…и одиночества пора наступит вдруг необратимо,
...и сил не хватит ждать утра, чтобы кому-то стать любимой…

"Большой город манил ее всегда. Она могла часами смотреть на пробегающие мимо окна вечернего автобуса огни. Они ее завораживали. Казалось, вот она, настоящая жизнь-сказка. Вот она видит свое отражение в стекле на фоне сияющей витрины супермаркета. А вот он стоит возле своей машины - серебристой, гладкой, нереально поблескивающей дутыми боками. Стоит, курит. Ждет ее. Она выходит из автобуса. Почему-то не через дверь, а прямо через окно. Легко отрывается от земли и парит ввысь,…а он, любимый, единственный и желанный стоит внизу и совсем ее не видит. Еще мгновение и она унесется отсюда навсегда. Надо крикнуть ему. Чтобы обернулся и взглядом притянул ее на землю. Но…как его зовут?! Она не помнит имени! Вспомнить и крикнуть! Ничего не приходит на ум…может, просто закричать? Она открывает рот, но не слышит ни звука. В ужасе она понимает, что это конец. Она попросту исчезает в небе…и уже высоко-высоко поднявшись, видит, что к нему подходит другая…как холодно…холодно…"

Аля в ужасе садится на кровати. Уф, это был сон. Рукой нащупывает своего милого мужа. Вот он, рядом спит. Такой большой и мягкий, как медведь. Растолстел за год совместной жизни. Интересно, а она кричала во сне? И что это за сюжет такой? Аля встала, прошлепала на кухню. Достала из холодильника молоко, налила в стакан, добавила мед и поставила в микроволновку. На две минуты. Испытанное средство от кошмаров, которые, кстати, что-то зачастили в последнее время. И заканчиваются одним и тем же - невыносимым холодом. Арктическим, подземельным, могильным. Мозг еще не отошел от пережитого ужаса, и воспаленное воображение услужливо рисовало картинки-продолжения. Все, стоп. Просто сон. Просто устала. Просто не то съела на ночь. Но тревожная нотка не затихала и где-то в глубине души звучала тихо, но настойчиво. Одна и та же нота. Как пьеска "Дождик" для скрипачей-первоклассников. Она ее играла, когда только познакомилась с миром музыки и со скрипкой. Нудная, противная пьеска. Отработка пальчиков. И вот этот "Дождик" звучал теперь у нее внутри. Как будто кто-то водил смычком по самой тревожной струне ее, Алиной, души. Интуиция ее еще никогда не подводила. А с момента замужества ей вообще снятся вещие сны. Или вообще ничего не снится, или снится такое, что обязательно произойдет. Но вот с этими кошмарами ничего непонятно. Все же хорошо. Просто замечательно. Звякнула печка. Вот и снотворное. Залпом выпила теплое молоко и бегом в спальню. Под бочок своему любимому Мишке. "Мишенька… как я могла забыть его имя? Мой сладкий медвежонок…"

