Фото №1 - «Мы не изучаем прошлое, а выясняем, как появилось настоящее»

О древних млекопитающих

Я сейчас занимаюсь несколькими направлениями исследований и сотрудничаю с различными специалистами. В общем виде мою работу можно было бы озаглавить так: «Изучение плейстоценовых (это период от 2,6 миллиона до 11,7 тысячи лет назад) млекопитающих юга Сибири». В эту тему входит ряд разнообразных направлений: биостратиграфические исследования (определение возраста отложений на основании состава ископаемых организмов), палеоландшафтные реконструкции и зооархеологические (изучение остатков животных для реконструкции быта древнего человека) исследования. 

В этом году я выиграл грант президента Российской Федерации на тему: «Изменения природной среды юго-востока Западной Сибири в неоплейстоцене по данным териофауны, в контексте возможных климатических изменений». Поэтому сейчас существенную часть времени занимает разработка именно этой темы. Однако я продолжаю реализацию и других направлений. 

Об изменениях климата 

Что же касается вопроса, важны ли эти исследования, ответ на него не так прост, как может показаться. С одной стороны, какая польза может быть от костей животных, которые умерли много тысяч лет назад? И одно дело, когда это величественный мамонт, скелет которого можно собрать и выставить в музее на всеобщее обозрение. И совсем другое дело, когда это маленькая полевка или древний суслик, которых и сейчас полно повсюду. 

Однако тема изучения прошлого на самом деле гораздо актуальнее, чем может казаться на первый взгляд. Ведь на самом деле мы изучаем не прошлое, а выясняем, как появилось настоящее. Так, одной из основных проблем современности является проблема изменения климата и вымирания различных видов животных. Одним из наиболее эффективных способов прогнозирования возможных изменений климата и ландшафтов считается метод палеоландшафтных и палеоклиматических реконструкций, чем в том числе и занимаются палеонтологи и геологи, изучающие четвертичный период. А имея прогноз ландшафтно-климатических изменений территории, можно выработать механизмы снижения негативных последствий этого процесса.

Ну а кроме этого, палеонтология — это просто очень интересно. На большинстве выставок мамонт (или динозавр) — это экспонат, который вызывает наибольший интерес. И именно научное изучение позволяет «превратить» эти кости в настоящее животное, пусть уже и давно вымершее.

О совместной работе

Современная наука в большинстве своем — это коллективный труд. И, соответственно, редко, когда научное открытие принадлежит одному человеку. На протяжении ряда лет я активно сотрудничаю с учеными из многих городов России и некоторых стран Европы. С ними мы время от времени публикуем совместные исследования, каждое из которых — своего рода открытие. Конечно, степень значимости этих исследований может быть разной, и чаще всего это обычное накопление фактического материала, без которого невозможны более важные открытия. В то же время есть среди них и действительно открытия. 

Об открытиях

Так, пару лет назад мы с коллегой из Омска описали интересную находку с территории Красноярского водохранилища. Там был обнаружен рог винторогой антилопы возрастом более миллиона лет. Это самое северное обнаружение винторогой антилопы, тогда как все остальные останки этих животных «происходят» из Северного Китая, Монголии, Казахстана и Забайкалья. Другое исследование, проведенное совместно с коллегами из Томска и Белфаста, показало, что всего каких-то 25 тысяч лет назад в том же регионе жили овцебыки — животные, живущие в крайне холодных и суровых условиях. 

Важность же этих находок заключается в том, что они показывают: климат даже небольшого региона не может долго оставаться стабильным и находится в постоянной динамике. Кроме того, эти находки будут стимулировать интерес зарубежных коллег к российским исследованиям. 

О целях и увлечении

Моя цель, как, наверное, и у большинства увлеченных людей, — стать специалистом в своем деле. Я считаю, что человек, который хочет стать лучше, должен постоянно работать и получать образование. Ведь, как гласит известная мудрость, приписываемая Сократу, «чем больше я знаю, тем больше я понимаю, что ничего не знаю». Если хотите, это своего рода постоянное соревнование, но не с кем-то, а с самим собой. Так вот, именно саморазвитие в научной сфере — это и есть моя главная цель. 

