7 детей и 30 лет вместе: брак звезды Первого канала рухнул из-за страшного алкоголизма мужа

Последний год они не жили вместе. И вот официально поставлена точка.

Лариса решила сама сообщить об этом в соцсетях, чтобы пресечь слухи и сплетни. И начала она с того, что подписчики все чаще задают ей один вопрос, который ставит в ступор:

«Многие пишут „Зачем было столько детей рожать, если потом развод?“ И меня, честно, пугают такие мысли», — рассуждает Лариса Суркова. — «Это как, интересно? Люди прожили в браке 30 лет. И все это время должны были не рожать детей? На всякий случай. Ну мало ли, вдруг когда-нибудь разведутся? В какой момент нам выдают справку, что все будет хорошо до конца жизни, можно наконец расслабиться и рожать?»

Эту справку, о которой иронично написала Лариса, им, к сожалению, не выдали. Она отмечает, что если ждать подтверждения, то не нужно любить, выходить замуж, строить дом, рожать детей. А когда же жить? Ведь это и есть синдром отложенного счастья.

«По мне, это абсолютная глупость. Мне и в голову не приходит из-за развода жалеть о том, что у меня есть дети. Как вообще одно должно следовать из другого? Если бы я знала, что через 30 лет мой брак закончится, мне надо было прожить эти годы без них? Отказаться от стольких счастливых дней, разговоров, объятий, возможности видеть как они растут? Ради чего? Чтобы потом в комментариях кто-то одобрил мою предусмотрительность?» — поставила она на место непрошенных советчиков.

Про сам развод Лариса сказала, что решение было ее, и к нему она пришла за последние два года, когда у мужа начались «изменения в личности». Были годы борьбы, чтобы сохранить семью, а потом год раздельной жизни, который убедил всех — так лучше.

Но были и другие проблемы. В прошлом году Лариса рассказывала: в 2010-м у ее свекрови нашли рак, женщина сгорела на глазах. И это подорвало состояние Павла, он стал пить, доходя до критичных состояний.

«Спустя два месяца у него началась белая горячка. Муж хотел убить нас с тремя детьми. Я скрутила его и сдала в психушку, сразу подала на развод. Я злилась. Оставшись одна, я поняла, что могу опереться только на себя», — делилась психолог.

Сегодня она пытается принять новое состояние — состояние официальной свободы. Оплакивать свою разрушившуюся семейную жизнь не собирается, но и показательно радоваться, отмечать развод — тоже.

«Тридцать лет. Мне 48. И да, сейчас бывают мысли, что я, наверно, уже не узнаю, как это — когда тебя любят, заботятся и поддерживают. Я понимаю, что не могу знать свое будущее, но сегодня я чувствую именно так. Делать вид, что я уже бодро открыла свою главу, я не хочу», — призналась многодетная мама.