Спустя шесть месяцев

Аля сидит в салоне красоты. Судорожно тискает свою кожаную сумочку. "Мишкин подарок на месяц знакомства". Тогда у нее еще не было шикарных шмоток, дорогой косметики, парфюма, огромной квартиры в центре с итальянской мебелью и теплыми полами. Чего еще не было? Неважно. Зато был он - жених. Парень. Заезжал за ней в консерваторию. Все жутко завидовали. Особенно когда он, такой большой и важный, выходил из машины, открывал для Али дверцу, усаживал. Не спеша, обходил машину, садился сам, и они медленно выезжали со двора консерватории. И как обычно, не домой. Он ее постоянно куда-нибудь водил. Он местный парень. Она - из глубинки. На все смотрела широко открытыми глазами. А он смотрел на нее…черт, где же сигареты?! Да, Алечка, вот и ты закурила… что изменилось с тех пор? Все. Вот они, на дне сумочки. В салоне, где она ждала подругу, была замечательная комната отдыха. Здесь можно было подождать мастера, отдохнуть после косметических процедур, выпит чашечку кофе, выкурить сигаретку, поболтать с подружками. Вот сегодня Аля вышла из дома после трех месяцев самовольного заточения только затем, чтобы встретиться здесь со своей единственной подругой. Единственным человеком, любимым и близким на столько же, на сколько и муж. Хотя он теперь стал таким далеким… Закурила. С наслаждением втянула в себя никотин. Выдохнула. Все, уже спокойней, может, зря она разнервничалась сегодня? Еще затяжка. Выдох. Не привязывать же Мишку к себе веревкой? Он мальчик большой. Знает, что делает. Затяжка - выдох. Все изменяют женам. С чего она взяла, что она такая особенная и ей-то муж изменять не будет? Затяжка… выдох… но она его по-прежнему любит. И не собирается разводиться. Все перемелется - мука будет. Заведут малыша. Можно не одного. Вот и к доктору на днях ходили. Проверились - все хорошо. Можно смело приниматься за дело. А какое может быть дело, если любимый все реже и реже ночует дома? Стал такой раздражительный. Раньше он мог часами слушать, как она играет на скрипке. А теперь… "нытье" вот как он это называет. И Аля перестала играть. Что еще она перестала? Перестала умываться, краситься, готовить кушать. Уже целую вечность они никуда не ходили вдвоем. Уже целую вечность она не одевала украшений, вечерних платьев…, а он все такой же ухоженный и красивый. Красиво исчезает каждый вечер, когда до полночи, когда да утра. А вчера просто не пришел домой. И сегодня его не было. Она обзвонила всех знакомых. Милицию, ГАИ. "Что вы переживаете, женщина? ДТП не зарегистрировано с вашей машиной. Гуляет ваш муж. Погуляет и вернется…". А если не вернется?! Что ей, Алене Семеновой, делать? Как жить? Жизнь без него - черно-белое кино. Вот-вот иссякнут силы. И так сама на себя уже непохожа. В салоне ее сначала не узнали. А она ведь постоянная клиентка. Господи, да где же Лилька? Сколько можно ждать? Сотовый не отвечает. На работе нет. Она бы не пришла, да только договорились встретиться еще неделю назад. Так бы Аля ни за что из квартиры не вышла. Вдруг Мишенька придет, а ее нет дома? Схватила сумку, побежала домой. Ну ее, эту Лильку…. В пепельнице тлела сигарета.

Через месяц

Аля сидит за рулем машины, тупо смотрит на спидометр. Машина хорошая. Последний Мишкин подарок. На годовщину свадьбы. Аля почти не садилась за руль. Ее Хонда казалась ей неукротимым зверем, того и гляди рванет сама. Аля побаивалась водить эту строптивую красную машину. А сегодня - ничего. Нет страха. Ничего нет. Машина на нейтралке. И временами рычит, как дикая пантера. Это Аля давит на газ. Максимум оборотов - рев из выхлопной трубы. Как же она, Аля, могла позволить себя так обмануть? Как она могла не понять сразу, что происходит? Два самых близких ей человека оказались предателями. Пять тысяч оборотов - рев движка. Так легко было выманить ее из дома, чтобы собрать вещи и уехать к ее лучшей подруге - это возможно?! Это ее Мишенька?! Ее медвежонок?! Шесть тысяч оборотов - Хонда вот-вот сорвется с места. Развестись втихоря. Прислать по почте документы. И причина развода - неспособность жены забеременеть. И зачем ей после всего этого счет в банке, квартира, машина. Зачем?! Семь тысяч оборотов - Хонда ревет в голос, как деревенская баба. Нет, это она, Аля, рыдает. Потому что Лиля беременна, и ее, Алин, Мишка скоро станет папой. Ее милый, сладкий, большой и надежный медведь станет папой не ее ребенку. Потому что она, Алена Семенова не может иметь детей. И это подтверждают результаты анализов, которые она нашла в шкафу. Настоящие результаты, а не подделка, что вручил ей Мишка тогда, месяц назад. А сейчас он просто ушел. Подло, тихо. К ее подруге. Семь с половиной тысяч оборотов. Машина трясется в судорожном реве. Как жить дальше? Кому верить? Что ждать? Лед. Тоска. Бесконечность. Первая передача. Рывок. Вторая, третья, четвертая. 200 километров в час. Ночной город слился в одну линию. Сигналы машин превратились в один вой. А сердце слилось с мотором машины. Вот-вот разорвется от горя. Руки до боли сжимают руль. Слезы не капают, не бегут. Просто это вытекают глаза. Чтобы не видеть. Ничего.

Удар. Вспышка. "Наконец-то не больно…"

Зотова Натали