Сижу на лекции - смотрю на лектора…

Из наушников сквозь слова профессора сочится райская музыка. Я откинулся в удобном кресле, смотрю на великолепный потолок и восхищаюсь, насколько хорошо в этом огромном зале отрегулировано освещение. Мягкий и тёплый свет обволакивает серо-коричневые кресла зала Московской Мэрии. Прекрасно.

Лекция о расчёте кровопотери у больных при травмах. Я слушаю, смотрю на большой экран, где показывают слайды, и с ужасом осознаю, что эту лекцию читает извращенец, просто маньяк-вампир. Согласитесь, мало, кто из нормальных людей способен заниматься тем, чтобы раскладывать вопрос о кровопотерях на десятки составляющих элементов. Я сижу, и помимо моей воли из памяти всплывает образ больной, истекающей кровью. О нет, это уже не больная, это уже несколько часов, как обескровленный труп. Представьте себе весь этот ужас: молодая женщина с очень бледным лицом на полу в луже крови.

Кровь уже начала разлагаться и от неё стал исходить сладковатый запах. Подкатывает тошнота…

Я смотрю на лектора и замечаю, что когда он изредка улыбается, то показывает два своих больших острых клыка. Можно говорить всё, что угодно, защищая братьев вампиров. Но с другой стороны, совершенно не важно, что они вампиры. Просто они выполняют хорошее, нужное всем дело. Другой вопрос, каким образом они умудряются получать удовлетворение от своих занятий?

Всё же, у меня есть предположение, что они эти докладчики являются истинными вампирами. Их жизнь никогда не будет полной. Только ночью их тонкое тело, истосковавшись по сытному, сладкому и липкому, будет кружиться над теми, кто ещё днём были их пациентами. Я прислушался вновь к лекции и отметил одну интересную особенность - докладчик делает явный акцент на такие слова, как "кровь", "кровопотеря"… Остальные слова звучат, смазано и размыто. Эти слова они до краёв наполняют своими кровожадными образами. А теперь, речь пошла о кровезамещающих препаратах. Ну, конечно, же, сильно желание пить кровь безнаказанно. Сам-то он никогда не будет удовлетворять себя солевыми растворами. Посудите сами, ну как, можно заменить живое на искусственное? Кровь - аналог души, а обычный раствор соли, что это?

"… Коллоидные растворы… могут заменить…. В острых ситуациях при больших кровопотерях…"

Слышите? Вот так-то, господа вампиры пьют наши души, а взамен предлагают чёрт знает что! Уж не посланники ли они самого дьявола, эти люди за кафедрой? Лектор прервался и обратился к слушателям: "такой большой зал, вы все сидите так далеко от меня и слишком рассеялись по залу. У меня возникло впечатление, что от такого рассеивания в зале стало несколько холодновато. Сядьте ближе, господа!"

Лектор хотел пошутить, но эта шутка была не менее холодная, чем зал. Все оцепенели от таких откровенных слов, и никто не смог даже пошевелиться от подсознательного ужаса.

На стене схемы, на них указаны классификации пациентов с кровопотерями. Ужасом веет от его схем. Я делаю громче музыку в наушниках и ухожу из этого странного помещения к своим образам. Эти образы наполнены кровью, наполнены жизнью. Странно, почему я до сих пор не ушёл из зала? Ах, да, понятно. Рядом со мною примостилась высокая стройная брюнетка. Она крутит в руках мобильник, разговаривая со своей подругой, но меня обмануть не возможно. Я вижу, как её желание окутывает меня со всех сторон. Вот ещё один вампир, но на этот раз - тайный. Какая-то пустота вокруг неё. Пустота, которую хочется заполнить. Это что, тоже, своеобразный вампиризм? Быть может, существует много вариантов вампиризма? Это чувство исходит от многих женщин достаточно часто. Значит ли это, что женщина может быть эдакой "активной пустотой"?

А знает ли лектор, что, на самом деле он внушает и к чему он подталкивает свою аудиторию? То, что возникло между мной и моей соседкой - это явно его влияние.

Женщина встала и вышла из зала. Ей наверняка надоело слушать эту галиматью маньяков, а может, это приглашение?

Я встаю и выхожу вслед за ней…

Уважаемые господа, а замечали ли вы за собой странную особенность поведения в подобных порывах - встать и преследовать симпатичную женщину?

Анализировали ли вы в подобные моменты свои действия? Наверняка - нет. Так же и я - встал и просто пошёл за ней по еле заметному следу лёгкого аромата духов или ещё чего-то. Некоторые слушатели в зале автоматически повернули головы вслед за ней. Наверняка они следовали, так же, как и я за странными побуждениями. Рядом с выходом из зала её не оказалось. Естественно, если она вышла, пытаясь выманить меня, то в любом случае, она не могла явно показывать свои намерения. Куда она тогда пошла? Конечно, есть только одно место в этом заведении, куда можно зайти не вызывая подозрений.

Я спустился на один этаж ниже и уселся в просторном зале дожидаться выхода своей соблазнительницы. Меня всё же мучило беспокойство - а, вдруг, моя интуиция меня подведёт? Я встал и стал прохаживаться по залу. Дверь за моей спиной хлопнула, и она вышла, стремительно направившись к лестнице на первый этаж. Я почувствовал, как в какое-то время ею овладели сомнения, но потом, заметив меня, она сделала вид, что очень спешит. Я пошёл за ней и догнал её у раздевалки. Она подавала свой номерок. Её длинные тонкие пальцы с алым маникюром притягивали мой взгляд. Я следил за каждым движением её изящных рук. В прошлой жизни она была птицей. Иначе, нельзя объяснить, откуда у неё такие плавные движения.
- Спасибо, - сказала она гардеробщице и, отойдя к зеркалу, стала копаться в своей сумочке. Из её сумочки выкатилась губная помада и оказалась у моих ног. Я поднял её и сделал шаг в направлении растерявшейся женщины.
- Спасибо, - чуть слышно прозвучали её слова. Она медленно принимала помаду у меня из рук. Я ощутил, какие у неё тёплые, чуть влажные пальцы. Наше прикосновение затянулось, и сложно было понять, кто выступил инициатором этого промедления. Как бы там ни было, но она явно давала понять о желании нашего дальнейшего знакомства. Ей было лет тридцать. Тёмные глаза блестели из-под длинных ресниц, а её пальцы по-прежнему оставались в моей ладони.

Она стояла на высоких каблуках и казалась чуть выше меня. Высокие женщины обладают удивительным свойством захватывать наше внимание. Я медленно скользил взглядом по её чуть бледному лицу, полным губам, длинной шее, груди, талии, крепким стройным бёдрам, а затем возвращался к этому таинственному взгляду под дрожащими ресницами. Мне не хотелось ничего говорить. Вообще не хотелось мыслить и действовать. Я отдался странному порыву приблизиться к незнакомке. Она так же сделала шаг мне навстречу. Потом… Потом я совершенно не понял, как это могло произойти, но меня полностью сковало тепло её губ.
- Здравствуй, - сказала она, как только смогла это сделать.
- Здравствуй, ответил я и наконец-таки узнал её. Я узнал эти руки, опущенные ресницы, губы и те чувства, которые будили прикосновение её бёдер. Я узнал её. Это была Она. Вот только имени её я не смог вспомнить. Да нужно ли оно вообще, это имя? Не важно. Ничто не важно, потому, что я встретил Женщину.

Шумин Андрей