А рабочих целей у меня довольно много. Так, я хочу детально изучить вопрос вымирания мамонтовой фауны Минусинской котловины (Республика Хакасия и юг Красноярского края) и издать по этому поводу монографию. Другая цель — проследить изменение состава млекопитающих на юге Сибири (Омская, Новосибирская области и Алтайский край) в течение последних двух миллионов лет. Кроме этого хотелось бы заняться изучением животных так называемой гиппарионовой фауны возрастом около пяти миллионов лет, большая коллекция которых имеется у нас в лаборатории, но, к сожалению, сейчас на это совсем нет времени.

О мамонтах и людях

Помимо научных целей, я считаю, важной задачей является популяризация науки. Во-первых, это позволяет донести до общества важность научного знания. Во-вторых, это способ привлечь в науку новых людей, а кадровый голод, на самом деле, один из самых больных вопросов современной науки. Именно для популяризации палеонтологии мы с коллегами создали сообщество в сети «ВКонтакте»: О мамонтах и местах, где они обитают. В этом сообществе мы выкладываем научные и научно-популярные новости, которые могут быть интересны широкому кругу читателей. 

О мечте и удаче

Есть ли у меня мечта? С одной стороны, вся деятельность ученого палеонтолога напрямую зависит от удачи. Ведь то, найдешь ты в экспедиции что-то или нет, во многом именно дело удачи. И соответственно, есть мечта, чтобы подвернулась удача и я нашел целый скелет ископаемого животного. В идеале — нового для науки вида. С другой стороны, хочется продолжить линию поступательного развития отечественной науки. И чтобы было как можно больше людей, которым интересна наука и которые готовы работать в коллективе. Еще очень бы хотелось, чтобы снизилась бюрократизация науки, которая препятствует эффективному проведению научных исследований. Но боюсь, что в современных реалиях это невозможно. 

О работе палеонтолога

Год палеонтолога, как и большинства представителей естественно-научных направлений, разделен на две части. Обычно теплое время года — это сезон экспедиций, когда мы ездим за материалом. В холодное же время года идет лабораторная обработка и научное изучение того, что удалось собрать в ходе экспедиций. Это может быть склеивание по кусочкам кости, разрушившейся при раскопках, перебирание геологической пробы (грунт, промытый на сите с целью поиска костей и зубов мелких млекопитающих), видовое определение найденных остатков и их изучение, работа в музеях с имеющимися коллекциями. Далее уже идет научное осмысление полученных данных и подготовка научных публикаций. Конечно, все зависит исключительно от конкретных обстоятельств и того, что необходимо делать в конкретное время. Кроме того, всегда надо помнить о том, что наука — это творческий процесс, и вы никогда не знаете, когда к вам придет очередная идея. Так, однажды я не мог уснуть, и часа в три часа ночи мне пришла идея для очередной статьи, поэтому мне пришлось встать и записать ее, чтобы ничего не упустить. Ну а в свободное от работы время я по мере сил занимаюсь просветительской деятельностью на мероприятиях, организуемых нашим институтом, другими организациями или в сообществе в Интернете. 

Об экспедициях

Ежегодно в экспедициях сотрудники нашей лаборатории проводят не менее двух месяцев. Мой экспедиционный год обычно начинается в конце апреля — начале мая, когда я езжу в Хакасию для сбора материала. В этом регионе такое время года — наиболее удобное для работы. В летнее время мы ездим работать по югу Западной Сибири. Фронт работ очень большой, от Омской области, где мы изучаем отложения и ископаемых животных возрастом более двух миллионов лет, до Предалтайской равнины и горного Алтая. Так, в июне этого года мы уже провели экспедицию на территории Алтайского края. Целью экспедиции был сбор останков ископаемых животных, населявших регион на протяжении последних 300 тысяч лет, а также изучение отложений, в которых они были захоронены. Заканчивается же экспедиционный сезон обычно в начале или середине сентября, хотя бывают и более долгие экспедиции. 

Собственно, наша лаборатория занимается множеством вопросов, посвященных изменениям климата и природной среды на протяжении последних пяти — семи миллионов лет. Изучение ископаемых млекопитающих — это лишь частная тема в рамках большого комплекса работ, которые ведет наш коллектив.

