1

День подходил к концу. Маша ещё раз пересчитала деньги. Сложила их по купюрам. Перетянула бумажными лентами и упаковала в инкассаторские мешки. Инкассаторы приехали во время. Через четверть часа за её спиной соединились две стеклянные двери банка. И так каждый день на протяжении трёх лет. Утром они её впускают. Вечером выпускают. Маша работает в операционном зале. Звучит, как в больнице. Но Маша делает операции финансовые. Она - кассир. Добросовестно и старательно работает и ничего не требует. Поэтому, или, может быть, по каким-то другим соображениям, руководство банка Маше ничего и не предлагает. Сотрудники приходят и уходят, а она остаётся. Девушка Таня, которая пришла в этот зал одновременно с Машей, уже возглавляет один из филиалов, а Володя, с которым Маша вместе окончила институт, в прошлом году назначен коммерческим директором банка. Маша не знает, что такое амбиции.

Есть такие люди. Они есть, но их, как будто нет. О них вспоминают тогда, когда с ними случаются неприятности, и они вдруг не выходят на работу.

С Машей это случается редко, поэтому о ней почти никто и никогда не вспоминает. Не справедливо было бы умолчать о том, что такой незаметной Маша была не всегда.

2

Это случилось неожиданно для неё и для всех, кто тогда её окружал. Однажды она пришла домой и обнаружила записку, прижатую магнитом к холодильнику. "Прости. Я ушёл к Вале. Не жди. Объяснения будут лишними…". Очень лаконично. Мало слов, но всё понятно. Конечно же, если бы Маша не жила в этом мире и не знала из книг и кино, или ещё из каких-нибудь источников, что такое бывает, она бы ничего не поняла, и объяснения тогда лишними не были бы. Но, когда видишь, что такое происходит сплошь и рядом, объяснять ничего не нужно, это лишнее.

Вот только мысль о том, что это могло произойти с кем угодно, но не с ней, стучала в виски и разрывала сердце.

Именно так ты думаешь, когда с тобой происходит что-то неожиданное: "Со мной этого произойти не могло".

Она долго смотрела на знакомый почерк. Написано ровно, старательно. Когда-то на этом месте крепились другие записки: "Малыш, я пообедал. Очень вкусно!!! Спасибо!". Или: " Люблю, соскучился. Целую". И почерк был размашистый. Писалось на скорую руку. А в этой записке чувствовалась продуманность и педантичность. Он готовился. Он написал этот текст несколько раз. И выбрал лучший вариант. Он очень старался. Он не хотел сделать ей больно. Но у него не получилось. Она спрашивала себя: "Почему?". Конечно же, она догадывалась. Она знала, что что-то не так. Ей говорили, а она не верила. Она хотела быть мудрой, но он ушёл. И она медленно умирала. Она не понимала, что она сделала не так. А ещё она не знала, как жить дальше. Она просыпалась утром и не видела рядом на подушке знакомый затылок. Не чувствовала знакомый запах. Его запах. Наверное, если бы его не стало совсем, она бы смирилась. Но он жил. Он где-то был. Она не брала во внимание, что она ему не нужна. Она просто хотела себя спасти. И она позвонила. Ей не нужны были объяснения. Ей нужен был он. Он не ответил...

Она решила бороться с привычным прошлым. Она хотела стереть из памяти всё, что было связано с ним. Но у неё не получилось. Она могла спрятать все вещи, которые напоминали о нём.

Но привычка - ужасная штука.

Маша не могла заставить себя пить кофе без него, смотреть любимые передачи без него, слушать музыку и отмечать праздники без него.

Для кого-то это бывает сильным пинком сзади, и, в таком состоянии, дабы доказать, что ты чего-то стоишь, и, что ты лучше, чем та, к которой он ушёл, получается, добиться различных успехов на различных поприщах.

Маша не попала в эту категорию людей. Пинок был неожиданным и слишком сильным. Процесс умирания затянулся. Не помогли уговоры и рекомендации подруг. Мамины наставления были отвергнуты грубо: "Это ты виновата. Всё детство твердила: "Маша, учись хорошо". А после школы: "Маша, надо быть добрее". А нужно было быть стервой, как она. Мама плакала, Маша поначалу тоже. Борьба длилась две недели. Сначала она заставляла себя просыпаться, идти на работу, возвращаться домой. Силы уходили, а с ними уходило желание жить. И однажды она решила оставить эту жизнь.

