Город, когда-то в далеком детстве казавшийся зеленым и ослепительно солнечным, таким, что заставлял счастливо жмурится, разрастался, как серая раковая опухоль. К тому же, его совсем не украшали груды грязно-пористого, похожего на пемзу, снега, который дотаивал на черных газонах, присыпаный окурками, обертками от конфет и пустыми скомканными сигаретными пачками. Сквозь запотевшее стекло маршрутки Лера автоматически выхватывала взглядом из окружающего пейзажа привычные архитектурные приметы приближения своей остановки. Ох, и унылая же нынче весна! Мокрая, грязная, с постоянно чавкающей кашей под ногами – какие сапоги выдержат? Почему-то казалось, что стоит разойтись плотным тучам и появиться солнцу, как все жизненные неурядицы и проблемы моментально разрешаться сами собой. Марьгавриловна, противная начальница отдела, в котором уже третий год после института работала Лера, станет доброжелательной и справедливой, хоть трезвый рассудок подсказывал девушке, что старые девы после пятидесяти не меняются даже под влиянием солнечных лучей и пения птиц. Сегодня прямо с утра она вызвала Леру "на ковер" и битый час нудно пела ей нотации, как гимназическая классная дама -"синий чулок", насквозь при этом просверливая жертву колючими глазами-буравчиками. Лера вышла после этой экзекуции измочаленная, как боксер после неудачного ринга, и горячо позавидовала японским коллегам, которые после подобной процедуры имеют счастливую возможность зайти в заветную комнату и от души отметелить кулаками чучело ненавистного патрона! Угнетала Леру и вчерашняя ссора с Виктором – Виком, как она его привыкла называть. И повода-то по сути дела не было, а вот погляди ж ты – поссорились насмерть! Правда, было бы несправедливым считать, что до этой ссоры они ладили душа в душу. Их отношения скорее напоминали ревнивое соперничество. Лерина мама считала, что из таких отношений все равно не произрастет ничего путного, но девушка предпочитала пользоваться своим умом и плыла по воле обстоятельств. Мамины осторожные намеки на то, что в ее двадцать пять уже не мешало бы задуматься о серьезных далеко идущих связях, ее только раздражали, тем более потому, что она и сама в глубине души понимала мамину правоту. С точки зрения Лериных подруг Вик был завидным партнером: высокий интересный брюнет 30 лет, устойчивый бизнес, Тойота Камри, отпуск в экзотических странах? – суперстандарт счастья! Да-а-а... Если настоящая весна запоздает еще на пару недель – вся жизнь полетит в тар-тары!

Погруженная в свои нерадостные мысли, Лера чуть не проехала нужную остановку и стала резко пробираться к двери на выход. Ей все же удалось вовремя выскочить наружу, и маршрутка отчалила от тротуара, обдав ее на прощанье водопадом грязной жижи. Чуть не плача, девушка вытащила из кармана носовой платок и попыталась стереть бурые, успевшие мгновенно впитаться, подтеки со своей светло-голубой курточки. "Черт! Черт, черт! Да что сегодня за день такой?" – бормотала Лера, едва удерживая себя от того, чтобы просто позорно не расплакаться посреди улицы. Ей стало окончательно ясно, что жизнь дала основательную трещину, и она угрюмо побрела в ближайший гастроном за хлебом, предвкушая, что там остались только черствые позавчерашние батоны, следуя логике развития событий сегодняшнего дня.

