Представляете, меня не пустили в самолет с ручной кладью!
Представляете, меня не пустили в самолет с ручной кладью! А всего-то пытался протащить велосипедное колесо в салон. Ну, естественно, пришлось снова идти на регистрацию, потом опять в очередь на сдачу багажа – я там чуть ли не кричал: 'Люди добрые, пропустите!' И вот, когда я наконец добрался до следующей регистрации, мне говорят: 'Кто вас вообще выпустил оттуда?!' И давай таможенников звать! А самолет-то уже вот-вот улетит, а я все еще тут, на земле. Моя жена, бедная, уже в самолете сидит и заявляет: 'Остановите самолет, я слезу!' В общем, нервов было потрачено немало, но, к счастью, в итоге мы нормально взлетели и приземлились.
Представляете, меня не пустили в самолет с ручной кладью! А всего-то пытался протащить велосипедное колесо в салон. Ну, естественно, пришлось снова идти на регистрацию, потом опять в очередь на сдачу багажа – я там чуть ли не кричал: 'Люди добрые, пропустите!' И вот, когда я наконец добрался до следующей регистрации, мне говорят: 'Кто вас вообще выпустил оттуда?!' И давай таможенников звать! А самолет-то уже вот-вот улетит, а я все еще тут, на земле. Моя жена, бедная, уже в самолете сидит и заявляет: 'Остановите самолет, я слезу!' В общем, нервов было потрачено немало, но, к счастью, в итоге мы нормально взлетели и приземлились.