«Щедрый, добрый, с невероятным чувством юмора, простой, но великий»: Лена Ленина об Иосифе Кобзоне, каким его знали только близкие

Писательница Лена Ленина дружна со многими звездами. Знаменитая блондинка была была в приятельских отношениях и с ушедшим из жизни 30 августа Иосифом Кобзоном. Скорбящая бизнесвумен решила поделиться с читательницами Woman.ru воспоминаниями о легендарном артисте. 

...
Лена Ленина поделилась своими воспоминаниями об Иосифе Кобзоне
1 из 16

Жизнь в шоу-бизнесе уже миллионы раз подтверждала правило: чем незначительнее персона, тем больше у нее представление о своей роли в истории страны и тем мерзопакостнее поведение с окружающими. А отношения этого человека с обычными людьми оказываются непростыми. И, наоборот, чем мощнее фигура и объективно ценнее она для мира, тем парадоксально более человечной, простой и гуманной она оказывалась.

Иосиф Кобзон был самой значительной звездой, которую знала Россия, и не было добрее и великодушнее человека в моей жизни.

Сегодня скорбят все, но больше всего те, кто имел счастье любить Иосифа Давыдовича вне камер. Я познакомилась с ним в 2010 году, когда, будучи начинающим организатором светских мероприятий со звездами, обнаглела до такой степени, что пригласила самого великого Кобзона на очевидно недостойное его статуса вручение огламуренной мной Ленинской премии.

Когда-то самая престижная награда страны превратилась в рекламный, а местами и саморекламный фарс и веселье. Какими же мелкими кажутся сегодня мои нескромные потуги быть оригинальной. Но на мое удивление, Кобзон не заметил наглости в моем предложении и, что еще поразительнее, — легко принял его.

Иосиф Кобзон был частым гостем мероприятий Лены Лениной

И я, конечно, облажалась. На каждом крупном мероприятии у меня традиционно собиралось три десятка звезд, сотня журналистов и три сотни миллионеров-рекламодателей. Для организации увеселительной программы мне бывали нужны сотрудники бэкстейджа в количестве пятидесяти человек. У каждого из них на весь вечер была лишь одна функция. Поручать больше не было смысла: молодежь цепенела в присутствии огромного количества звезд и из-за вспышек фотокамер как кролики перед удавами. Чтобы помощники окончательно не терялись, они репетировали свою единственную функцию целый день с семи утра и до начала мероприятия в семь вечера.

У одной из длинноногих хостес была в тот день почетная и простая функция — улыбаясь, на сцене выдавать дипломы Ленинской Премии знаменитостям и спонсорам. Но эта дуреха и с ней не справилась, как я узнала на следующий день от самого Иосифа Давыдовича. Он позвонил лично. Я обалдела: «Здравствуйте, Леночка! — Он никогда не представлялся, его голос и так все узнавали. — Хотел поблагодарить вас за приглашение. Я впервые на вашем мероприятии и встретил много хороших знакомых. Вы молодец, было много уважаемых людей! Спасибо, что пригласили».

И неожиданно он добавил фразу, от которой у меня, как у Штирлица в предчувствии провала, похолодело внутри: «Не могу не поделиться с вами анекдотичным эпизодом».

И замолчал в ожидании, что я догадаюсь, на тот случай, если это была коварная подстава с моей стороны. Но подставы быть не могло. Просто случилось то, что нарочно не придумает даже коварный и злобный ум. Оказалось, что длинноногая инфузория-туфелька вручила Кобзону Ленинскую Премию не в номинации «Легенда Эстрады», как было запланировано, а в номинации «Молодость Волос». Она тупо перепутала дипломы и вручила Иосифу Давыдовичу диплом, предназначавшийся нашему парикмахерскому спонсору, у которого в салоне пользовалась большой популярностью одноименная услуга.

Мы всей пресс-службой потом выкорчевывали из фотобанков снимки, на которых Кобзон держит этот злосчастный диплом, где легко читалась дурацкая двусмысленная надпись. Обморока у меня не случилось, но извинялась я искренне, а длинноногую отправили в офис Кобзона менять диплом и каяться, кланяясь до земли. Великий Человек, конечно же, со смехом простил начинающего массовика-затейника.

