Ред флаги онлайн отношений. Моя личная история. Глава 2

Глава 2. Ты мне никто
До этого момента всё было слишком хорошо. Я привыкла к ощущению, что где-то далеко есть человек, которому можно рассказать практически всё. Я была вовлечена в его жизнь — поиски работы, проблемы, настроение, бытовые мелочи — и искренне верила: когда плохо станет мне, он тоже будет рядом.
Первое жестокое столкновение с реальностью произошло 1 мая.
В тот день случилось событие, о котором я не хочу говорить публично, но оно потенциально ставило под угрозу всю мою жизнь в Румынии. Для кого-то это прозвучало бы как «ну и что, переедешь». Для меня уехать означало перечеркнуть четыре года вложений, усилий и планов и снова отправиться в неизвестность практически с нулём в кармане.
Мне не нужны были советы. Я хотела просто выговориться близкому человеку, чтобы меня услышали, поняли и пожалели.
Он был с родственниками на празднике. Мы договорились созвониться через полтора часа.
Через полтора часа я была готова. Его не было.
Прошло ещё полчаса, час, полтора… Было уже около двух ночи, я хотела спать, но продолжала ждать. Самое выматывающее — даже не ожидание, а подвешенность. Если бы он написал «не могу» или «задержусь», я бы просто переключилась на что-то другое.
Он появился через два часа после назначенного времени.
Мы созвонились. Связь была ужасная, он постоянно переспрашивал, а через несколько минут я поняла, что он пьян.
Того разговора, которого я ждала весь вечер, уже не могло получиться.
Я закончила звонок и написала, что для меня это red flag. По опыту я знала: мелочи в начале потом становятся огромными проблемами. Обещать, не сделать, не предупредить и не оказаться рядом именно тогда, когда особенно нужен, — плохой знак.
Я написала: «Извини, это был ред флаг для меня. Ты никогда не сможешь быть рядом» — и заблокировала его.
И тут же начала надеяться, что он найдёт способ связаться.
На следующее утро он прочитал сообщение и… заблокировал меня в ответ.
Все выходные я постоянно проверяла его ВКонтакте. Мы всё ещё были подписаны друг на друга, но он не писал. Чем дольше он молчал, тем сильнее мне хотелось написать первой.
В итоге я решила не изображать равнодушие хотя бы перед самой собой и вернулась. Мне стоило огромных усилий сделать этот шаг.
Но вместо долгожданной радости я сразу почувствовала: мне здесь не рады.
Он отвечал холодно и раздражённо, а потом записал около пяти длинных голосовых.
Из них я узнала, что ЧС для него означает окончательное «до свидания навсегда». Потом он привёл в пример бывшую: с ней он мог мириться первым, потому что там были настоящие отношения и сильные чувства.
А я для него — «никто, чужой человек».
Он повторил это несколько раз. Мы не в отношениях, строить отношения онлайн он не собирается, я на 14 лет старше, и человеком, с которым он хотел бы их построить, он меня не видит.
При этом именно я, по его словам, должна была извиниться и «что-то сделать, чтобы вернуть» наше общение.
На тот момент мне и самой не нужны были никакие «отношения онлайн». Я хотела дружить, разговаривать, делиться, заботиться друг о друге, возможно, когда-нибудь вместе путешествовать. И да — я просто хотела его обнять.
Но почему-то за эти две недели у меня появилась огромная потребность в эмоциональной связи с ним. Поэтому слушать пять сообщений о том, что я ему никто, произнесённых холодно, жёстко и резко, было безумно больно.
Ещё больнее было осознать, что моё состояние его практически не интересует. Мне казалось, что предыдущие две недели мы именно этим и занимались — эмоционально берегли друг друга. Возможно, смысл наших разговоров я понимала совсем иначе, чем он.
Самое странное — мои сообщения ему тогда почти дословно повторяли то, что я напишу спустя несколько месяцев.
Но об этом позже.
Слышать «ты мне никто» от человека, в которого я уже вложила столько эмоций и с которым мне впервые за много лет было настолько интересно и тепло общаться, оказалось больнее, чем я ожидала.
Но я ничего не ответила.
Уж чего-чего, а истерик мне хватило.