Рагат по кличке Шанс впервые очутился на Барахолке. Путь его сюда был извилистым и длинным. Свободу он обрёл почти случайно, просто однажды он увидел, как Ренегаты выгружают какие-то ящики из своего звездолёта. Ему удалось пробраться на борт, и затаиться. Но в космосе его всё равно обнаружили, и посчитали зайцем. На перевалочной базе ему пришлось отрабатывать свой проезд, занимаясь уборкой, и бегая туда-сюда по поручениям. Платили за это едой, кровом, и двадцаткой в сутки. Так что за месяц он смог отработать билет на свободу. Но потом он поразмыслил, и остался там ещё на пару месяцев, чтобы заработать деньжат, и попасть на свободные земли. Хоть он и не считался уже рабом, к нему всё равно относились как к парии. Тут он впервые увидел билотов, и познакомился с драгулентами. Ему удалось напроситься в попутчики к бандитам, из жалости с него взяли всего двести монет. В конце концов, он оказался в баре Милхорд. Денег оставалось в обрез, и Шанс с завистью смотрел на свободных людей, которые ели и пили. Что было делать дальше, оставалось непонятным. Он бы взялся за любую работу, но таких как он тут было полно. Выпивку он себе позволить не мог, поэтому ограничивался одним кофе. продолжу
Рагат по кличке Шанс впервые очутился на Барахолке. Путь его сюда был извилистым и длинным. Свободу он обрёл почти случайно, просто однажды он увидел, как Ренегаты выгружают какие-то ящики из своего звездолёта. Ему удалось пробраться на борт, и затаиться. Но в космосе его всё равно обнаружили, и посчитали зайцем. На перевалочной базе ему пришлось отрабатывать свой проезд, занимаясь уборкой, и бегая туда-сюда по поручениям. Платили за это едой, кровом, и двадцаткой в сутки. Так что за месяц он смог отработать билет на свободу. Но потом он поразмыслил, и остался там ещё на пару месяцев, чтобы заработать деньжат, и попасть на свободные земли. Хоть он и не считался уже рабом, к нему всё равно относились как к парии. Тут он впервые увидел билотов, и познакомился с драгулентами. Ему удалось напроситься в попутчики к бандитам, из жалости с него взяли всего двести монет. В конце концов, он оказался в баре Милхорд. Денег оставалось в обрез, и Шанс с завистью смотрел на свободных людей, которые ели и пили. Что было делать дальше, оставалось непонятным. Он бы взялся за любую работу, но таких как он тут было полно. Выпивку он себе позволить не мог, поэтому ограничивался одним кофе.
продолжу