Парвая бригада скорой помощи проявила непрофессионализм, получается?

Сразу оговорюсь: этот текст — не критика и не хвалебные дифирамбы. Это просто сжатый рассказ о сегодняшних злоключениях, постигших меня и мою жену, хозяйку моего сердца.
В пять утра меня разбудили пинки и тормошения. Открыв глаза, я резко проснулся: передо мной было окровавленное и испуганное лицо любимой. Сон как рукой сняло: что случилось? Её глаза были широко раскрыты, из носа хлестала кровь, вся ночнушка стала красной.
Я заметался: то в ванную за полотенцем, то бумажные салфетки жене под нос. Простыня и подушка в крови. Звонить в скорую? Я бросился к компьютеру, в Google. "Что делать при носовом кровотечении?" А жена захлёбывалась, и я видел, как начинается истерика.
Я метался между компьютером и ванной: урывками вычитывал рекомендации, охлаждал полотенца, достал из морозилки рыбину и сунул жене: "Прикладывай к носу". Понимал, что это что-то серьёзное, советами из Google не отделаться. Ещё раз всё же запросил, как вызвать скорую, потому что номеров я, честно говоря, не знал. Вот такой я балбес.
Я позвонил, описал симптомы и ответил на вопросы оператора. Женский голос с четкой дикцией уточнил адрес, источник кровотечения и мой возраст. Я назвал все как есть, даже возраст жены – 56 лет. Да, моя родная уже не молода...
Положив трубку, я услышал радостное: «Муж, кровь больше не идет!» Оказалось, пока я звонил, я успел применить народное средство из интернета, и оно помогло. Я задумался. Приедет бригада, а вызов окажется ложным. К тому же, возможно, кому-то помощь нужна срочнее. Я тут же позвонил и отменил вызов, извинившись за панику. Мы легли спать в шесть утра.
Но через три часа все повторилось. Жена во сне кашлянула, и из носа снова хлынула кровь. После короткой борьбы с салфетками я снова набрал 103. Бригада приехала через десять минут.
Не буду затягивать, чтобы не превращать это в длинный рассказ. В общем, медики сделали всё, что могли: измерили давление, расспросили о привычках, посочувствовали неизбежности старости. Затем вставили в ноздри тампоны и уехали. Мы с благодарностью их проводили.
Но через два часа всё вернулось, и вот тогда мне стало по-настоящему страшно. Кровь хлынула буквально ручьём. Тампоны в носу, а потоки льются в рот. Бедная моя, родная... Она глотала кровь, испуганная и дрожащая. В носу эти затычки мешали ей говорить, и я не мог разобрать ни слова сквозь бульканье. Я бросился за тазом, и она начала плевать в него. Кашлем вылетали кровавые сгустки.
Проклиная себя, я снова вызвал скорую, объясняя ситуацию. Жена уже паниковала, и оператор, видимо, это почувствовал: её голос сменился с равнодушно-спокойного на сосредоточенный и сочувствующий. Приехали через десять минут. До этого я метался, полоская окровавленные полотенца и ища документы.
Прибыл другой экипаж, другие медики. Старший сразу упрекнул, почему больную не госпитализировали с первой бригадой. Я не стал вдаваться в объяснения, что нам такого предложения не поступало, а лишь попросил как можно скорее помочь супруге. И нам помогли.
Это лишь краткий пересказ. Дальше, пожалуй, неинтересно. Нам сказали собираться, уточнили, что брать с собой, и напомнили не забыть телефон с зарядкой. Поездка прошла без происшествий. Я просидел в вестибюле госпиталя около получаса, пока медики занимались женой. У неё лопнул сосуд, его прижигали. Она сказала, что было очень больно. Завтра нужно будет оформлять больничный.
P.S.: По дороге я с интересом рассматривал салон реанимобиля: аккуратно подписанные полки с кофрами, розетки с указанием характеристик.
P.P.S.: Это не художественное произведение. Всё произошло именно так, как описано.