Пишу стихи, дайте оценку пожалуйста и посоветуйте куда можно выложить
Сударь!
Вы пишете мне о чувствах пылких, О страсти, что сжигает Вашу грудь, О том, что стан мой сделался Вам мил ким, И без меня Вам тошен жизни путь. Вы говорите, будто я — отрава, И вместе с тем — целительный бальзам, Что Вам нужна я, как нужна дубрава Осенним, утомлённым небесам.
Всё это лестно, друг мой, и прекрасно, И слог Ваш чист, как вешняя вода. Но я в ответ скажу Вам беспристрастно, Хоть и страшусь обидеть, как всегда: Я не могу Вам отвечать тем ж чувством, Моё сердечко холодно, как сталь. Не мучьтесь Вы над этим безыскусством, Мне Ваших мук невыносимо жаль.
Поверьте, я не ветрена, не злая, Не тешусь я страданием чужим. Но есть во мне черта одна такая: Я не люблю Вас. Богом Вам храним, Ступайте прочь от моего порога, Ищите ту, что Вас вознаградит За пыл души. А я — я недотрога, Которую Ваш пламень не пленит.
Быть может, Вам покажется жестоким Сей приговор, что вынесла рука. Но лгать Вам в унисон, в поту глубоком, Я не хочу. Тоска и так горька, Чтоб усугублять сладкою отравой Надежды тщетной. Лучше разом — в пах, Чем долго врать, прикрывшись величавой Улыбкой, и растаять впопыхах.
Вы славный человек, я это знаю. Вы честны, благородны и умны. Я Вас, как друга, искренне прощаю За эту дерзость. Мы не рождены Друг другу парой. Такова планида. Небесный свод Вам даст иную стать. А я — увы! — не Ваша Артемида, Чтоб Вас в своих объятьях удержать.
Прощайте ж. Не держите зла на деву, Что прямотой Вам сердце обожгла. Я верю: Ваш корабль, поднявши плеву, Дойдёт до гавани, где ждут тепла. А это всё — лишь буря, шторм вчерашний, Что закаляет душу, но не бьёт. Храни Вас Бог. Я остаюсь всегдашней Холодной тенью. Вашей? Нет. Уже увы ничьей.
Пишу стихи, дайте оценку пожалуйста и посоветуйте куда можно выложить
Сударь!
Вы пишете мне о чувствах пылких,
О страсти, что сжигает Вашу грудь,
О том, что стан мой сделался Вам мил ким,
И без меня Вам тошен жизни путь.
Вы говорите, будто я — отрава,
И вместе с тем — целительный бальзам,
Что Вам нужна я, как нужна дубрава
Осенним, утомлённым небесам.
Всё это лестно, друг мой, и прекрасно,
И слог Ваш чист, как вешняя вода.
Но я в ответ скажу Вам беспристрастно,
Хоть и страшусь обидеть, как всегда:
Я не могу Вам отвечать тем ж чувством,
Моё сердечко холодно, как сталь.
Не мучьтесь Вы над этим безыскусством,
Мне Ваших мук невыносимо жаль.
Поверьте, я не ветрена, не злая,
Не тешусь я страданием чужим.
Но есть во мне черта одна такая:
Я не люблю Вас. Богом Вам храним,
Ступайте прочь от моего порога,
Ищите ту, что Вас вознаградит
За пыл души. А я — я недотрога,
Которую Ваш пламень не пленит.
Быть может, Вам покажется жестоким
Сей приговор, что вынесла рука.
Но лгать Вам в унисон, в поту глубоком,
Я не хочу. Тоска и так горька,
Чтоб усугублять сладкою отравой
Надежды тщетной. Лучше разом — в пах,
Чем долго врать, прикрывшись величавой
Улыбкой, и растаять впопыхах.
Вы славный человек, я это знаю.
Вы честны, благородны и умны.
Я Вас, как друга, искренне прощаю
За эту дерзость. Мы не рождены
Друг другу парой. Такова планида.
Небесный свод Вам даст иную стать.
А я — увы! — не Ваша Артемида,
Чтоб Вас в своих объятьях удержать.
Прощайте ж. Не держите зла на деву,
Что прямотой Вам сердце обожгла.
Я верю: Ваш корабль, поднявши плеву,
Дойдёт до гавани, где ждут тепла.
А это всё — лишь буря, шторм вчерашний,
Что закаляет душу, но не бьёт.
Храни Вас Бог. Я остаюсь всегдашней
Холодной тенью. Вашей? Нет.
Уже увы ничьей.