Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»

Woman.ru продолжает рубрику «Реальная история», в которой обычные женщины откровенно делятся с нами непридуманными сюжетами из своей жизни. Мы благодарны каждой из них за искренность и уважаем желание многих оставаться инкогнито. Ведь реальность, как мы знаем, порой оказывается сложнее закрученного киносценария, а обычные люди вынуждены решать задачи, которые не под силу голливудским супергероям. Эта история о девушке, которой страшный диагноз «рак груди» был поставлен в 30 лет. Однако, по ее словам, 2.5 года после болезни стали даже более счастливыми, наполненными эмоциями и событиями, чем до начала лечения. Эта девушка не только рассказала нам свою историю, но и не стала скрывать своего имени. Знакомьтесь, Елена Голышевская и ее реальная история.

Фото №1 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена Голышевская

Мне было всего 30 лет, когда у меня диагностировали рак груди. Конечно, ни о каких серьезных проблемах со здоровьем я тогда не задумывалась. Я вела здоровый образ жизни: не курила, алкоголь почти не пила, занималась спортом. Примерно за год до постановки диагноза я заметила уплотнение в груди. Его можно было рассмотреть невооруженным глазом, потому что грудь у меня небольшая, да и находилось уплотнение почти на поверхности, близко к коже. Кому-то, возможно, это покажется достаточным основанием для похода к врачу, но я об этом не думала: просто не обращала внимания, потому что ничего не болело. К тому же я была уверена, что все само рассосется. Беспокойство появилось только после того, как начало стрелять в подмышку и стала неметь правая рука. Я стремительно теряла вес, несмотря на то, что, занимаясь силовыми тренировками, должна была набирать мышечную массу. Кожа стала очень сухой и тусклой. И даже после этого мне не приходило в голову, что все может быть серьезно.

Как-то раз за обедом со старшей коллегой я поделилась своей проблемой и показала уплотнение. Та посоветовала не медля записаться на прием к врачу. Когда я ехала в больницу, мыслей о потенциально смертельном диагнозе у меня не было.

«Какая онкология? Мне всего 30 лет! — думала я. — Скорее всего, это банальная мастопатия». Тем более что в семье раком груди никто не болел.

Мне сделали УЗИ, взяли материал на биопсию, анализ на онкомаркеры, а через несколько дней я получила смс с уведомлением, что записана к онкологу.

День, когда озвучили диагноз — 13 февраля — невозможно забыть. Но нужно отдать должное врачу: он донес все очень мягко, спокойно, без трагизма и раздражающего сочувствия на лице. Он даже ни разу не произнес слова «рак», а лишь сказал: «Что ж, надо лечиться…» На тот момент я вообще не понимала, что происходит. Точнее, понимала, что что-то серьезное, но не до конца. Врач рассказывал мне о лечении, но я очень смутно все помню. Я почти его не слушала, потому что на тот момент практически сползала со стула на пол. Раньше я вообще об этом ничего не знала, кроме того, что онкобольных постоянно тошнит, и они ходят лысые и бледные.

Фото №2 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена всегда вела здоровый образ жизни: занималась спортом, не курила и не злоупотребляла алкоголем, поэтому диагноз стал для нее шоком

Даже когда врач сказал, что все будет «по полной программе» — химиотерапия, операция, облучение, таблетки — я не понимала масштаба. «Как же я буду без волос?» — только и смогла сказать я. «Зато потом вырастут густые, кудрявые, крепкие», — подбодрил меня доктор. Он сказал, что лечиться я буду около полугода. Помню, мне почему-то показалось тогда, что это так долго! Забегая вперед, скажу, что лечилась я почти год.

Сложно передать эмоции. Мы можем сидеть с друзьями в кафе, рассуждать о том, что все мы когда-нибудь умрем, что, грубо говоря, в любой момент на голову может упасть кирпич. Это все теоретические рассуждения. Именно после визита к врачу меня впервые охватил страх смерти. Я поняла, что сейчас я есть, а завтра меня уже может не стать.