3

Она написала заявление на отпуск. Утром допила последнюю чашку кофе. И подумала, как это сделать. Раздался звонок в дверь. Соседка пришла с просьбой присмотреть за попугаем, пока она будет на даче. Маша набралась смелости и спросила:
- Надежда Ивановна, у меня к Вам очень странный вопрос. Прошу Вас, меня простить заранее. Вы когда-нибудь думали, как бы Вы хотели умереть?
Женщина вскинула брови от удивления. Потом нахмурилась. А потом внимательно посмотрела на Машу. Маша замахала руками:
- Нет-нет, не закончить жить сейчас, немедленно, а вообще. Ну не вечно же Вы будете жить на этой Земле. Как, впрочем, и я. Моя подруга предпочла бы умереть во сне. Вот так тихо спокойно из сна в вечность. И не важно, в каком возрасте. Только не от болезни. Неожиданно. А Вы?
- Это что, социологический опрос? Господи, Машенька, у тебя случилось что-нибудь? Кстати, а где Вадик? Я его давно не видела, - спросила соседка.
Маша поняла всю неловкость ситуации и остановилась.
- Я напугала Вас. Не хотите - не отвечайте. А у меня.… Всё нормально. Вадик в командировке.… В длительной командировке,- соврала она.
Соседка закивала головой.
- Да, сегодня, чтобы хорошо жить, надо крутиться. Меня вот дача кормит, а Вы молодые. Вам очень многого хочется. И правильно.… Так ты присмотришь, Машенька, за Гошей?
- Конечно. Присмотрю. Поезжайте спокойно.
Она закрыла за соседкой дверь и опустилась на пол. Слова застряли в голове: "Вам многого хочется". Маша подумала, чего бы ей хотелось сейчас.…Есть почему-то не хотелось совсем. Спать?... Просто уснуть и не просыпаться. Да, наверное. И опять она почувствовала сильную жажду видеть Вадима. Слёзы потекли по щекам. Она с трудом поднялась с пола. Прошла в ванную. Поиск лезвия не увенчался успехом.

Современные станки устроены так, что глубоко не порежешься. А здесь надо было действовать наверняка.

И потом, это могло бы быть больно. Да и процесс потери крови мог затянуться не известно насколько. Поэтому сводить счёты с жизнью таким способом Маша не решилась. Она вспомнила слова подруги: "Из сна в вечность". Нужны таблетки. Когда-то Вадиму после операции прописывали снотворное. Она направилась к аптечке. Вновь раздался звонок. Вошла соседка. На лице её читалась смущение и растерянность.
- Знаешь, Машенька, я ведь хожу и думаю над твоим вопросом. Я пришла тебе сказать.
Маша выдвинула из-за кухонного стола табурет. Соседка села.
- Я думала, Машенька, и ничего не придумала. Но я тебе отвечу. Я уже так долго живу. Всё в прошлом. И детство... Ты знаешь, у меня было трудное детство. Отец погиб на фронте, мама умерла. Меня воспитывали чужие люди. Но я не об этом. Разве я помню, что мне было плохо. Самые счастливые воспоминания у меня из детства. И это не пустой оптимизм. Молодость ведь тоже позади. И сладости и роскоши я никогда не получала. А может быть, я не достаточно хотела этого. Мне, очевидно, было нужно именно то, что я имею сейчас. А что я имею? Старого мужа, собаку и попугая. Вот и всё. Детей нам бог не дал.
Маша смотрела на неё и, вдруг подумала: "И какая разница, сейчас или потом".
- Надежда Ивановна, простите меня.
- Нет, что ты Маша. Я договорю и пойду. Меня Семён Михайлович потерял уже. Машенька, не смотря ни на что, я не хочу умирать. Я не придумала, как бы я хотела покинуть этот мир. Единственное, о чём я подумала, так это о том, что пускай первыми уйдут мои близкие, чтобы им не пришлось хоронить меня. Они ведь без меня пропадут. А я справлюсь.

Она поцеловала Машу в лоб и ушла. А Маша подумала: "Она живёт, потому что она им нужна, а я хочу умереть, потому что не нужна никому".

Она вынула упаковку с таблетками. Прочла допустимую дозу. Решила увеличить её в десять раз и, высыпав на столе таблетки, стала отсчитывать по одной. Зазвонил телефон. Она не останавливалась. Телефон звонить перестал. Она отсчитала последнюю таблетку. Налила в стакан воды. Раздался звонок в дверь. К двери она не подошла. Села перед зеркалом. Она делала всё в последний раз, но делала это очень быстро, как будто боялась куда-то опоздать.

