Сатана занёс огненный кнут над головами влюблённых. Но в этот критический миг, когда страх за жизнь Антона достиг предела, в жилах Марины закипела древняя, скрытая кровь. Её прабабка была сибирской ведуньей, и сейчас эта сила вырвалась наружу. Глаза Марины вспыхнули фиолетовым светом, она выставила ладони вперёд, и мощная волна чистой ведьминской магии ударила в грудь повелителя тьмы.
Раздался оглушительный взрыв. Сатана отлетел в стену, круша дизайнерскую мебель, и на мгновение потерял сознание. — Бежим! Магия сдержит его всего на пару минут! — отчаянно закричала Марина, хватая Антошку за руку. Парень на автомате схватил с кухонного стола последний мешок с элитной картошкой, и они выскочили на улицу, прыгнув в спортивный спорткар Марины.
Мотор взревел, машина сорвалась с места, но передышка была недолгой. Позади раздался жуткий, нечеловеческий клёкот. Сатана очнулся и, приняв облик гигантского доисторического птеродактиля с размахом крыльев в десять метров, взмыл в грозовое небо. Он стремительно настигал автомобиль, изрыгая из зубастой пасти потоки адского пламени, которые плавили асфальт прямо за колесами спорткара. Хуже того — на перекрёстке к погоне присоединилась баба Клавдия. Старая нацистка, облачённая в кожаную куртку, с бешеной скоростью неслась за ними на раритетном немецком мотоцикле с коляской, изрыгая проклятия.
— У меня есть план! — перекрикивая свист ветра и рёв мотора, крикнула Марина. — Впереди, за поворотом, старинный храм! Демоны не кусают на святой земле!
Они на полной скорости влетели на храмовую площадь. Забежав внутрь, Марина подскочила к чаше со Святой водой, а Антошка спешно высыпал картофельные клубни прямо в освящённый источник. — Зайка-Слезайка, помоги! — взмолился Антошка, вылавливая мокрый картофель.
В этот момент крыша храма содрогнулась: Сатана-птеродактиль приземлился на купол, пытаясь пробить свод когтями. Антошка, собрав всё мужество, выбежал на крыльцо и, словно профессиональный бейсболист, начал прицельно метать святую картошку прямо в морду чудовища. Каждый удар освящённого плода вызывал у демона дикие муки — картофель взрывался на его коже чистым белым светом. Завыв от невыносимой боли, Сатана понял, что на святой земле его силы тают. Издав финальный яростный крик, огромный ящер вспыхнул синим пламенем и с грохотом провалился сквозь землю, вынужденный позорно вернуться обратно в ад.
Но Клавдия Шварц не намерена была сдаваться. Подъехав к храму, она с хладнокровной жестокостью вытащила из коляски мотоцикла верный карабин и нацелила дуло прямо в грудь Марины. — Паршивая ведьма, ты испортила мне весь бизнес! — прошипела старуха, ложась пальцем на курок.
В этот самый миг небесные тучи над храмом окончательно сгустились, став чернее ночи. Раздался оглушительный раскат грома, и гигантская ветвистая молния ударила точно в Клавдию, закоротив металлический ствол оружия. Старуху отбросило на десяток метров, её мотоцикл взорвался, а сама она осталась лежать на земле обугленным, но непостижимым образом живым телом.
Следующие две недели Клавдия провела в глубокой коме в строго охраняемой больнице. Врачи разводили руками, удивляясь её живучести. Наконец, старая преступница пришла в себя. Благодаря собранному агентом Коршуном компромату, международный трибунал тут же вынес приговор, и Клавдию под конвоем отправили в самую защищённую тюрьму строгого режима.
Вот только Сатана, пусть и проиграл битву у храма, не собирался окончательно терять контрактную душу. Ночью стены камеры Клавдии покрылись кровавой пеной, замки расплавились, и дьявольские силы помогли ей бежать из-под стражи.
Осознавая, что в цивилизованном мире ей больше нет места, Клавдия Шварц тайно переправилась на самый изолированный и опасный уголок планеты — остров Сентинел. Оказавшись среди дикого, неконтактного племени, старуха быстро сориентировалась. Используя остатки нацистской дисциплины, хитрость и дьявольские фокусы, она решила подмять под себя туземцев и построить на затерянном острове жестокое тоталитарное государство..
