел подобный номер много лет назад. В наш город приехал бродячий цирк и однажды метатель ножей объяснил особенно настырным мальчишкам, среди которых был и я, почему нельзя повторять этот трюк дома. Не стану утомлять вас подробностями, но все метатели имеют, во-первых, хороший глазомер, а, во- вторых, кидая нож в человека, они хотят попасть скорее дальше от цели, чем ближе. Судя по положению первого ножа, он воткнулся на высоте талии, следовательно, второй должен был попасть на такую же высоту, а вместо этого он попал в грудь. Кстати, если бы Карлос и попал в свою ассистентку, думаю, это не принесло бы ей особого вреда, остался бы синяк или ссадина.
- Что вы имеете в виду? - удивленно спросил Бассет.
Доктор лукаво усмехнулся и показал рукой через плечо на распростертое тело Анджелы.
-Дело, в том, молодые люди, что на ней был специальный корсет, который защитил бы ее от прямого попадания ножа, что-то вроде кольчуги, вшитой в ее костюм. Вещь, видимо, старинная, но очень тонкая и изящная, абсолютно не сковывает движений. Этот корсет защитил бы ее от попадания в бок или живот, но грудь остается открытой, значит туда бросать просто не должны! Удар же, убивший бедняжку, был нанесен несколько сверху. Следовательно, или Карлос промахнулся, но это почти невозможно, или он сделал это намеренно, что вряд ли или был кто-то еще. В любом случае следует помнить, что удар был нанесен с большой силой. Нож вошел в сердце, и она умерла почти моментально.
- Но она была еще жива, когда ее сняли со щита! - возразил Джоббинс.
Доктор покачал головой.
- Я сказал “почти моментально”. Дело в том... - тут он смущенно замялся, - дело в том, что вы не принимаете в расчет, ... естественную, так сказать,... э ...выпуклость женского тела. Просто нож не весь вошел в сердце, и она смогла прожить еще некоторое время.
- Итак, убийство?
- А вот этого я утверждать не могу, - отвечал полицейский врач с тяжелым вздохом. - Все мои рассуждения основаны лишь на догадках, надо подождать результатов вскрытия. Тем более что мы имеем орудие убийства - нож, который на первый взгляд идентичен остальным ножам Карлоса... Что я могу сказать, надо провести анализы, а пока остается лишь ждать!
- Ну что ж, все ясно. Спасибо, доктор, - проговорил Бассет и повернулся к Джоббинсу. - Похоже, мы забираем у тебя это дело, Фред. Пришли мне сержанта, который был здесь первым и констебля. Смит, передайте, что можно увозить тела.
- Пожалуйста! Если не возражаешь, я хотел бы уйти. У меня было тяжелое дежурство сегодня. Три драки, поножовщина с возможным смертельным исходом, самоубийство и три кражи со взломом. Думаю, ты без меня управишься.
- Ладно, Фред, проваливай. Оставь мне пару твоих ребят и постарайся убрать прессу, а мне придется допросить свидетелей.

После ухода Джоббинса, Бассет снова подошел к Колесу Смерти и аккуратно измерил угол попадания ножей в диск. Затем он вынул один из кинжалов и замерил, как глубоко тот мог войти в дерево. После он осмотрел кожаные ремни, за которые держалась Анджела во время номера. Обойдя деревянный диск, он увидел простой механизм для верчения Колеса. С первого взгляда было ясно, что крутящий его человек не мог видеть, что происходит с другой стороны колеса. Осмотрев все это, Бассет задумался. Подошедший сержант с констеблем отвлекли его от размышлений.
- Ну, что будем делать? - задал Бассет риторический вопрос. - Дело оказалось непростым. Пора побеседовать со свидетелями. Вот только с кого начать?

Продолжение следует…