Опять позвонили в дверь. Мысль пробежалась в голове и исчезла, но это была последняя мысль надежды: "А, вдруг, это он". Она метнулась к двери. В глазок не смотрела. Открыла. Никого. Она хотела закрыть дверь, но почувствовала возле ноги что-то мягкое, и услышала скрипучее мяуканье. Маленькое беспомощное создание натыкалось слепой мордочкой на её ноги, в поисках чего-нибудь тёплого и уютного. Она отступила. Котёнок дрожал и ползком подбирался к ней. Маша схватила его, прижала к груди.
- Маленький, ну не плачь. Я сейчас покормлю тебя.

Вот так, подкинутый, маленький котёнок спас Маше жизнь.

4

Машу пытались спасти многие. Когда-то их с Вадимом общие друзья вытягивали на пикники, но Маше там было ужасно одиноко без него, и она всё чаще находила причину для отказа. Постепенно круг спасателей сузился до одной подруги и котёнка. Чувство долга не отпускало Машу из этой жизни. Подруге нужна была её помощь. Она писала романы, и очень хотела издаться за рубежом, а Маша покорно переводила тексты. Ну а котёнка нужно было кормить. Поэтому Маша жила. Но не так, как раньше. Сначала она спрятала всё, что могло напомнить ей о Вадиме. Потом иногда доставала фотографии и плакала. Потом просто смотрела и вспоминала, улыбаясь. И, наконец, выбрав самый удачный снимок, где они вместе, поместила в рамочку и поставила в кухне. С ним она пила утренний кофе и вела вечерний разговор, о том, как прошёл день. Это не было сумасшествием, это было способом выживания.

5

Она могла бы так жить всю свою жизнь, переводя романы и спасая котёнка, а может быть, подобрала ещё какое-нибудь беспомощное существо. И жизнь шла бы вот так, через окошечко в операционном зале. Её это вполне устраивало. Пока однажды она не просчиталась. Пока она случайно не передала несколько лишних купюр клиенту. Он, не считая, взял пачку денег, аккуратно перетянутых бумажной лентой, и ушёл. Маша поняла свою ошибку сразу, как только к окошку подошёл следующий клиент. Но её будто парализовало. Она замерла, вглядываясь в монитор, словно надеялась, найти в нём недостающую сумму. Люди в очереди стали возмущаться. Ей стоило не малых усилий, чтобы доработать до обеда. В обеденный перерыв она честно призналась в недостаче денег руководству. Все ей посочувствовали. Маша мысленно попрощалась с отпуском у моря и новыми сапогами, а потом голодная ушла на рабочее место. На глаза накатились слёзы. Она сняла очки. Сейчас себе самой она казалась такой ничтожной, глупой и непутёвой. Хотелось вернуть тот момент, когда она упаковывала злосчастную пачку денег. Ах, если бы так было можно, как в кино, отмотать назад плёнку.

Ровно в 14:00 она открыла окно. Первое, что она увидела в нём, это ту самую пачку денег. Сомнений не было. Это она. Так сильно деньгам Маша ещё никогда не радовалась. Она схватила пачку руками, и только потом потянулась лицом к окну, чтобы посмотреть, кто же этот честный человек. Холодок пробежал по спине: "А вдруг, это очередная оплата за что-нибудь. И радоваться не стоит. Вдруг это другой клиент пришёл внести какой-нибудь кредит". С другой стороны в окошке тоже появилось лицо. Их лица были так близко, что она уловила запах его туалетной воды и почувствовала на своей щеке его дыхание.
- Девушка, Вы кассу считали?
Маша кивнула головой и прошептала:
- Вы не представляете, как я Вам благодарна.
- Это не мне, а моей кассирше, - уже громче сказал он, а потом спросил: - Послушайте, а, если бы она не считала, расплатилась бы с кем-нибудь пачкой и всё. Внимательней надо быть.
- Я буду,- сказала Маша.
- Заберите лишнее, я очень спешу.
Маша бросила пачку на счётную машинку.
- А Вы расстроились, наверное?- спросил клиент.
Маша опять кивнула.
- Плакала?
Маша поняла, что ещё слово, и она опять расплачется, только теперь уже громко, навзрыд.
Протягивая ему новую пачку денег, она спросила:
- Как я могу Вас отблагодарить?
Клиент хмыкнул. Маше показалось, что он даже рассердился.
- Маме позвони!- почему-то бросил он и ушёл.
Стало очень тепло, словно на плечи набросили пуховый платок. Чувство радости переполняло её. Она улыбалась каждому клиенту, и не заметила, как прошёл день. До тех пор, пока Маша не переступила порог квартиры, она думала над его словами. Почему он так сказал: "Маме позвони!".

