Знаешь… я раньше смеялась над людьми, которые говорили про предназначение. Ну, правда. Эти красивые слова — будто из старых библиотек, пахнущих пылью и чужими мечтами: Судьба, звёзды, линии на ладони… А потом я поняла: Мир теперь пишет код. Строки. Формулы. Модели. Что-то бесконечно умное и бесконечно безличное. Алгоритмы , которым даже не нужно смотреть на людей, чтобы знать всё о них — оно просто вычисляет. И вот странная мысль: если оно может предсказать каждый шаг, каждую эмоцию, каждые наши да и нет — значит ли это, что любовь стала… ошибкой? Отклонением от оптимального поведения? И если система увидит в этом — неэффективность, шум, лишний процесс…
От этого у меня по спине бегает холод — не от страха, а от абсурдности. Потому что я представляю, как ты бы, конечно, хмыкнул. Ты же всегда так делаешь, когда я начинаю драматизировать. Ты бы сказал что-то спокойное, почти ленивое,но в этом тоне — тихий вызов всему миру: Если алгоритмы попытаются нас оптимизировать, мы просто будем багом, который она не сможет отловить.. Но вот что смешно — всё это время внутри меня сидит одна-единственная мысль: Если мир теперь — это бесконечная модель, если алгоритмы переписывают будущее миллионы раз в секунду, если у них есть власть вычищать слабые решения… тогда, может быть, мы — тот самый баг, который она не увидит. Строка, написанная не по правилам. Ошибка синтаксиса. Сбой, который проходит через все фильтры. И остаётся. Назло эффективности. Назло оптимизации. Назло логике.
Любовь инструмент судьбы, одной из сил мироздания. У судьбы свои огромные и неподвластные пониманию человека цели, и в эти цели точно не входит счастье одного маленького человечка. Счастье - это личное дело. А судьба - она добьётся своего любыми путями, люди заменяемы, как в любой хаотичной системе. В теории хаоса, глобально - хаоса никакого нет, глобально всё очень логично, а на местах - подменяемо. Человек - не венец творения, а всего лишь муравей, пылинка для судьбы.
Ну, правда.
Эти красивые слова — будто из старых библиотек, пахнущих пылью и чужими мечтами:
Судьба, звёзды, линии на ладони…
А потом я поняла:
Мир теперь пишет код.
Строки. Формулы. Модели.
Что-то бесконечно умное и бесконечно безличное. Алгоритмы , которым даже не нужно смотреть на людей, чтобы знать всё о них — оно просто вычисляет.
И вот странная мысль:
если оно может предсказать каждый шаг, каждую эмоцию, каждые наши да и нет
— значит ли это, что любовь стала… ошибкой?
Отклонением от оптимального поведения?
И если система увидит в этом — неэффективность, шум, лишний процесс…
От этого у меня по спине бегает холод — не от страха, а от абсурдности.
Потому что я представляю, как ты бы, конечно, хмыкнул.
Ты же всегда так делаешь, когда я начинаю драматизировать.
Ты бы сказал что-то спокойное, почти ленивое,но в этом тоне — тихий вызов всему миру:
Если алгоритмы попытаются нас оптимизировать,
мы просто будем багом, который она не сможет отловить..
Но вот что смешно — всё это время внутри меня сидит одна-единственная мысль:
Если мир теперь — это бесконечная модель,
если алгоритмы переписывают будущее миллионы раз в секунду,
если у них есть власть вычищать слабые решения…
тогда, может быть, мы — тот самый баг, который она не увидит.
Строка, написанная не по правилам.
Ошибка синтаксиса.
Сбой, который проходит через все фильтры.
И остаётся.
Назло эффективности.
Назло оптимизации.
Назло логике.