У светофора уже скопилась небольшая горстка пешеходов, и Лера стала ждать пока на нем загорится маленький зелененький человечек, как вдруг внимание ее привлекло молодое семейство, которое двигалось по тротуару. Да что привлекло – это был шок! Молодой, опрятно одетый мужчина, одной рукой катил перед собой инвалидную коляску, в которой сидела привлекательная женщина на вид лет двадцати пяти с грудным ребенком в розовом конверте на руках, а в другой нес увесистую хозяйственную сумку. Лера похолодела: у женщины не было обеих ног! Рядом шел мальчонка лет 3-4-х и держался за мамину коляску. Если бы молодая пара имела только старшего ребенка, то можно было бы предположить, что с женщиной произошло страшное несчастье уже после его рождения, но новорожденный младенец не оставлял никаких сомнений – эта уникальная семья сложилась именно с учетом всех очевидных обстоятельств. И это при общеизвестном мужском эгоизме, который побуждает отцов неизлечимо больных детишек, например, выстроившись журавлиным клином тянуться прочь из семей! Девушка стояла остолбенев, не в силах оторвать взгляда от этих людей, с ужасом понимая, что ведет себя по меньшей мере неприлично. Женщина в коляске, перехватив Лерин взгляд, доброжелательно и даже как-то подбадривающе улыбнулась, чем и вывела ту из ступора.
– Простите, вы не могли бы помочь нам перейти на другую сторону? – обратился к Лере отец семейства. – Дело в том, что у меня заняты руки и я беспокоюсь, как бы сын не дернулся под машину.
– Да, да, конечно, с удовольствием, – заторопилась согласиться Лера.
Малыш подошел к Лере и послушно вложил свою ручонку в ее ладонь. Судя по всему, он уже привык к таким ситуациям и не видел тут ничего необычного.
– Меня зовут Игорек. Тетя, а ты видела живого слона? Мы были в зоопарке – там? слон, такой огро-о-омный! – малыш без умолку защебетал, заглядывая снизу вверх Лере в лицо отчаянно голубыми глазищами.
– Ты, наверное, ходишь в детский садик?
– Нет, я? помогаю маме, ведь я уже большой! – с гордостью заключил Игорек.
После успешной переправы на другую сторону улицы, папа Игорька поблагодарил девушку за помощь и уже было собрался катить коляску с женой дальше, но малыш ни за что не захотел отпускать Леру.
– Игорек, отпусти, пожалуйста, тетину руку. Она же, наверное, спешит по своим делам. Вы извините, ради Бога, – смущенно обратился к девушке папа взбунтовавшегося мальчонки, который никак не хотел соглашаться с папиными железными аргументами.
– Нет-нет, не беспокойтесь. Я никуда не тороплюсь и с удовольствием помогу вам добраться туда, куда нужно!
Лера и сама, к своему удивлению, не хотела расставаться с этим трогательным воробьишкой, чью теплую мягкую ладошку она ласково сжимала в своей. Мужчина представился Сашей, а его жена оказалась Ириной. Она доброжелательно, как ни в чем не бывало, пригласила Леру зайти к ним на чай, благо они живут тут неподалеку, и та, к величайшей радости Игорька, согласилась.