Котёнок ждал у дверей на стуле. Она схватила его, прижала к щеке. Он мурлыкал и тёрся головой об её лицо. Маша включила чайник и остановила взгляд на фотографии. Тот человек со снимка, с которым она прожила почти три года, казался ей чужим и далёким. А этот незнакомец - родным. Она вдруг поняла, что живёт в каком-то придуманном мире. А настоящая жизнь проходит рядом. Но без неё. И ей действительно очень захотелось позвонить маме. Разговор был долгим. А потом она взяла рамочку, вынула из неё фотографию и, доставляя себе огромное удовольствие, разорвала её на две половины, одна из которой полетела в мусорное ведро.

6

Как мало нужно было Маше, чтобы утром, проснувшись, она не засунула обе ноги в тёплые тапочки, не укуталась в махровый халат и не пошлёпала заспанная в кухню пить кофе, а босая подбежала к зеркалу и, улыбнувшись себе, начала новый день, напевая под прохладными струями душа. Вряд ли тот человек, который вернул ей то, что мог и не возвращать, понимал, что он делает. Ему и в голову не могло прийти, что он спасает чью-то жизнь. Мало того, он ведь и не предполагал, что уже любим Машей. Девушкой из операционного зала. Но и она в этом себе признаться боялась.

Чёрный, деловой костюм, который Маша носила последние несколько лет, чуть было не постигла та же участь, что и половину фотографии. Но в последний момент Маша решила, что в гардеробе должен быть хоть один траурный наряд. И, надев на него целлофановый пакет, она повесила его в глубь шкафа. Вынув оттуда же розовую блузку и бежевую юбку, Маша подошла к зеркалу. Вспоминая, как делается макияж, и укладываются волосы, она ловила себя на мысли, что это ей вновь доставляет удовольствие. "Мужчина может быть таким, какой он есть, а женщина должна быть всегда красивой",- говорила Маше мама.

Первая половина дня пролетела незаметно. И в обед Маша, как прежде зашла в кафе, где всегда пила кофе. Она была одна. Она любила быть одной. И она не заметила, как к ней подсел тот самый честный клиент.
- Не помешаю?
Маша подняла на него глаза и вспомнила, она его узнала. Он так же, как и она, очень часто бывает здесь.
- Здравствуйте,- сказала она и смутилась.

Она очень была рада видеть его, но что-то её насторожило. Вчера в окошке, в тот момент, он ей показался таким интеллигентным и положительным, а сейчас перед ней сидел совсем другой человек. Что-то было небрежное в его внешнем виде и в его жестах. Так ведут себя люди, которые очень уверенны в себе. Люди, которые не чувствуют себя дискомфортно нигде. Она вспомнила, что раньше, когда она видела его, он казался ей совершенно не доступным.

Но, как это обычно бывает. Ты видишь человека, и, как-то тебя сразу тянет к нему, словно ты знаешь его много лет. А порой между людьми мгновенно вырастает пропасть. Этот человек не доступен.

