История Вики Тепляковой, которая боялась мужчин, но доверилась женщине и села в машину убийц

8-летняя Вика Теплякова жила с мамой Ульяной и маленьким братом Ярославом в Новоалександровске — пригороде Южно-Сахалинска. Семья переехала сюда из шахтерского поселка Быков, который находится в сопках примерно в пятидесяти километрах к северу.

Там Вика окончила первый класс и успела завести много друзей. По словам директора школы, она всегда выглядела опрятно и вовремя делала уроки. Мать следила за ее учебой, регулярно приходила на родительские собрания, и признаков злоупотребления спиртным педагоги за ней не замечали. Но из Быкова пришлось уехать — то ли из-за конфликта с хозяйкой съемного жилья, то ли из-за неподъемной арендной платы.

В Новоалександровске Ульяна вместе с двумя детьми жила в квартире подруги Екатерины. Постоянной работы женщина не имела, и семья жила на пособия. Екатерина позже прямо говорила, что пустила их к себе исключительно из жалости к детям.

6 июля 2020 года, в понедельник, около одиннадцати утра Вика вместе с мамой и братом была в гостях. Позже Ульяна отправила дочку домой. Перед выходом они повздорили: девочка хотела погулять, но мама ей не разрешила и сказала сидеть в квартире.

Оставаться одной в пустых стенах Вика не захотела. Вернувшись домой, Ульяна решила, что дочка просто пошла погулять, однако к вечеру она поняла, что Вика пропала. Позже женщина обратила внимание, что из ванной исчезла детская зубная щетка. Эта деталь в сочетании с дальнейшим маршрутом Вики и показаниями свидетелей указывает прямо: ребенок не просто ушел во двор без спроса, 8-летняя девочка решилась на побег.

К утру 8 июля поисковые мероприятия переросли в операцию невиданного для региона масштаба. Со всего юга Сахалина съезжались сотни людей. Жители окрестных домов привозили в штаб горячую еду. Добровольцы обеспечивали группы рациями, фонарями и батарейками. Только за первый день работы штаба координаторы внесли в журнал четыреста добровольцев, на вторые сутки еще триста двадцать.

В самом Южно-Сахалинске управляющие компании вместе с полицией обыскивали чердаки и подвалы жилых домов. Вертолет Сахалинского звена МЧС России осматривал с воздуха открытые поля, русла рек и лесные массивы. В темное время суток над пригородными районами поднимали дроны с тепловизорами. В эти же дни оперативники уголовного розыска и следователи СК вручную собирали цифровой след, обходили магазины, автосервисы, склады и частные постройки вдоль трассы и отсматривали терабайты видеозаписей с камер наблюдения.

Первым, кто обратился в полицию, увидев ориентировки, был водитель грузовика Алексей. Днем 6 июля он вез груз и в какой-то момент заметил техническую неполадку. Он припарковался у обочины, вышел из кабины и обратил внимание на одинокую девочку. Алексей закончил устранение неполадки, сел за руль и вскоре обогнал ее уже возле заправки «Роснефть». Вечером он услышал, что разыскивается девочка, узнал ее по фото и сообщил всю информацию в полицию. Точное время удалось зафиксировать, так как в это время водителю звонил заказчик.

Вторым человеком, который встретил Вику в тот день, был курьер Артур. К часу дня он спешил с доставкой в Новоалександровск. Проезжая по улице Дружбы в районе Лугового, он заметил девочку, которая пыталась остановить попутные машины. На обратном пути Артур увидел ее снова и решил притормозить. Позже он вспоминал:

Девочка ничего не просила у Артура, лишь поинтересовалась, нет ли у него с собой защитной маски, ведь в то время бушевал коронавирус. На маршрутке 112 до Долинска Вика доехала бы примерно за час. Купив маску, девочка отправилась на остановку. Вскоре к ней подъехал автобус десятого городского маршрута. И девочка заглянула в салон. Кондуктор Анна позже рассказывала: «Ко мне забегала девочка на остановке „Совхоз-Комсомолец“ со словами: „Вы едете до Долинска?“ Мы ее отправили в противоположную сторону на вокзал. Сказали, по какому маршруту ехать». Анна вспоминала, что девочка выглядела спокойной и показалась ей чуть старше своих восьми лет.

