А снег все не шел, только ветер гонял по промерзшей слякоти обрывки газет и пакеты из супермаркетов. Вероника с тоской смотрела в окно - она так любила снежные зимы! Особенно прошлую, когда они дурачились с Ромкой и кидались снежками… И она роняла его на пушистые сугробы, а потом, счастливая, валилась рядом…

Нет белого и воздушного снега, нет рядом и Ромки. В его Германии, кстати, тоже не новогодняя погода - идет дождь. Сегодня она видела по телевизору разочарованный репортаж - украшенные мига- ющими огнями елки поливает скучный дождик, а немцы зябко поднимают воротники и неохотно раскрывают зонтики… Вероника вздохнула и отошла от окна. Надо быть реалисткой и перестать ждать чуда - наши парни в Германии нарасхват. Молодой, работящий, без вредных привычек (или уже приобрел там?) - завидный жених для местных фрау. Да и мама так сказала: "Сейчас молодежь практичная, чтобы быстрее освоиться, женится твой Ромка на разведенке лет на десять старше, и нет проблем ни с жильем, ни с работой! Выбрось его из головы и не жди! Жить начинай!"

Валентина Васильевна искренне любила этого паренька со слегка курчавыми волосами: "Несостоявшийся зять", - вздыхала она теперь. Но дочь она любила больше и искреннее желала ей счастья, а не этого тягостного ожидания чуда возле молчащего телефона. Нет, Ромка звонил, но нечасто. И не строил никаких планов для Вероники. Но это и понятно - он и сам в Германии "без году неделя". А девчонка мается, неправильно это - в двадцать лет не так надо жить, а радостно…

Валентина Васильевна прислушалась возле закрытой двери - спит Ника или опять о Ромке мечтает? Света нет, вздохов не слышно, наверное, спит…

При свете уличного фонаря Вероника перебирала свои сокровища - маленькая обезьянка в коробочке с сердечком (подарок Ромки на прошлый новый год - Обезьяны по японскому календарю), уродливое человекообразное существо на присоске ("Это я, когда без тебя! - говорил Ромка), открытка с неуклюжей надписью печатными буквами "Я тебя люблю". Точнее "R тебя люблю" - Ромка до двадцати лет умудрялся писать "Я" в обратную сторону. "Это я тренируюсь немецкое "R" писать", - отшучивался он потом. Вероника прижала прощальную открытку к груди и уснула…

Утренний свет показался необычно белым. "Заспалась!" - решила девушка. В институт 31 декабря идти не надо, поэтому будильник она отключила с вечера. Нет, все равно слишком светло - как-то не так. Ника резко откинула одеяло и подскочила к окну. Конечно же, на земле лежал долгожданный снег! От этого на душе стало хорошо-хорошо, захотелось плакать и смеяться одновременно! Ника так и сделала - слезы наворачивались сами через счастливую улыбку. Стоп, а что это там на снегу? Вероника с трудом сфокусировала зрение - на неглубоком, но ослепительно белом снеге были четко отчерчены буквы "Я тебя люблю!". Точнее, это она так прочитала, но вместо "Я" было нарисовано латинское "R"…

- Ромка! - закричала девушка через заделанное наглухо окно. Озябшая фигура в серо-голубой куртке и капюшоне встрепенулась и посмотрела в ее сторону…

Ромка прилетел из Германии на 20 часов, и из них два провел под окнами любимой - ждал, когда же она проснется и увидит его признание в любви. Сюрприз получился, только визит оказался чересчур коротким. Впрочем, такая встреча лучше, чем никакая - так рассудили и Роман, и Вероника. Тем более, что кроме ласковых слов он привез ей приглашение в гости:

- А если понравится - останешься, - улыбался германский гость. - Правда, для этого придется за меня замуж выйти…

Вероника счастливо улыбалась и до хруста сжимала Ромкину руку - вот это настоящий новогодний подарок! Причем по полной программе - снег, объяснение в любви, Ромка собственной персоной, предложение руки и сердца…

Мила Дворецкая