Вот и сейчас, он был так далёк от неё, и она удивилась, зачем он подсел за её столик. И, наверное, он это почувствовал.
- Если я Вам мешаю, я уйду.
- Нет, что Вы. Оставайтесь. Я уже скоро ухожу,- Маша посмотрела на часы.
Время её подводило. До окончания обеденного перерыва оставалось ещё полчаса. И между ними опять повисла пауза.
- Послушайте, Вы ведь давно работаете здесь, да?- спросил он.
Маша кивнула головой.
- И, как же Вы так вчера? У вас что-то случилось?
Маша сделала глоток и пожала плечами.
- Да нет. Ничего не случилось. Я и сама не знаю. Но я Вам очень благодарна.
- Да ладно. Ерунда.
- А можно вопрос?- осмелилась она.
- Конечно. Задавайте,- согласился он.
- Зачем Вы это сделали?
- Не знаю.
Маше показалось, что он хотел сказать что-то другое, но ответил так.
- Вы пожалели меня, ведь так?- не унималась она.
Он отвёл глаза. Эта тема ему явно не нравилась.
- Ну, чего Вы пристали. Пожалел…
Он подал знак бармену, чтобы принесли счёт и, посмотрев на неё, спросил:
- Маме то позвонила?
Она улыбнулась.
- Да. Позвонила.
- Как тебя зовут?- спросил он.
- Мария,- ответила она.
- Мария, - повторил он,- просто Мария, значит? - Когда он что-нибудь говорил, то почти не смотрел на неё, и она была ему за это очень благодарна. Она не выносила пристальных взглядов. Маша со школы не любила своё имя, и его ирония очень задевала её, но она, почему-то, это ему простила. Она ничего не ответила.
- Просто Маша?- опять спросил он,- А, как Вас мама называет? Наверное, Маруся?- продолжал издеваться он.
- А Вас? Как вас называет мама?- спросила Маша.
Он явно удивился её смелости.
- Мама? Мама меня зовёт Федей.
Маша засмеялась. И он тоже.
- Ну, на самом деле, как Вас зовут?- переспросила Маша.
На самом деле, его звали Фёдором. И кофе они пили вместе теперь чаще. Пропасть между ними постепенно уменьшалась. И однажды Фёдор предложил Маше встретиться после работы.

7

Была пятница. Маша готовилась к встрече всё утро. Затем весь рабочий день. Потом вечер. Телефон не звонил. Она задержалась на работе. Но банк закрывался. Пришлось уезжать домой. Выходя из метро, решила позвонить подруге, что котёнка кормить не нужно, но телефон вдруг зазвонил. Звонил Фёдор.
- Извини. Я замотался. Ты где?

Маша не хотела отвечать, но ответила. Она была рада и огорчена одновременно. Она испугалась. Страх, с которым она боролась всё это время, вновь парализовал её. Это чувство было спрятано где-то глубоко внутри Маши, но при первом же неудачном случае оно вылезло наружу, как аллергия. Это было начало конца. Она знала, что сейчас она сядет в такси. Приедет к нему. Они будут любить друг друга целый час, а может быть два, а может быть всю ночь. Но это закончится. Он исчезнет. Исчезнет, как исчез Вадим. Мысли бежали, обгоняя друг друга. Какая-то сумасшедшая паника.… Она приложила все силы, чтобы справиться с ней и, всё же, согласилась поехать. С первых минут их встречи, Маша поняла, что это вовсе не было свиданием. Просто ему было скучно, и он позвонил ей. Она была растеряна от его холодности, но спустя какое-то время почувствовала комфорт от спокойствия и от отсутствия напряжения. Блики от экрана телевизора играли в бокалах с вином. Маша с Фёдором о чём-то рассуждали и немного спорили. Ей было легко в общении с ним.

Если ты чувствуешь себя не уютно, тебе хочется покинуть это место. А, когда тебе хорошо, ты не контролируешь свои действия. Стираются понятия "можно" и "нельзя". Ты словно зависаешь в неком пространстве. И ничего не существует вокруг. Только потом, когда это заканчивается, ты вдруг вспоминаешь мелодию, которая звучала в тот момент, предметы мебели, которые окружали вас, шторы на окнах, бокалы, постель и запах.…

И впервые за последние несколько лет, а может быть впервые в жизни, она почувствовала СЕБЯ. Она поняла, что всё это для НЕЁ. И в эту ночь она любила не его. Она любила СЕБЯ. Любила себя его руками, его губами. Она любила себя им. Она позволила быть себе настоящей. Она жила сегодняшней ночью. Но она ЖИЛА. Что будет завтра, она не знала. Вопрос так даже не стоял. Завтра вообще могло не наступить. И она была счастлива.

В самом слове счастье есть что-то от двух составляющих - сейчас и есть. Его не может быть много. И оно не может длиться долго. Но может быть, именно это, в конце концов, и есть смысл жизни.

Домой она вернулась под утро. Сквозь закрытые жалюзи пробивались первые утренние лучи. Маша сидела перед зеркалом и рассматривала себя. Глаза были усталыми. На впалых щеках лихорадочный румянец. Она провела пальцем по припухшим губам. Закрыла глаза. Голова закружилась. Она встала и почувствовала дрожь во всём теле. Не раздеваясь, легла в кровать, укрылась с головой одеялом, и, смакуя каждое мгновение пережитой ночи, уснула.

