Почему многие женщины так любят врать и живут в этих сказках?

Позвольте поведать вам о Матильде — женщине с голосом турки, улыбкой шире бочки с медовухой и… удивительным талантом к приукрашиванию правды.
Матильда не воровала сумки гермес и не крала кур — она крала внимание. Каждая её неправда росла как пирог в печи: сначала маленькая «а я с королём обедала», потом «а у нас в погребе нефть течёт» и, наконец, «я лично гоняла молнии за облаками». Люди в таверне записывали новые поводы для смеха на бересте, и лавочник даже стал вести счёт — «сколько муки её сказки стоят».Говорят, в те годы ложь имела свой вес: чем громче басня — тем плотнее шёл её плащ, тем шире кольцо на пальце, словно толку фантазии можно было наесть. Матильда шла по рынку, и муравьи расходились в стороны не потому что были голодны, а потому что приблизилась очередная басня — всем требовалось пространство для аплодисментов.

Наступил день праздника — пир на весь мир. Матильда встала на стол и рассказала самую длинную, самую странную историю: мол, она тайная советница принцессы и её звонят из замка по утрам, чтобы та взяла чай с баклажанами. Поклонники чихнули, скандалёры уронили парфюм, а хитрый бродяга‑прохиндей, который частенько играл роль короля на деревенских балаганах, под звуки зубной щетки явился — потому что всем хотелось погреться у огня чьей‑то фантазии.

И тут случилось оно, но не то, о котором вы подумали. Вся тяпка её выдумок не «лопнула»— она развеялась, словно ватный диск, но сделала это красиво: слова полетели в залу, превратились в яркий свитер, и один из свитеров обвился вокруг бородача, заставив его начать громко причитать правду — ту самую, что не требует приукрашивания.Резко потеряв эффектность, сказка Матильды стала глупой и смешной. Люди смеялись — сначала над ней, потом вместе с ней, потом над собой за то, что так любили слушать.

Матильда покраснела, собрала свои свитера и, вместо того чтобы упрямо носить дальше трюмо из небылиц, решила открыть лавку: продавала натуральные яблоки и рассказы «без украшений».