Здравствуйте, уважаемые пользователи сайта Woman! Поделитесь, пожалуйста, своим мнением об этом отрывке 👇

Мы молчим. Он подходит к окну, складывает руки за спиной и устремляет взгляд на Луну. Я решаюсь заговорить:

— Господин Леон, позвольте уточнить один момент. Община чёрных воронов знает меня. У них могут возникнуть подозрения, что я пришёл мстить за Агнессу.

— «Кто сегодня проснётся? Я или другой человек?» — едва слышно произносит он, вглядываясь в лик полной Луны. — Так она спрашивала себя...

— Кто?

— Твоя дочка.

Я замираю от изумления. Не могу понять. Мне становится дурно. Может, у Леона помутнение рассудка? Но что-то внутри велит молчать и дать ему объясниться. Ведь ясно же — у юного парня не может быть дочери. Однако он и не думает продолжать.

— Леон...

Не успеваю я договорить, как он снова говорит, всё так же глядя в окно.

— Да, Валерий. У тебя есть дочь. И зовут её Агнесса.

У меня начинает колотиться сердце.

— Леон...

И снова он прерывает меня.

— Считай, её убили.

Он не оборачивается, продолжая смотреть на ночное светило.

— Тогда Яро? Тем прибором? Я выживаю, а она — нет…

Голова раскалывается от острой боли. Начинается мигрень. Леон, не говоря ни слова, находит скрытые точки на моём черепе, нажимает и боль, словно подчиняясь неведомой власти, отступает.

— Нет, Валерий. Всё намного хуже. Смерть — это не конец. Конец — это то, что сделали с ней. Ей вживили в мозг устройство, меняющее сознание. Теперь она покорная кукла, фанатичная последовательница секты.

— Почему вы называете её моей дочкой?

— Попытаюсь объяснить необъяснимое, Валерий. Всё потому, что избранных «многих» не существует. Есть только одно «Я». Одно сознание избранного, которое прямо сейчас раздробленное на множество жизней, разбросанное по разным телам и именам. Пойми: я, Киан и ты — не группа людей. Мы — одно. Просто разные грани одного и того же разума. Я — это ты. Ты — это я. Мы — единое живое тело избранного, смотрящее на мир из разных глаз.
Гавейн — это тоже ты. Не в прошлом, а в самой сути нашего общего естества. Когда чёрные шляпы убили его, они нанесли удар по нам всем. И в тот момент, когда его жизнь оборвалась, осталась маленькая девочка. Совсем одна: её мать умерла, дав ей жизнь, а отец — одна из наших частей — перестал существовать в той форме.

Она рыдала, звала папу, ждала... Кроха не понимала, почему вместо отца пришли люди в чёрном и куда они её тащат. Она чувствовала себя брошенной. Эта девочка, чья жизнь наполнена лишь страхом, — Агнесса. Она твоя дочь, Валерий. Твоя, потому что она — дочь Гавейна, а Гавейн — это ты.

И таких проекций нашего «Я» во всём мире немало. Тебе ещё предстоит встретить других нас, с иными именами и иными судьбами.

Твоя миссия, Валерий, — объединиться с другим твоим «я». Оно уже там, внутри общины. Его зовут Анакони. И чтобы твоё сознание перешло к Анакони, нужно принести жертву. Прямо сейчас, в эту самую минуту, десять молодчиков пытаются догнать одного несчастного. Они вот-вот настигнут его и будут избивать. Возможно, до смерти. Ты должен им помешать. Согласен ли ты пожертвовать собой и пробудиться как Анакони?

— А если не пожертвую?

— Пожертвуешь. Если бы избранные не жертвовали собой, кто бы тогда спасал мир?

Отрывок из книги: «Увижу ли я Луну?» (Максим Лунамайский).