Боже мой, как же так, почему же это произошло именно со мной? У меня работа, ипотека, родители, которые не вынесут удара, если со мной что-то случится, ремонт, спорт. И, вообще, я еще много чего не сделала в этой жизни из запланированного, не реализовала себя в полной мере.

Но очень важно было, по словам врача, принять то, что это случилось именно со мной. Важно не застрять в периоде отрицания: «Такого не может быть, здесь, вероятно, какая-то ошибка. Я же так молода, схожу еще куда-нибудь проверюсь». В противном случае есть риск потерять драгоценное время.

Выйдя от врача на Таганке, я пошла в храм к Матроне Московской, обливаясь слезами, никому не звоня: просто не могла сделать этого. Там я немного успокоилась и поехала на работу. Когда же зашла в кабинет руководителя, у меня случилась самая настоящая истерика, я не могла сказать и слова. Мне так стало себя жалко, в голове было только одно: я умру.

Фото №3 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
«Я сильный и стойкий человек, всегда справлялась с трудностями, но даже на минуту не могу себе представить, как можно сохранить выдержку, когда тебе озвучили диагноз. Это невозможно», — говорит Елена

Так как у меня были поражены подмышечные лимфоузлы (это 3-я стадия рака), надо было действовать без промедления. Врач посоветовал мне лечиться в Израиле, поэтому я тут же принялась прорабатывать этот вариант. Коллеги, начальник — все прониклись моей бедой и организовали сбор средств на лечение. Подключились и страховые службы. Больше всего меня волновал вопрос, как же я буду совмещать выплату ипотеки и лечение, ведь постоянно буду на больничном (к слову, работать я так и не прекратила). Но оказалось, что можно отложить выплату кредита на год, и мне сделали реструктуризацию ипотеки.

Все происходило очень стремительно, и я поняла, что не все так плохо, все решается. И я очень хочу жить. Я не готова умирать.

Через пять дней я уже летела в Израиль. После проведения всех дополнительных исследований мне была поставлена третья стадия гормонозависимого рака молочной железы с поражением региональных подмышечных лимфоузлов. Гормонозависимая форма РМЖ означает продолжение лечения после окончания основного блока лечения (антиэстрогеновые таблетки). Первой в очереди была химиотерапия, чтобы уменьшить опухоль. Оперировать сразу было нельзя, потому что она была близко к коже, и удалить ее, не задев ткани, было бы очень сложно.

Мне было назначено восемь курсов ХТ, из них четыре — вызывающими тошноту цитостатиками, и еще четыре — таксанами, от которых ломит кости и режет мышцы. На протяжении полугода раз в три недели я летала в Тель-Авив, где находилась два дня, а потом летела обратно в Москву, продолжала работать. Химиотерапия — самое сложное в лечении, потому что вгоняет в перманентное состояние усталости. Отдыхать, конечно, нужно, но в меру, потому что чем больше отдыхаешь и меньше двигаешься, тем сильнее состояние вялости, тошноты, ломоты и желания лежать или спать.

Я сразу поняла, что от спорта не откажусь ни за что. К силовым тренировкам я добавила и кардионагрузку, чтобы укрепить сердце. Было тяжело, кружилась голова, но я не бросала. Более того, работала в обычном режиме, запретила смотреть на меня жалостливыми глазами как на покойника (так уж сложилось, что в нашей стране эта болезнь обязательно ассоциируется со смертью).

Было плохо, меня тошнило, от противорвотных стероидов я пухла как на дрожжах, а от таксанов боль в мышцах была нестерпимой. Но я поняла, что именно спорт обеспечил мне более-менее нормальное качество жизни.

