Алессандра любила своего мужа. Но эта любовь не была страстной и безусловной. Это чувство было не лишено расчета и трезвой критической оценки результатов его деятельности. Она привыкла думать, что может контролировать творческий процесс своего мужа. Она пыталась измерять его работу часами, проведенными в студии, и количеством денежных единиц, которое, по её мнению служило правдивым показателем стараний и степени одаренности Адриано. Если бы фотография и живопись были бы просто любимыми занятиями мужа, она бы не проявила даже напускного любопытства к его начинаниям. Но речь шла о деньгах, и поэтому она была готова использовать свой ум на все сто процентов, чтобы помочь своему мужчине заработать на этом как можно больше. И вот теперь, когда в их семье появилась эта хрупкая мечтательная девочка с грустными голубыми глазами и россыпью золотистых веснушек на бледном личике, Сандра надеялась, что творческий процесс Адриано возобновится и принесёт им богатые плоды. Она поймала заинтересованный оживлённый взгляд Адриано, направленный на юную Беатриче. Он приступал к её изучению, как будто открывал свежую непрочитанную книгу в многообещающей обложке. Алессандра почувствовала удовлетворение без каких-либо примесей ревности, потому что именно эту реакцию она и ожидала увидеть. Она ни капли не сомневалась в том, что эта девочка вдохновит его на создание гениальной фотогалереи. Она не боялась, что он может увлечься Беатриче. Ведь даже если такое и произойдёт, то это будет не более чем влюблённость создателя в свое творение. Так размышляла эта хладнокровная женщина, воображая себя хитрым манипулятором и мудрым властителем судеб.