Раскас готов

Вот вам раскас, как и обещал.
Раскас
Учился я значит в школе еще тогда. Учился не то что бы хорошо, но и не плохо, не туда не сюда, в общем терпимо. Была у нас учительница по русскому и литературе, женщина во аспектах неприятная и строгая, с этакой чудной деревянной прической, а может то был парик. Желание к изучению языка и литературы из-за таких вот как она напрочь пропало.
Этот уже сейчас, спустя двадцать лет, я прочел с десяток книг и взялся писать раскас, а тогда литературою от меня и не пахло.
И помню взялась она, эта учительница, царство ей небесное, не помню как звали, за меня и двоечника Дениску, который все уроки сиживал на задней парте и, глядя в окно, что-то задумчиво извлекал из носа.
На уроках русского меня она часто вызвала к доске и отчитывала за не знание правилов писания слов и прочих запятых. Что, касается литературы, то заставляла учить отрывки текста с описанием природы. А я, признаться, очень не люблю, когда в книге описывают природу, природу я люблю, а в переводе на буквы не люблю. До сих пор помню, как учил отрывок из Гоголя про «желтый дрок, который выскакивал вверх своею пирамидальною верхушкою».
Так вот, мне задали выучить отрывок про желтый дрок и верхушки, а Дениске дома переписать сочинение по Тургеневу, которое он, успешно написал на двойку. Было десять минут до звонка, я ходил от окна к стене и повторял заклинания про перамидальные верхушки, Дениска тут же что-то усердно строчил без перерыва уже на несколько листов. Взглянув на него, я подумал, что дополнительные уроки литературы для него не прошли даром, и вот, наверное, таким же в юности был Толстой или Куприн, большим усердием из обычного двоечника. Любопытство взяло верх, я незаметно подошел поближе и заглянул в денискину тетрадь. Почерк был не очень разборчив, но через каждую строчку я разобрал словосочетание: «Отцы и деды».