Фото №4 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена во время первого курса химиотерапии

После первого курса ХТ выпали волосы. Правда, меня это волновало теперь в последнюю очередь. Это выглядит совершенно не так, как здоровые люди привыкли себе представлять: будто ты причесываешься, и они остаются на расческе. На самом же деле волосы буквально отслаиваются, остаются в руке пучками. После четвертого курса выпали ресницы и брови. Когда стоишь в Израиле на паспортном контроле, сразу видно, кто приехал лечиться, а кто — отдыхать. Очень много типичных онколиц… Парик я не носила, предпочитая ему платки и шапочки. Хотя, вру: один парик все же у меня был.

От родителей я скрывала свой диагноз до последнего: благо, живут они на другом конце России.

Фото №5 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена с родителями

Я не хотела ничего говорить, потому что знала, что для них это станет ударом. Перед разговором по Скайпу я надевала парик и притворялась здоровой. Конечно же, мне пришлось им рассказать, когда они приехали в отпуск в Москву, но это было уже после всех восьми курсов ХТ. Я соврала, что прошла всего два курса, потому что опухоль вовремя обнаружили, что на самом деле все не так страшно, как им кажется.

Помню, папа не смог сдержать слез и молча ушел в другую комнату, а потом пришел и долго гладил меня по моей лысой голове, прижав к груди...

Реакция людей в метро — отдельная тема. Многие, увидев бледнолицую молодую девушку в платке, увлеченно читавшую книгу о раке и питании, поднимали глаза, внимательно осматривали меня, уступали место. У одних читался в глазах когнитивный диссонанс, у других — сочувствие. Кто-то в испуге отворачивался, некоторые делали вид, что не обращают внимания, но все же искоса с любопытством поглядывали.

Фото №6 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена Голышевская

Итак, моя химиотерапия подошла к концу, и теперь предстояло перенести операцию. С хирургом мы единогласно пришли к мнению, что надо удалять обе груди. Дело в том, что в силу молодого возраста еще достаточно времени, чтобы рак мог возникнуть и во второй груди, поэтому лучше было себя обезопасить. Мы сделали одномоментную реконструкцию: мне сразу же вставили импланты, к которым я привыкла примерно через два месяца. Правда, из-за отсутствия лимфоузлов в правой подмышке рука немного потеряла чувствительность.

Спустя две недели после операции я побежала в спортзал: просто не могла дождаться! Я не боялась жать или поднимать тяжести: наоборот, хорошая разминка и тренировка разгоняли лимфу, и рука становилась более чувствительной.

Мне предстоял третий этап — лучевая терапия. Это профилактическая мера для того, чтобы метастазы не пошли в грудную клетку (а такое случается очень часто, потому что какие-то раковые клетки все равно остаются). Облучали меня также в Тель-Авиве: там я провела полтора месяца. Радиотерапия — конечно же, не химия. Лежишь себе под аппаратом несколько минут, и все готово — дневная процедура пройдена. Но постепенно начинает накапливаться усталость от радиации, а на коже образуется ожог. С ним справлялась с помощью кремов, а с усталостью боролась старым проверенным способом — спортом. Взяла себе абонемент на два месяца в местный клуб и ходила туда каждый день перед процедурой. Все закончилось прямо под Новый год. Тридцатого декабря прилетела домой, в новую жизнь, в новую для себя реальность, с уже отрастающими кудрявыми волосами.

Отдельно стоит раскрыть вопрос, связанный с гинекологией. Перед началом химиотерапии мои яичники медикаментозно «выключили», потому что эстроген, который они выделяют, стимулирует рост раковых клеток в случае гормонозависимых опухолей (у меня как раз такая и была). С тех пор я нахожусь в искусственной менопаузе: я принимаю антиэстрогеновые таблетки, потому что существует возможность рецидива, и делать мне это придется еще несколько лет. Все симптомы климакса у меня тоже есть: приливы, жар. Что касается возможности иметь детей, то перед первым курсом ХТ мне предложили заморозить яйцеклетки. В России, насколько мне известно, этого делать не предлагают и даже говорят, что вредно. Мне сделали неполное ЭКО по ускоренному протоколу, потому что нельзя долго стимулировать яичники при наличии опухоли. Сейчас мои яйцеклетки хранятся в Израиле, и когда я закончу антиэстрогеновую терапию и буду готова рожать, смогу воспользоваться услугой ЭКО. Конечно, можно забеременеть и самой, но после восьми курсов химиотерапии и многочисленных таблеток клетки уже не такие здоровые, как до начала «эпопеи». Да и не такие молодые.