Лена Ленина восхищалась человечностью Иосифа Кобзона

С тех пор прошло много лет, и почти каждый месяц Иосиф Давыдович с неизменной пунктуальностью посещал мои мероприятия и всегда пел для гостей. Бесплатно. Платить ему колоссальные гонорары я бы и не смогла. Но он видел, как гости ждали его песен и долго ему аплодировали стоя, и с удовольствием делал приятное людям. Каждое из этих выступлений Кобзона восхищало меня и влюбляло в него так, что, в конце концов, я могла бы за него порвать любого. Не влюбиться в него было невозможно.

Все, что я ценю в людях, он являл собой с лихвой: в первую очередь, профессионализм, обязательность, порядочность в отношениях и работоспособность, и, конечно, галантность.

Он, например, всегда лично звонил мне поздравить с днем рождения. А еще я до сих пор искренне убеждена, что одна из любимых песен Кобзона «Как здорово, что все мы здесь, у Леночки Лениной, собрались» в оригинале звучит именно с моим именем. И про каждую из наших встреч можно было бы рассказывать много поучительных историй начинающим карьеристам шоу-бизнеса. Хотя, конечно, горжусь я больше всего тем, что именно Кобзон был свидетелем с моей стороны на свадьбе с французским мужем. Это было круто. Он так искренне радовался моему счастью. 

Про его человечность можно рассказывать много. Вот вам два разных примера: о понтах и пафосе некоторых звездунов, с одной стороны, и простоте Великого Человека, с другой. Один гламурный певец из парикмахеров однажды не доехал на мое мероприятие, несмотря на обещание, оскорбившись, что в присланном выручить его, безлошадного, автомобиле сидела уже другая знаменитость. Корона зазвенела и приказала развернуться на полпути. А вот когда Иосиф Давыдович позвонил на мой телефон поздравить меня с днем рождения, а ответила моя помощница, которой медведь на ухо наступил и которая не узнала знакомый каждому в нашей стране с детства голос и потребовала представиться, Великий Человек без короны просто сказал: «Иосиф Кобзон».

Иосиф Кобзон и Лена Ленина

Последнее мое мероприятие, которое артист посетил, было новосельем и проходило, по моей нескромной привычке, прямо на лужайке перед моим новым домом в поселке Кембридж на Новой Риге. Последнее — какое страшное слово. Теперь он не приедет на открытие моего будущего дома в Завидово. А я даже его дизайн обсуждала с Иосифом Давыдовичем.

А тогда, на предыдущем праздновании окончания строительства, наглая блондинка решила похвастаться своим новым домом и пригласила на новоселье самых крутых звезд, миллионеров и фотографов. Кобзон прибыл прямо из аэропорта.

Он прилетел из Абакана и с самолета, не заезжая домой переодеться или поцеловать жену, поехал ко мне.

Красавицу Нинель Михайловну я предусмотрительно пригласила, и муж увидел ее уже у меня на мероприятии. Но в этот же день Иосифу Давыдовичу нужно было лететь в Улан-Удэ. Когда организаторы поездки удивленно спрашивали артиста, зачем ему лететь через Москву, ведь из Абакана в Улан-Удэ ближе и быстрее напрямую, он ответил им: «Я обещал Леночке». Вряд ли они догадывались, о какой такой Леночке идет речь, а узнав, удивились бы еще больше.

Вот такой величайшей щепетильности в дружбе и ответственности в отношениях был Кобзон.

В тот день он провел в моем доме несколько часов, а в свой так и не заехал, отправившись от меня напрямую в другой аэропорт. Я была ему до слез благодарна, ведь Аллея Славы Звезд, которая теперь красуется на моем паркинге перед домом, теперь навсегда хранит отпечаток его руки.

Присутствие Кобзона не только на Аллее Славы, но и на самом празднике, несмотря на три-четыре десятка других знаменитостей, добавило мероприятию статусности и до слез поразило соседей, высыпавших на улицы коттеджного поселка послушать поющую вживую легенду.

Кобзон всегда выделялся даже в толпе других звезд. Это понимали и мои недоброжелатели.

Один из них, феминный критик Соседов, не стесняясь ни моего присутствия, ни Долиной, и даже не испытывая благодарности за ценные подарки, которыми я одаривала гостей новоселья, подошел к Нинель Михайловне и то ли по дипломатической наивности, то ли из вредности, гнусаво протянул, что Иосифу Давыдовичу тут не место. Великая Женщина Великого Мужчины парировала, понимая, что ее муж везде будет на голову выше всех, и ему место разве только с богами на Олимпе: «Вы полагаете, Сережа, что мы чего-то не понимаем? Знайте, мы просто любим Леночку и приехали к ней в гости!».