-Кис-кис! Пушистое, плюшевое тельце осторожно передвигается с большого, светлого зала в теплую, уютную, но очень маленькую кухню...

* * *

Подо мной чуть слышно скрипит старый паркет, я спотыкаюсь об какую-то резиновую игрушку, в виде зайчика и с мягким возгласом "мяу" забегаю на кухню так, словно меня сзади кто-то под хвост подтолкнул, дабы, скорее я добралась до своей красной мисочки, наполненной консервами "сардины в масле". После, в маленькую кофейную чашечку, цвета кофе с молоком, мне наливают кипяченную, холодную воду и молодой хозяин с солнечной улыбкой, усевшись на табурет, фамильярно наблюдает, как я изображаю утренний водопой.

Он очень любит меня. Даже не жалеет сервиза, купленного его бывшей подружкой, для меня чашек. Одна просто уже разбилась, ну с кем не бывает?! Ну, зацепила я ее, случайно. Подумаешь! Велика потеря, все равно, хозяин сервизом не пользуется…

Так вот мы и живем вдвоем. Я каждый вечер встречаю его, уставшего или дурно пахнущего. Иногда, случается, что мне приходится спать на подоконнике, возле кактуса, который Димка, брат его, принес ему, на Новый Год, в качестве подарка. Аргументируя это тем, будто на более "лучший" подарок, денег не хватило. Но я не в обиде на него. Когда он в хорошем настроении, он берет меня на руки и его теплые, сильные руки гладят меня так, что в знак своей благодарности и признательности я рассказываю мурлыкающими, кажется, замысловатыми для его восприятия, стихами о своей большой, неземной любви! А чего мне жаловаться? Меня подобрали на одной из столичных мусорок, нацепили на шею бант, больше меня самой, засунули в картонную коробку, в которой я чуть не задохнулась и после долгих воплей студентов-друзей, вручили презент моему хозяину.

Поначалу, конечно, приходилось тяжело. Меня почему-то ругали за безответную любовь к розовой фиалке мамы хозяина, за пожеванные шнурки от осенних ботинок и периодические песни на балконе среди ночи. Ну, а что, я совсем не женщина?! Любовью хозяина я, конечно же, дорожу, но иногда этого недостаточно… Хотя, это мелочи по сравнению…

Однажды, поздним вечером, мой хозяин вернулся не один. В дверях показалась хрупкая фигурка и пышная, блондинистая шевелюра. Оказалось, что с этого дня любовь хозяина мне придется делить с некой Сонечкой! Моему возмущению не было предела. Она мне сразу не понравилась, как только наклонилась и пропищала:
- Ой, какая кисочка!

Я, безусловно, дама воспитанная, прижав уши, мне пришлось, и терпеть ее поглаживание костлявой, холодной рукой. А, забравшись к хозяину на колени, эта самая Сонечка, почему-то попросила в тот же вечер моего хозяина угостить меня новым вискасом и, как бы случайно, закрыть в маленькой, холодной кухне. Я поняла - дело мое плохо! В доме появилась белобрысая конкурентка.

Кажется, это поняла и она. Вместо привычных консервов в моей миске было только молоко, после которого, я чуть ли не сразу перебиралась жить в крошечное помещение. Там, глядя на ароматизированную (мы до этого прекрасно справлялись и обыкновенной) бумагу, я в своем красном тазике обдумывала новый план мести! Надо сказать, у меня стали проявляться новые способности и таланты. Пару раз, правда, получила по ушам от хозяина, зато в глубине души осталась довольна тем, что моей белобрысой конкурентке было напрочь испорчено настроение. А я, что? Я ведь случайно задела ее колготки… Подумаешь, стрелка пошла…!

Так мы и стали жить, уже втроем. Две женщины: костлявая блондинка и рыжая красавица (это я, конечно) боролись за любовь одного мужчины. Не знаю, как долго это могло бы продолжаться, но однажды мой хозяин вернулся один. Сначала я очень обрадовалась, держа хвост трубой, мчалась к нему на всех парах, что-то себе под нос мурлыча, но, почувствовав его ладони, заглянув в его светлые глаза, я поняла, что радоваться, собственно говоря, и нечему!

Надо сказать, он долго переживал разлуку с белобрысой Сонечкой. Я утешала, как могла, и даже в некоторые моменты жалела о колготках и своих гадостях, оставшихся в ее мягких тапочках. Но в скором времени на горизонте моего хозяина появилась Ниночка, полная брюнетка, которая каждый раз, идя к нам в гости, захватывала с собой не вискас, а банку моих любимых консервов, за что я сразу воспламенилась к ней искренней симпатией. Хозяин же мой, все почувствовал, но Ниночка почему-то не спешила перебираться к нам, а я ни очень-то и огорчалась, нам ведь с хозяином так хорошо жить вместе! А теперь извините меня, хозяин уходит, я должна его провести. Мурррр…

Еленка