Жили Саша с Ирой в маленькой двухкомнатной квартирке, расположенной на первом этаже панельной "хрущебы". К Лериному удивлению, квартира производила впечатление уюта и ухоженности, как если бы в ней хлопотала проворная домовитая хозяйка. На подоконниках зеленели разнообразные растения в горшочках, на стенах висели яркие панно. Ловко загрузив все свое семейство через квартирный порог, Саша отправился хлопотать на кухню, а Ира принялась помогать раздеваться Игорьку. Лера извлекла из сумки продукты, которые она купила домой, отнесла их Саше на кухню и вызвалась помочь Ирине управиться с детьми. Подойдя к коляске, девушка с замиранием достала теплый, начинающий хныкать комочек, который оказался Софией и от роду которому было месяца три, с точно такими же голубыми глазищами в пол-лица как у брата. Никогда до сих пор не думавшая о собственном ребенке, Лера неожиданно ощутила сладкий укол в сердце, и оно приятно и незнакомо заныло… Нехотя передав Ире дочурку, она сказала: "Какое это должно быть счастье, иметь ребенка… Ира, как вы решились на двоих? Ведь это, наверное, невозможно трудно!" Молодая мама положила малышку перед собой на расстеленное на полу одеяльце и принялась ловко ее переодевать.
– Лера, во-первых, давай на "ты" – мы же с тобой ровесницы, как я вижу… А во-вторых… Я понимаю, что ты бы хотела задать мне тысячу вопросов, но просто не решаешься – со стороны, наверное, очень трудно нас понять... Мы с Сашей знакомы много лет: вместе учились в старших классах, вместе решили поступать на исторический. Тогда я еще была… такая как все, ну ты, впрочем, понимаешь, что я имею в виду... Поступили сразу, попали в одну группу. Трудно сказать, было ли уже тогда между нами то чувство, которое есть сейчас, но нам всегда было хорошо вместе. Возможно, то была скорее дружба. После третьего курса мы всей студенческой группой поехали на практику к морю, на раскопки древнего Херсонеса. Конечно же, вместе с Сашей. Эта поездка должна была бы стать, наверное, самой прекрасной в нашей жизни, но… случилось несчастье: еще по дороге туда я выскочила на маленьком полустанке купить кое-какие мелочи и отстала от поезда. Собственно не отстала, а увидела, как он медленно трогается, наши кричат мне что есть мочи и размахивают руками. Я бросилась догонять свой вагон, успела даже схватиться за поручни, но руки соскользнули вниз и я не помню как оказалась под колесами… Последнее, что врезалось в память – ужасные крики наших девчонок. Очнулась уже в больнице, как мне потом сказали, я пролежала без сознания несколько дней, и первый человек, которого увидала, раскрыв глаза, был Саша...
– Ира, а твои родители... Они знали что с тобой тогда произошло?
– Меня с 10 лет воспитывала бабушка: мама рано умерла, а папа вскоре после этого женился и где-то давно потерялся... Я даже не знаю жив ли он сейчас, где он и что с ним. Саша тогда сам принял решение пока ничего не говорить моей бабушке, потому что знал – это ее убъет. Нам долго пришлось готовить мою бедняжку к тому, чтобы она смогла воспринять то, что со мной случилось. С тех пор Саша всегда рядом. Ему пришлось немало вытерпеть? – все мои истерики, попытки самоубийства... Какая я была глупая! Как можно было стремиться лишить себя жизни, когда эта самая жизнь так прекрасна! В ней есть любовь, дети, близкие – просто нужно уметь этому радоваться каждую минуту... Друзья помогли мне закончить институт, обеспечивают работой, помогают нам управляться с детьми и даже помогают деньгами – Саша сейчас сидит в декретном отпуске с Софией и подрабатывает ночами. Он многим жертвует ради меня: ему предлагали после университета остаться в аспирантуре, но он отказался – надо было зарабатывать на жизнь... Мне, как это странно не прозвучит, очень повезло – у меня есть любимый муж, дети, есть те, кто нас поддерживает, иначе... Впрочем, я даже не хочу говорить о том, что могло бы быть иначе. Лера, положи, пожалуйста, Софию в коляску.
Лера, завороженная всем, что только что услышала, автоматически уложила Софию в ее ложе и дала крошке соску. Та с громким смешным хлюпаньем ее мгновенно засосала и тут же умиротворенно заснула. "Суперстандарт счастья, – насмешливо подумала Лера. – Деньги, машина, Канары..." Горько было сознавать, что, не приведи господи, случись что с ней и Вик на следующий же день забудет ее номер телефона...

За ужином Саша постоянно шутил, все смеялись, особенно Ира, задорно запрокидывая голову. Все расхваливали еду, которую ловко и умело приготовил опытный глава семьи. Лера давно уже не чувствовала себя так уютно и легко. После трапезы она вызвалась помыть посуду. Игорек стоял рядом и солидно по-хозяйски подсказывал что и куда нужно ставить.
– Ира, а можно я буду иногда к вам заходить – гулять с Игорьком, помогать с Софией и вообще если что-то понадобиться?
– Конечно, Лера, заходи когда захочешь – мы всегда будем рады!

Выйдя из подъезда, в котором жили ее новые друзья, Лера достала из сумочки мобильный телефон и обнаружила несколько неотвеченных звонков. Она набрала мамин номер, зная что та всегда очень тревожится, когда дочь даже на несколько часов выпадает из ее поля зрения. Как это она так увлеклась, что забыла сообщить о своем опоздании? Мама взволнованно закричала в трубку:
– Лера, куда ты пропала?! Я уже не знаю, что и думать! Мобильный не берешь! Неужели нельзя было предупредить?! Виктор уже звонил несколько раз. Кстати, по его тону я поняла, что он очень недоволен – придется уж тебе с ним объясняться.
– Мама, с этого момента меня больше абсолютно не волнуют его эмоции, так что ты можешь не переживать. Я тебе потом все объясню. Целую и пока!

Лера шла по темной улице и улыбалась тому, что совсем скоро весна – растает последний снег, запоют птицы и город опять станет зеленым и ослепительно солнечным, как в далеком детстве... Ей даже вдруг показалось, что воздух стал пахнуть проснувшейся землей и подснежниками. Сегодня она повзрослела на десять, на пятьдесят, на сто лет! Суперстандарт счастья! Теперь Лера знала о нем кое-что такое, чего не знала до сих пор и это знание наполняло ее твердой уверенностью в том, что в ее жизни все будет только хорошо. Наверное, не все будет гладко, но хорошо и счастливо...

Елена Северина
Фото: Goodshoot Image/fotolink