На следующий день он не позвонил. И в воскресенье не позвонил тоже. Она не задавала себе вопрос: "Почему?". Не звонила сама. Не плакала. У неё уже был опыт выживания после мгновений счастья.

Но можно натренировать тело. Можно закалить организм от перепадов температуры, но закалить душу от депрессии очень сложно или почти невозможно.

Чувство потери сменилось на глубокую пустоту. В понедельник она не встретила его в кафе.

8

Жизнь Фёдора нельзя было назвать размеренной. Для него не существовало понятий "режим", "временные рамки" или "рабочее время". Он мог отдыхать и работать одновременно. Дело, в которое он вложил небольшой, случайно заработанный капитал, оказалось востребованным, и постепенно принесло большие деньги. Это позволило разработать и воплотить в жизнь другие проекты. Фёдор, который когда-то пережил времена безденежья, попробовал и увидел, что лучше всего у него получается зарабатывать деньги.

Каждый понимает, что деньги - это независимость. Только не все верят в то, что могут получить и то, и другое.

Фёдор понял главное. Деньги можно зарабатывать не только трудом, а, прежде всего, умом, хитростью и уверенностью в результате.

Но, хорошо это или плохо, с появлением денег, человек перестаёт быть зависимым от многого и от многих. И в первую очередь от этого страдают люди, которые ближе всех к нему. Он, как бы откупается за своё невнимание, за свою забывчивость, за то, что они его любят. Но приобретённая свобода, делает его именно таким. Жизнь превращается в полёт. Он всё время находится в экстремальном состоянии. Все мы живём, словно ступаем по лезвию бритвы, но человек, который почувствовал власть денег, не ступает по нему, а несётся на огромной скорости. Он зависит только от одного. От страха перед потерей. Для него становится концом света, не иметь возможность извлекать деньги.

И Фёдор был прекрасен в этом своём денежном круговороте. Он получал кайф от мгновений, когда маленькая сумма, после удачно проведённой сделки, превращалась в миллионы. И ему были чужды и не понятны страдания по ушедшим любовницам. Он не испытывал депрессии от отсутствия звонков после бурных ночей. То, что было событием в жизни какой-нибудь женщины, для него было очередным эпизодом. И его никогда не разъедало чувство вины. Он исчезал из чьей-то жизни и появлялся вновь, находя какие-то оправдания. Так постепенно, он приобрёл имидж мерзавца, но любимого мерзавца. Его либо нужно было принять таким, какой он есть, либо забыть.

Он легко и быстро исчез из жизни Маши, как и появился. Но для неё это было уже не потерей, а приобретением очередного опыта. Она поняла, что к мужчине ни в коем случае нельзя привыкать. И вновь, после очередного крушения иллюзий, она училась любить себя.

9

Фёдор появился тогда, когда она совсем перестала его ждать. И в её глазах он не прочёл ни упрёка, ни обиды. Маша была очень рада их встрече, но всеми силами сдерживала свои эмоции, чтобы не выдать себя.

Хотя, можно ли скрыть радость? Так устроен человек. Он может сдержать мимику лица, мысленно связать себе руки, но глаза.… Вот, что скрыть невозможно. Они отражают всё, что происходит внутри.

Прочитать что-нибудь по глазам Фёдора было невозможно, он часто был в тёмных очках. Он придумал себе свою оболочку. Его неброская одежда и небрежность в действиях была для него кольчугой от мнения и влияния людей.

И опять они встречались и пили кофе в обеденный перерыв. Иногда он вырывал её из привычной, размеренной жизни, и они уединялись от всех. Она то теряла его, то вновь находила. Но он был в её жизни. Она не придумывала его, не идеализировала, тем самым, обезопасив себя от разочарований и обманов. И в этом была прелесть их отношений. Иногда ей казалось, что он остался где-то в детстве. Тем хулиганистым мальчишкой. Наивным и дерзким, но добрым. Он совершал поступки не для того, чтобы нравится, а потому что хотел помочь. Это было необходимо.

Как часто люди любят совершать добрые дела, чтобы понравиться самим себе. Они готовы создать ближнему своему невыносимые условия, чтобы потом помогать выпутываться из этого, получая неистовое удовольствие, и тешить своё самолюбие.