О своем деле

Дело в том, что меня воспитали так, что человек — это существо трудящееся, и у каждого человека должно быть свое дело. А поскольку я довольно рано осознал, что жизнь скоротечна и, в общем-то, лишена смысла, я придумал себе этот смысл сам. Человек, будучи высшим приматом, существо довольно любознательное. Вспомните любимый детский вопрос: «почему?» А какая сфера человеческой деятельности наполнена наибольшим количеством вопросов? Конечно же, научная деятельность. Ведь вся суть науки — постановка вопросов и попытка получить на них ответы. 

О Спилберге и динозаврах

Мой интерес к палеонтологии возник еще в детстве. Мое детство выпало на время, когда мир увидел «живых» динозавров благодаря Стивену Спилбергу и его «Парку Юрского периода», а чуть позже по телевизору показывали документальный сериал «Прогулки с динозаврами» от компании ВВС. Собственно, тогда я и узнал, что есть такие люди — палеонтологи, и что они изучают вымерших животных и растения. Самое интересное — в отличие от большинства детей мне никогда не нравились собственно динозавры. Гораздо больший интерес у меня вызывали зверообразные рептилии — наши далекие предки, жившие до динозавров. Ну а я решил, что палеонтология станет моей профессиональной деятельностью, на четвертом курсе университета, когда я учился на эколога и впервые побывал на сборе палеонтологического материала. С тех пор вот уже более десяти лет я занимаюсь изучением ископаемых млекопитающих.

О задачах 

Спектр задач у палеонтологии очень широк — от традиционного поиска полезных ископаемых до фундаментальных вопросов происхождения и эволюции живых организмов и их вымирания. Так, именно благодаря палеоботаникам, изучающим древние растения, нам известно большинство месторождений каменного угля. А исследования микропалеонтологов, изучающих фораминиферы, помогают искать месторождения нефти и газа. 

Не менее важны фундаментальные вопросы палеонтологической науки. К примеру, все мы регулярно слышим о том, что вымер очередной вид животных или он находится под угрозой исчезновения. И сразу возникают вопросы: «в чем причина?», «виноват ли в этом человек?», «связано это с изменением климата?» и множество других. И тут нужно понимать, что вымирание — это то, что происходило с живыми организмами всю историю их существования. Наша задача сродни задачам криминалистов, понять, в чем причина гибели вида. Это нужно для того, чтобы можно было понять, есть ли возможность спасти тех, кто в этом нуждается. 

Вот один пример. В 2015 году в Казахстане был массовый падеж сайгаков. По подсчетам исследователей, тогда погибло более 130 тысяч животных, что составляло около половины популяции вида в стране. И до сих пор нет единого мнения о точной причине этого события. Но в рамках нашего разговора эти животные важны тем, что на протяжении сотен тысяч лет они жили бок о бок с мамонтами, шерстистыми носорогами, бизонами и другими животными ледниковой эпохи. По сути, это «живое ископаемое», сохранившееся до наших дней, в отличие от своих соседей по пастбищу. И сразу возникает вопрос: а не является ли этот падеж сайгаков продолжением вымирания мамонтовой фауны? 

О будущих открытиях

Каких открытий можно ждать в ближайшие годы — предугадать сложно. Но развитие современных методов исследований расширило возможности изучения древних живых организмов. Так, изотопные исследования помогли восстановить рацион многих животных и показали, что многие рептилии мезозойской эры (динозавры, ихтиозавры, плезиозавры) были теплокровными животными. Развитие методов датирования остатков показало, что многие виды вымерли гораздо позже, чем считалось долгое время. Изучение древних ДНК позволило установить новые для науки виды вымерших животных.

На мой взгляд, в ближайшее время все большее значение будут принимать именно междисциплинарные исследования. Если говорить о животных ледникового периода, думаю, можно ожидать открытие нескольких новых видов или подвидов животных, о которых мы узнаем по их ДНК. Еще пара видов «продлят свое существование во времени», то есть время вымирания этих видов приблизится к современности. Если говорить о более древних временах, думаю, в ближайшем будущем будут открыты новые местонахождения динозавров на территории России. В общем, открытий будет много, вопрос лишь в том, будут ли люди проявлять к ним интерес