В Сети тем временем нарастало сильное общественное напряжение. Недостаток официальных сведений привел к появлению слухов. 9 июля в региональных группах начала распространяться фотография 23-летнего жителя Корсаковского района, которого обвиняли в похищении девочки. Мужчине стали поступать угрозы, а возле его дома начали собираться агрессивно настроенные граждане. Обстановка потребовала экстренного вмешательства правоохранительных органов. Следственный комитет выпустил официальное заявление о полной непричастности этого человека к делу и напомнил об уголовной ответственности за распространение заведомо ложных сведений.

О непричастности молодого человека силовики могли утверждать, потому как в это самое время уже знали, кто и где похитил Вику Теплякову. Не знали только одного: жива ли она или добровольцы теперь ищут бездыханное тело. Ответ они получили уже ночью, а утром десятого июля и весь остров узнал, что Вика Теплякова найдена мертвой. Ее тело нашли в глухих лесах Холмского района Сахалина, недалеко от полузаброшенного села Ожидаево на берегу небольшой реки. Ее голова была опущена в воду, а само тело было прикрыто ветками. Найти Вику удалось только благодаря самим преступникам.

В воскресенье, 12 июля, в день, когда Вике должно было исполниться девять лет, по всему Сахалину прошли стихийные акции памяти. В Южно-Сахалинске, Долинске, Корсакове и Холмске люди выходили на площади, зажигали лампады, несли цветы и мягкие игрушки к стихийным мемориалам, выпускали в небо белые шары и воздушные фонари.

На следующий день состоялись похороны. Проститься с Викой пришли сотни людей. Жители острова собрали деньги на погребение и помогали семье. Но одновременно с сочувствием в адрес Ульяны в соцсетях начали звучать и жесткие вопросы. Почему 8-летний ребенок часами находился на загородной трассе один и почему мать обратилась в полицию лишь поздним вечером? Однако главным вопросом для всего острова оставалось другое. Кто именно заманил Вику и как силовикам удалось выйти на след убийц?

На кадрах, которые позже обнародовали силовики, был запечатлен автомобиль преступников — серебристый микроавтобус Toyota. За рулем сидел мужчина, на пассажирском сиденье — женщина. С детства нас учат бояться чужих мужчин, не заходить с ними в лифт, не брать у них конфеты, не садиться в их машины. А образ женщины, напротив, в детском сознании остается маркером абсолютной безопасности. Вика, как и миллионы других детей, воспитывалась в этой парадигме. В какой-то момент к обочине подъехал микроавтобус. Дверь распахнулась. Из пассажирского кресла к девочке обратилась женщина. Долго уговаривать ей Вику не пришлось. Девочка села в микроавтобус, и дверь захлопнулась.

Найти владельца автомобиля оказалось нелегко. Проверив государственный номер по базе данных ГИБДД, сотрудники полиции столкнулись с типичной схемой теневого авторынка. Юридический собственник машины пояснил, что продал старый микроавтобус несколько лет назад по обычному рукописному договору купли-продажи и понятия не имеет, у кого он находится сейчас. Сотрудникам уголовного розыска пришлось раскручивать всю цепочку неформальных сделок. Только к 9 июля удалось установить личность фактического владельца микроавтобуса. При этом по адресу постоянной регистрации мужчина не проживал. Он и его жена давно лишились жилья и ютились в подвале многоквартирного дома. Именно там их и задержали.

Преступниками оказались 45-летний Игорь Дворников и его 31-летняя жена Кристина. В день, когда на берегу реки нашли убитую девочку, снимки супругов с первых допросов утекли в сеть. На Сахалине поднялась волна ярости. Особое возмущение людей вызывало то, что в расправе над 8-летним ребенком участвовала женщина.

На первом допросе Дворниковы попытались соврать. Утверждали, что подобрали на дороге совсем другую девочку, не похожую на Вику, и высадили ее в черте города. Версия эта быстро развалилась, и в тот же день Кристина заговорила.

Она подтвердила, что в микроавтобусе была именно Вика, и указала сотрудникам следственного комитета место в лесу Холмского района, где лежало ее тело. Однако в своем признании Кристина выставляла себя исключительно свидетельницей и жертвой обстоятельств. По ее версии, днем 6 июля они с мужем купили алкоголь и направлялись к морю. Заметив на обочине ребенка, Игорь якобы сам решил остановиться, сказав жене, что девочке опасно находиться у трассы одной. О том, что муж задумал, Кристина якобы догадалась только тогда, когда микроавтобус свернул в глухой лес в Холмском районе. Что происходило дальше, Дворникова, по ее словам, не видела, но при этом на допросе в деталях описала следователям, как муж надругался над Викой и задушил ее пакетом, отнес тело к лесной реке и забросал ветками и травой. После этого он якобы пригрозил Кристине убить ее саму, если она проговорится. И из страха за свою жизнь она молчала четверо суток.