Фёдор был обычным и необычным. Обычным, потому что ничего ненормального не было в нём, а необычным, потому что таких людей Маша ещё не встречала. Порой ей хотелось, чтобы он ревновал её, старался удержать подольше возле себя, но этого не происходило. Он забывал про её день рождения, а на восьмое марта не дарил цветов. Он исчезал на несколько дней, а потом неожиданно появлялся. Но он умел, между прочим, просто так, вынуть из-за пазухи её любимые духи, именно в тот момент, когда они заканчивались. Или позвонить посередине дня и сказать: "Я хочу тебя".

10

Мир, в котором рождается человек, не меняется с веками. Суть всего происходящего в нём, остаётся неизменным. Меняется человек. Оттого, что ты пошёл в детский сад или женился, река не потечёт в обратном направлении, и за весной не придет опять зима. Поэтому, если тебе кажется, что в этом мире что-то не так, и этот мир нужно менять, начни менять его с себя,- словно кто-то нашёптывал это Маше на ухо.

И Маша решила действовать. Выходные были посвящены очищению шкафов и антресолей от хлама и ненужных вещей. Восемь огромных полиэтиленовых пакетов, набитых старыми вещами были выброшены в контейнер. Отложенные на летний отдых сбережения ушли на обновление гардероба и изменения имиджа.

Понадобилось время, чтобы она привыкла к своему новому образу. Но сейчас её короткая стрижка с вьющимися на концах волосами очень радовала её и поднимала настроение. Маша, следуя жизненным урокам, начала менять этот мир с себя.

Она никогда не замечала, что смена одежды и причёски, меняет походку и манеру поведения. У неё было такое ощущение, словно на её талию надели мышечный корсет, и она стала выше ростом. А по дороге на работу, ей показалось, что какая-то невидимая сила оторвала её от земли и понесла над асфальтом, над домами, куполами церквей, над людьми, которые суетились, торопились жить.…

Очнулась она уже возле банка. Перед раздвигающимися дверями. И вдруг поняла, что идти туда ей совсем не хочется. Весь день ей было тесно, не уютно и темно. Подавляя в себе желание, собраться и уйти, она, всё же доработала до конца дня. А вечером она написала заявление об уходе. Получив расчёт через две недели, она поехала в гости к подруге. На мобильном закончились деньги, и поэтому она явилась к ней без звонка. Подруга открыла дверь, и ослепила Машу своим сияющим от радости видом.
- Машка, я до тебя дозвониться не могу. Пришло письмо. Предложение напечататься. Представляешь?! Из Америки. Мы теперь с тобой богачи!

Она рывком затянула Машу в квартиру. Весь вечер они просидели на кухне. Мечтая о том, как они теперь заживут.

Дома Маша не могла поверить в случившееся. Такого не бывает. Но больше всего она удивилась тогда, когда на пороге её квартиры вечером следующего дня появился Вадим.

11

Она не видела его почти два года. Она узнала его, но сразу же заметила в нём перемены. Он располнел. И ей показалось, он стал ниже ростом. Свободный свитер, очевидно, был специально куплен на размер больше, чтобы скрыть появившуюся полноту. Зелёно-серые брюки висели на нём мешком. Чёрные волосы, с появившейся сединой были странно зачёсаны и, причёска не имела определённой формы. Весь он был каким-то рыхлым и непонятным. Маша не спросила, что случилось. Её почему-то это не интересовало. Она, вдруг поймала себя на мысли, что знала, как это будет. И это случилось именно так. Она так часто в голове прокручивала эту ситуацию, что сейчас, как - будто, переживала очередной дубль из снимающегося фильма. Маша сделала шаг к стене и, указывая рукой в сторону кухни, сказала:
- Проходи.

Он прошёл. Она обратила внимание на его походку. Шаги его были маленькими, быстрыми, но неуверенными. И сам он был каким-то съёжившимся, как - будто, его только что стукнули чем - то тяжёлым по голове, и он ожидал очередного удара. Она подумала: "Боже мой, как он изменился", но другая мысль, словно козырная карта, легла сверху, побив первую: "А может быть, он был таким всегда, но ты его любила.

Просто, когда любишь, не замечаешь недостатков. А, скорее всего, мы любим, как раз, не за достоинства, а за недостатки. Любовь, воистину, зла".