Абсолютно все друзья меня поддержали — кроме одной подруги. Но я не обижаюсь: есть люди, которые просто не хотят слушать чужие истории.

Не знаю, что бы я делала без своих ребят! Они устраивали мини-вечеринки, задаривали меня подарками, одергивали в моменты отчаяния. Я считаю, что болезнь — большее испытание для близких, чем для самого пациента. Они ведь хотят помочь, но зачастую просто не знают, что сказать и сделать, как себя правильно вести. Иногда спрашивают, откуда у меня силы и как я это все пережила. В таких случаях я отвечаю цитатой из фильма «Особенности национальной охоты»: «Захочешь жить, еще не так раскорячишься».

Парадокс: пока лечишься, ты видишь цель — выздоровление. Когда лечение закончилось, вроде бы все позади, но ты не понимаешь, что делать дальше. Как теперь жить? Именно тогда во мне случился перелом. Я поняла, что нельзя откладывать дела в долгий ящик.

Последние несколько лет перед болезнью я мечтала выучиться на тренера и хотела стать профессионалом в фитнесе, а не оставаться на уровне любителя. Я пошла получать диплом тренера по бодибилдингу и фитнесу, совмещала учебу с основной работой (я финансист), а еще начала заниматься кроссфитом.

В нашем банке есть свой тренажерный зал, где я стала тренировать коллег. У нас даже есть своя собственная команда, и очень часто мы участвуем в разных благотворительных забегах, гонках героев, межклубных соревнованиях.

Фото №7 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена с коллегами

По выходным я также подрабатываю в фитнес-клубе рядом с домом. Вообще сейчас я делаю только то, что мне нравится. Я даже разменяла квартиру в строящемся доме на вторичку. Пусть это дороже, но мне некогда ждать и подстраиваться под других.

Вскоре после лечения я познакомилась с Оксаной Молдовановой, главой Центра поддержки женщин по вопросам рака молочной железы «Вместе», который откроется в этом октябре. Это центр, куда женщины с диагнозом могут приходить за комплексной помощью: психологической и информационной. Там я также буду вести занятия фитнесом. Еще у меня в планах создать женскую «розовую» команду по гребле, и президент гребного спорта России меня уже поддержал. Розовую — потому что для женщин с диагнозом. А гребля — потому что именно этот вид спорта разгоняет лимфу, предотвращая лимфостаз. Ведь если удаляют лимфоузлы (как в моем случае), нарушается лимфоток, и рука может увеличиться вдвое. Поэтому физическая нагрузка — наше все. А что может проработать плечевой пояс лучше, чем гребля? В Европе, например, такие гребные движения существуют давно, и раз в 4 года во Флоренции проходит международный фестиваль, что-то вроде олимпиады. Российской команды пока нет, поэтому я и загорелась идеей ее создать. Не скрою, гребля — это тяжело даже для меня, спортсменки. Но цель всего — объединить женщин, а не бить рекорды.

Надо сказать, что эти 2.5 года после болезни — самые насыщенные по эмоциям, новым знакомствам и событиям в моей жизни. Конечно, говорить, что все предыдущие 30 лет я была домоседкой, нельзя. Просто человеку свойственно все откладывать на потом.

Помимо всех позитивных моментов есть и не самые приятные. Например, бюрократическая волокита: ежегодные подтверждения инвалидности (у меня третья группа), проблемное лекарственное обеспечение. Таблетки положены по льготе, но зачастую в аптеках их просто нет, и тогда я покупаю их за свои деньги. Это очень дорого. Я даже писала пару раз в Минздрав, меня уже там все знают. Я работаю, плачу налоги, так почему же за свои деньги я не могу получить лекарства?

