Любовь к зоосадам у меня еще с тех лет, когда вместе с родителями я жила в далеком чудесном городе Токио. Отец и мать были настоящими японистами, увлеченными Японией и ее языком, обычаями и традициями. Они согласились на рядовые должности в советском торгпредстве только чтобы дышать воздухом страны восходящего солнца. И поминутно изучали страну и язык с блокнотами в руках. Более того, мои родители искупали меня в японском языке и добились права учиться в местной школе уже в "перестроечные" времена. Это была их вторая командировка на Дальний Восток. Таким образом, я форменным образом растворилась в японском языке, умела не только свободно изъясняться, но и писать по-японски.
- У нас двуязычная дочь! - с гордостью говорили родители.

Тем не менее, мне пришлось закончить институт восточных языков в Москве для диплома. Все годы учебы я с удовольствием изучала английский и французский языки, от японского меня освободили. Уже на первом курсе я зарабатывала переводами с японского на русский и обратно, установила связи с иностранными фирмами и российскими издательствами в Москве.

Только тогда я поняла, какой полезный дар переводчика развили во мне отец и мать. Оба они в настоящее время писатели и искусствоведы. А я совершенно самостоятельная молодая женщина, могущая позволить себе почти все, включая и симпатичную квартирку на Малой Грузинской улице с видом на зоопарк.

Вот уже третий год я работаю консультантом на известной японской фирме и переводчицей в международном Бизнес центре. Заказов на работу всегда много и я могу выбирать. Казалось бы, самодостаточная женщина, но вот в личной жизни мне не везет. Был муж, скрипач оркестра, но через два года весь в слезах уехал от меня в Израиль и там сгинул, глупый Яша. Нашей дочери сейчас семь лет, ее раздирают две бабушки, готовые сидеть с ней на дачах месяцами. Есть у меня и друг - полноватый топ-менеджер Дима из страховой компании. Он добрый и веселый человек, женат на актрисе драматического театра, ставшей известной после популярного сериала. Она хороша собой, эта Марина, но слишком любит театр и телевидение, на Диму у нее времени и любви не хватает…

Он любит приглашать меня в заповедные уголки Москвы в рабочее время. Кому в голову придет, что ответственный сотрудник компании может позволить себе гулять по Москве с подругой под прикрытием деловой встречи с клиентами? В руках Димы объемистый пакет с бананами, крупой и семечками для птиц. Кормить зверей здесь не разрешают, но чего себе не простишь, когда так хочется угостить животных! Вот к кромке пруда подплывают гордые черные лебеди, и мы рассыпаем на земле аппетитную горку семян и крупы. Я смотрю на изящные шеи птиц и почти касаюсь их руками. Вспышка цифровой фотокамеры и Дима с восторгом добавляет еще один снимок к своей коллекции "Римма и природа". Римма это я, а природа все вокруг нас под ярким июльским солнцем. Потом мы идем к медведям, волкам и другим животным, изнывающим от жары. Прячутся зверушки в деревянные домики, а белые медведи норовят плюхнуться в воду.

Неожиданно я вижу на аллее господина Умимото-сан, аккуратно ведущего под руку рядом с собой девушку Галю, новую офис менеджера фирмы. Пышные формы Гали видны издалека. Маленького росточка, круглоголовый Умимото-сан что-то рассказывает Гале, она смеется и нежно поправляет очки на лбу своего кавалера. Умимото-сан всего год в Москве, куда его перевели из Лондона, он прилично говорит по-английски, женат, имеет двух очаровательных дочек и видимо использует обеденный перерыв на фирме исключительно в деловых целях… Галя и он останавливаются у клеток с леопардами, я перевожу взгляд в сторону и неожиданно вижу мадам Умимото, шагающую по той-же аллее к клетками. Рядом с ней ее дочки Ахата и Тойеда. Еще минута и безобидная прогулка Умимото-сан может закончиться скандалом. Уж я - то знаю нрав тихой с виду мадам Умимото.

Я вынимаю мобильник, набираю телефон заместителя директора фирмы и быстро говорю ему:
- Умимото-сан, с южной стороны аллеи к вам выдвигается танк с двумя взводами поддержки!

Я не вижу лица Умимото-сан, но его голова повернулась направо, он что-то сказал Гале, и они вприпрыжку поскакали вглубь зоопарка. Когда мадам Умимото с детишками приблизилась к леопардам, там были только европейского вида посетители и сами леопарды.

У вольеров с обезьянами я ищу свою "знакомую" макаку с грустным лицом.

А вот и она на стволе дерева. Смотрит куда-то вдаль. Взгляд ее задумчив, крепкие лапы обхватывают дерево. Дима тоже любит смотреть на приматов и очень сердится, когда могучий орангутанг отталкивает лапой субтильную самку. "Моя" макака неожиданно срывается с места и скачет в нашу сторону.

Неужели она почуяла бананы в пакете? Мы оглядываемся по сторонам, я осторожно приближаюсь к заградительной сетке и просовываю лакомство в отверстие. Макака моментально хватает подношение и уже собирается очистить кожуру, как рядом с ней оказывается свирепого вида самец с лиловой задницей. Он бесцеремонно вырывает банан из рук макаки и пожирает его, хмурясь на посетителей.
- Вот гад! - возмущается Дима и громко свистит. Самец оглядывается, делает прыжок в сторону, подскакивает к другой макаке и торопливо "любит" ее. Бедная зверюшка никак не реагирует на порыв самца, у нее грустные глаза и полуоткрытый рот.
- Вот супостат какой! - сердится Дима, - Чужой банан сожрал и поимел чью-то самку!
Раздается звонок моего мобильника.
- Римма, это я, - говорит Умимото-сан. У него прерывистое дыхание от ускоренной ходьбы. - Я благодарен вам за предупреждение. Вы добрый человек, Римма, - говорит мой японский шеф.

Через полчаса в своей квартире я принимаю душ и заглядываю в зеркало. Оттуда на меня смотрит утомленная жизнью обезьянка с грустным лицом.
- Я уже иду! - громко объявляю я свой выход Диме. Ему ведь еще на работу возвращаться…

Евгений Леоненко