Но это была лишь версия Дворниковой. В окончательном обвинении ей вменили не только похищение, но и подстрекательство мужа к изнасилованию и убийству малолетней. По версии СК, именно Кристина подтолкнула пьяного мужа к расправе.

Кем вообще были эти люди? Игорь Дворников родился в 1975 году в селе Пятиречье Холмского района, всего в 15 километрах от того самого Ожидаева, где нашли Вику. По словам матери, в детстве особых проблем с сыном у нее не было. В школе Игорь учился плохо и в итоге окончил ее со справкой. Потом отслужил в армии, а вернувшись, устроился работать механиком. В начале нулевых Дворников получил первые судимости. В марте 2000-го он вместе с братом и подельником угнал два автомобиля, а через год, в апреле 2001, участвовал в вооруженном налете на магазин в Южно-Сахалинске. В феврале следующего года городской суд вынес ему приговор за кражи и разбой. После колонии Дворников сошелся с женщиной, и у них родилось двое детей, и он казался примерным отцом.

Но долго спокойная жизнь не продлилась. В жизни Дворникова появилась Кристина. Судя по показаниям матери, родные не одобряли новую избранницу Игоря. Примерно за три года до убийства Вики Игорь и Кристина поженились. С тех пор отношения Дворникова с семьей начали меняться. Он перестал общаться со своими детьми и родственниками.

О Кристине Дворниковой известно и того меньше. Она родилась в Южно-Сахалинске в 1988 году. Рано вышла замуж и родила двоих детей. Супруг Кристины пил, и она с ним развелась. А с Игорем они сблизились, потому что он хотел ее поддержать. После развода один из детей по решению суда остался с отцом, второго она по сути бросила.

Когда в 2021-м Следственный комитет объявил об окончании следствия, выяснилось, что судить Игоря Дворникова будут не только за убийство Вики. В уголовном деле оказалось еще три страшных эпизода. В мае 2001 года в окрестностях Южно-Сахалинска с разницей в четыре дня нашли два обезображенных тела. 23 мая бегуны увидели на пустыре торчащую из воды и кучи мусора руку человека. Погибшей оказалась женщина, чью личность так и не установили. Она была задушена. Спустя несколько дней обнаружили еще одно тело. На этот раз возле старой дороги на Холмск за поселком Елочки погибшим оказался гражданин Китая, который торговал на рынке в Южно-Сахалинске.

Оба этих убийства милиция раскрыла еще по горячим следам. И Дворников даже написал явки с повинной. В итоге тогда Игорь получил срок, но совершенно по другим статьям: за налет на магазин и кражу автомобилей. Обвинения в двойном убийстве с него тихо сняли, а уголовное дело отправили в архив.

В 2018 году он изнасиловал 12-летнюю девочку, но остался на свободе. Почему — неизвестно, так как эта часть суда в двадцать первом году проходила в закрытом режиме.

В конце июля 2021-го Сахалинский областной суд поставил точку в деле Дворниковых. Игоря приговорили к пожизненному лишению свободы в колонии особого режима с принудительным лечением у психиатра-сексолога. Кристину признали виновной в похищении и подстрекательстве к изнасилованию и убийству ребенка и отправили в колонию общего режима на пятнадцать лет. Сейчас Дворникову пятьдесят один год. Из колонии он непрерывно пишет жалобы, пытаясь оспорить вердикт, и судится с государством.

Убийцы понесли наказание, но семью Тепляковых это не спасло. Уже через неделю после похорон Вики пропала Ульяна Теплякова. Женщина оставила своего полуторагодовалого сына у знакомой и перестала отвечать на звонки. Знакомая не могла бесконечно присматривать за чужим ребенком и обратилась в органы опеки. Мальчика определили в больницу, а мать объявили в розыск. Полицейские нашли Ульяну в тот же день, однако в больницу к сыну она так и не пришла. Женщине пытались помочь. Дважды она жила в доме милосердия, где ей предоставляли жилье, еду и одежду. Но надолго она там не задерживалась. Где Ульяна сейчас, как сложилась ее жизнь и появились ли у нее еще дети, неизвестно.