Фото №8 - Реальная история: «В 30 лет мне диагностировали рак груди. Параллельно с лечением я занялась кроссфитом и получила диплом тренера по бодибилдингу»
Елена Голышевская

Конечно, когда опасность минует, чувства притупляются. Но стабильно раз в полгода меня все равно трясет на проверках. Каждый раз боюсь.

Ведь обычно все думают: «Со мной этого не случится», а я теперь эту философию не поддерживаю. Раком может заболеть любой человек, у этой болезни нет возраста. Но рак излечим.

Если даже вам поставили диагноз, не стоит впадать в панику, отрицание, отчаяние. Вместо этого нужно максимально собраться и действовать, ведь промедление может усугубить ситуацию. Настрой — половина успешного лечения.

Иной раз я могу всплакнуть, но, как правило, это бывает редко и ненадолго. Я стараюсь не зацикливаться на своем диагнозе и воспринимаю его как хроническое заболевание, с которым теперь придется жить. Наше счастье, настроение и выздоровление — в наших руках, правда.

Комментарии

62
под именем
  • Топ
  • Все комментарии
Показать сначала
  • Новые
  • Старые
  • Лена умерла полгода назад, но она боролась и не сдавалась
  • К сожалению, Елена умерла 02.08.19
  • Вчера Елены не стало... Вечная ей память
  • девушка просто молодец! Крепкого-крепкого здоровья!!!
  • Здоровья вам! Я тоже пережила онкологию. вот только об одном жалею что не заморозила яицеклетки. так испугалась и растерялась что не подумала об этом. а сейчас....климакс часть яичника не запускает организм и я так переживаю за это:( Хотя врач с Каширки сказал что можно это сделать, но я ни чего не слышала....
  • До боли близкая история Мне 38лет удалили правую грудь и лимфы.Прописали 14 курсов химии(всякой) 5 прошла .В группе отказали .НА что лечится ,если в бесплатном лекарстве откажут не представляю.Может кто сталктвался?
  • читала историю этой девушки и видела в ней свою, мне 42 года, и когда мне поставили такой же диагноз, это был шок , хотя внутренне я догадывалось о нем,у меня сейчас ситуация один в один, прошла операцию правой молочной железы, прошла уже два курса хт, на следующей неделе еду на третью (всего их будет 6 и все цитостатики), в августе будет лучевая и затем гормонотерапия в течении 5 лет, доктор из спорта разрешила заниматься гимнастикой и быстрой ходьбой, за время хт стала набирать вес и меня это напрягает сильно, до этого занималась фитнесом, хочу опять начать сейчас, думаю хуже не будет, берегите себя и при первых тревожных ощущениях не тяните идите в больницу, всем здоровья.
  • Страшно, когда молодые болеют онкологией! История Елены не оставляет равнодушной, искренне желаю ей победить болезнь полностью, огромного личного счастья в будущем и обязательно позже родить здорового малыша!
  • ой девочки и этой девушке и всем нам здоровья сильнейшего!!!!
  • "Ну а собственно почему и нет? Если гражданка работает и налоги платит , а отдельные личности продают нефть-газ-лес,то почему бы эти деньги не пустить на бесплатную медицинскую помощь онкобольным гражданам,а не собирать крупицами по населению." Гражданка платит налоги,и получает за это бесплатную мед.помощь на родине.Почему государство должно оплачивать прихоти?Может еще тур.путевки вам оплачивать,только потому что гражданка налоги заплатила?ерунду то уж не пишите.Я понимаю,когда требуется лечение,которого нет у нас,вот тогда ноги в руки и выбивать у гос-ва денег на заграницу.Плюс есть различные фонды,которые помогают финансово. Химия везде одинаковая,так какая разница где вам ее прокапают?!или в Израиле она "вкуснее"?!линейные ускорители тоже везде одни.Да,конечно,за границей комфортнее,уход хороший,но,извините,вы своим отдайте 8-15 лямов,вас и тут оближут.