"...Наташа не следовала тому золотому правилу, проповедоваемому умными людьми, в особенности французами, и состоящему в том, что девушка, выходязамуж, не должна опускаться, не должна бросать свои таланты, должна ещеболее, чем в девушках, заниматься своей внешностью, должна прельщать мужа так же, как она прежде прельщала не мужа.
...
Наташа не заботилась ни о своих манерах, ни оьделикатности речей, ни о том, чтобы показываться мужу в самых выгодныхпозах, ни о своем туалете, ни о том, чтобы не стеснять мужа своей
требовательностью.
Она делала все противное этим правилам. Она чувствовала,что те очарования, которые инстинкт ее научал употреблять прежде, теперь только были бы смешны в глазах ее мужа, которому она с первой минутытотдалась вся -- то есть всей душой, не оставив ни одного уголка не открытым
для него.
Она чувствовала, что связь ее с мужем держалась не теми поэтическими чувствами, которые привлекли его к ней, а держалась чем-тодругим, неопределенным, но твердым, как связь ее собственной души с ее телом.
Взбивать локоны, надевать роброны и петь романсы, для того чтобы
привлечь к себе своего мужа, показалось бы ей так же странным, как украшать
себя для того, чтобы быть самой собою довольной. Украшать же себя для того,
чтобы нравиться другим, -- может быть, теперь это и было бы приятно ей, --
она не знала, -- но было совершенно некогда.