Сатана занёс огненный кнут над головами влюблённых. Но в этот критический миг, когда страх за жизнь Антона достиг предела, в жилах Марины закипела древняя, скрытая кровь. Её прабабка была сибирской ведуньей, и сейчас эта сила вырвалась наружу. Глаза Марины вспыхнули фиолетовым светом, она выставила ладони вперёд, и мощная волна чистой ведьминской магии ударила в грудь повелителя тьмы.
Раздался оглушительный взрыв. Сатана отлетел в стену, круша дизайнерскую мебель, и на мгновение потерял сознание.
— Бежим! Магия сдержит его всего на пару минут! — отчаянно закричала Марина, хватая Антошку за руку. Парень на автомате схватил с кухонного стола последний мешок с элитной картошкой, и они выскочили на улицу, прыгнув в спортивный спорткар Марины.
Мотор взревел, машина сорвалась с места, но передышка была недолгой. Позади раздался жуткий, нечеловеческий клёкот. Сатана очнулся и, приняв облик гигантского доисторического птеродактиля с размахом крыльев в десять метров, взмыл в грозовое небо. Он стремительно настигал автомобиль, изрыгая из зубастой пасти потоки адского пламени, которые плавили асфальт прямо за колесами спорткара. Хуже того — на перекрёстке к погоне присоединилась баба Клавдия. Старая нацистка, облачённая в кожаную куртку, с бешеной скоростью неслась за ними на раритетном немецком мотоцикле с коляской, изрыгая проклятия.
— У меня есть план! — перекрикивая свист ветра и рёв мотора, крикнула Марина. — Впереди, за поворотом, старинный храм! Демоны не кусают на святой земле!
Они на полной скорости влетели на храмовую площадь. Забежав внутрь, Марина подскочила к чаше со Святой водой, а Антошка спешно высыпал картофельные клубни прямо в освящённый источник.
— Зайка-Слезайка, помоги! — взмолился Антошка, вылавливая мокрый картофель.
В этот момент крыша храма содрогнулась: Сатана-птеродактиль приземлился на купол, пытаясь пробить свод когтями. Антошка, собрав всё мужество, выбежал на крыльцо и, словно профессиональный бейсболист, начал прицельно метать святую картошку прямо в морду чудовища. Каждый удар освящённого плода вызывал у демона дикие муки — картофель взрывался на его коже чистым белым светом. Завыв от невыносимой боли, Сатана понял, что на святой земле его силы тают. Издав финальный яростный крик, огромный ящер вспыхнул синим пламенем и с грохотом провалился сквозь землю, вынужденный позорно вернуться обратно в ад.
Но Клавдия Шварц не намерена была сдаваться. Подъехав к храму, она с хладнокровной жестокостью вытащила из коляски мотоцикла верный карабин и нацелила дуло прямо в грудь Марины.
— Паршивая ведьма, ты испортила мне весь бизнес! — прошипела старуха, ложась пальцем на курок.
В этот самый миг небесные тучи над храмом окончательно сгустились, став чернее ночи. Раздался оглушительный раскат грома, и гигантская ветвистая молния ударила точно в Клавдию, закоротив металлический ствол оружия. Старуху отбросило на десяток метров, её мотоцикл взорвался, а сама она осталась лежать на земле обугленным, но непостижимым образом живым телом.
Следующие две недели Клавдия провела в глубокой коме в строго охраняемой больнице. Врачи разводили руками, удивляясь её живучести. Наконец, старая преступница пришла в себя. Благодаря собранному агентом Коршуном компромату, международный трибунал тут же вынес приговор, и Клавдию под конвоем отправили в самую защищённую тюрьму строгого режима.
Вот только Сатана, пусть и проиграл битву у храма, не собирался окончательно терять контрактную душу. Ночью стены камеры Клавдии покрылись кровавой пеной, замки расплавились, и дьявольские силы помогли ей бежать из-под стражи.
Осознавая, что в цивилизованном мире ей больше нет места, Клавдия Шварц тайно переправилась на самый изолированный и опасный уголок планеты — остров Сентинел. Оказавшись среди дикого, неконтактного племени, старуха быстро сориентировалась. Используя остатки нацистской дисциплины, хитрость и дьявольские фокусы, она решила подмять под себя туземцев и построить на затерянном острове жестокое тоталитарное государство..