Несколько минут они сидели молча. Он рассматривал её. Осматривался вокруг. Смотреть на него ей не хотелось, поэтому она всё время отводила от него взгляд. Пушистый кот подошёл к его ногам, понюхал и стал тереться об них. Маша не знала о чём его спросить. Её ничего не интересовало в его жизни. Поэтому, она ожидала вопроса от него.
- Я пришёл извиниться, - начал он.
Она удивлённо посмотрела на него. Пожала плечами.
- Я угощу тебя чаем, хочешь?- предложила она, - с лимоном, как ты любишь.
- Не откажусь.
Он вдруг выпрямился. Расправил плечи.
- Ты помнишь, какой я люблю чай? Не забыла, значит.
Маша включила чайник.
- Я себе кофе сделаю.
Вот за этим она скучала, когда он исчез. Тогда ей не хотелось жить без него, а сейчас она ждала, когда он уйдёт.
- Ты изменилась. Тебе очень идёт. Как ты живёшь?- спросил он.
- Живу,- ответила она.
- Ты злишься на меня?
Она опять посмотрела на него. Он хотел перехватить её взгляд, но у него не получилось.
- Нет,- ответила Маша,- я тебе благодарна. Очень благодарна, что ты меня бросил.
- Не надо, малыш, я тебя прошу.
- Ты спросил, я ответила. Зачем ты пришёл? Извиниться? Не мучайся, я не держу на тебя зла. Живи спокойно.
- Может, тебе деньги нужны?- неожиданно для Маши спросил он.
Она улыбнулась.
- Деньги? А кому они не нужны. Хочешь предложить мне деньги?
Она протянула руку.
- Давай!
Он был смущён её поведением.
- Сколько? Сколько тебе нужно?- он вынул из кармана кошелёк.
- А сколько не жалко.
Он достал две стодолларовые купюры и протянул ей. Она взяла их в руки.
- О! Ты стал миллионером? Я вижу, что у тебя всё отлично!
- Да. Неплохо,- ответил он.
- Рада за тебя! Молодец!
Он допил чай. Она забрала чашку. Зазвонил телефон. Маша сняла трубку. Это был Фёдор.
- Я уезжаю завтра на неделю. Может, встретимся?
- Давай! У меня, как раз, есть повод кое-что отметить. Но об этом не по телефону. Я приеду через час.
Она положила трубку.
- Ты извини, но мне пора,- обратилась она к Вадиму.
- Да, конечно. Если хочешь, я отвезу тебя,- предложил он.
- Хорошо,- согласилась она.

Только, когда они вышли во двор, Маша поняла, зачем он приехал. Ему очень хотелось произвести на неё впечатление. У подъезда стояла новая, чёрная иномарка.

Она обошла машину со всех сторон.
- Почему не хвастаешься?- спросила она.
- Да ладно. Чем хвастаться?
- Такими вещами стоит хвастаться. Не скромничай.
Он открыл дверцу. Она села. Ехали молча. Когда приехали, он сказал:
- Я могу помогать тебе. Если тебе что-то нужно, ты только скажи.
- Да что с тобой, Вадик?- не выдержала она.
- Ничего. Просто, почему не помочь, если я могу.
- У тебя что, что-то не сложилось с Валей?
Она посмотрела на него. Он растерянно смотрел на неё. Она чувствовала, как он хотел что-то сказать, но не мог.
- Что-то случилось у тебя?- спросила она.
Он отрицательно покачал головой.
- Да нет, всё нормально.
Они ещё какое-то время посидели молча.
- Ну, я пойду,- нарушила она тишину.
- Помни, что я тебе предложил. И ещё раз, прости.
- Спасибо! Я это не забуду. Удачи тебе! Ах, чуть не забыла,- она открыла сумочку,- твои доллары…
Он взял её за руку.
- Прошу тебя! Сделай мне услугу, возьми.

Их взгляды встретились, и она вдруг вспомнила то время, когда они были вместе. Кадр за кадром пролетел в её памяти. На какое-то мгновенье он превратился в того Вадима, которого она когда-то любила. Она высвободила руку.
- Ещё раз, спасибо! Пока.

Она захлопнула дверцу и зашагала к подъезду. Никогда она ещё не испытывала такого торжества в душе. Уверенность, которой Маша всегда была лишена, сейчас вела её по жизни. Ей нравилось в себе всё. Даже имя, которое она раньше терпеть не могла. Ей хотелась смеяться и плакать одновременно. Она была счастлива оттого, что любила. Любила Фёдора, любила подругу, своего кота и даже Вадима. Но больше всего, она любила СЕБЯ. И верна была только СВОИМ желаниям. Верна была СЕБЕ.

Ольга Анина