Сёстры (23)

ЛОЗА! ИПА! ЛОЗА! ИПА!

И когда наконец ранним утром z-космолёт Лозалии садился неподалёку от их трёхэтажного дома, Ипатия бежала к нему, и крепко обнимала подругу.
Только в эти минуты Ипатия всей душой, всем сердцем своим, осознавала, как сильно она соскучилась по своей сестре во Вселенной.
Вторая половинка...Одно сердце, один унисон. Одна душа, одно воплощение. И один лучик Единого Божества светит в душу сию...
Ипа! Лоза! Ипа! Лоза!
То же ощущала и Амазонка Лозалия, грозная руководительница одного из важнейших регионов планеты. "Девять дней делай, и лишь на десятый день...".
Да, Лозалия все 9 дней была занята, все мысли о работе, об ответственности. И ей некогда было предаваться чуствам своим. Но сие не глаголит, что чуства не было вовсе...
Все 9 дней десятидневки была очень занята и Ипатия. Семинары со студентами служили продолжением самостоятельно начатых научных изысканий. И свонобразным их дополнением.
Если ранее упомянутая теорема Птолемея (соотечественника Ипатии) была известна даже первокурснику (там её тысячелетиями преподавали даже в обширной школе), то её обобщение, которое Ипатии удалось найти при помощи двумерных (комплексных) чисел даже студентам второго курса не было известно!
Ипатии удалось обобщить теорему Птолемея, сформулированную для вписанного в окружность четырёхугольника, на случай любого выпуклого (а не только вписанного в окружность) четырёхугольника!
Вот что нашла Ипатия.
Для любого выпуклого четырёхугольника ABCD имеет место равенство:
(AC*BD)^2 = (AB*CD)^2 + (AD*BC)^2 - 2*AB*BC*CD*AD*cosф,
где ф - сумма двух противоположных углов этого четырёхугольника.
Из этого утверждения, найденного Ипатией (как она сама говорила - "мне явилось оно"), как частный случай вытекала теорема Птолемея.
Вскоре Ипатии уже дали не только вести семинары, но и читать лекции по различным разделам математики. Студентам очень нравились её лекции по алгебраической геометрии, алгебре пространств, теории вероятностей, анализу и синтезу бесконечно малых величин...
Лекции Ипатии напоминали поэзию.
На своих лекциях, говоря о величии и реальности математических истин, Ипатия говорила своим ученикам:
"Нас окружает двойственная бесконечность. Это не только тот мир, в котором и мы, и наша планета, и даже великий Сириус являет собой лишь каплю морскую, но и то бескрайне сложное образование, в котором даже капля морская являет собой целую вселенную..."
Ипатия готовилась к своим занятиям. Как и что рассказать, а что пока отложить. Благо, педагогика была делом всей её жизни.
Поэтому ей некогда было скучать. Работа в Университете, потом перекусить наскоро, потом работа в библиотеке ("кто не учится сам, не научит других" - это тоже формула Ипатии), потом дома допоздна. План лекций, семинаров, изыскания...
И лишь ранним утром дня десятого...
"Лоза! Ипа! Лоза! Ипа!"
Они не спешили домой.
Они, словно дети, только что понявшие, что воистину означает ЖИТЬ, бежали в лесопарк, прыгали с разбегу в пруд, играючи гонялись друг за дружкой, кувыркались в высокой траве...
И был вечер, и было утро.
Вот что такое жизнь! Вечная, бесконечная, но до конца непонятная. До что там непонятная, главное - это счастье так жить!
Ипатия однажды вспомнила Александрию. Вспомнила, как на одной из своих занятий с учениками произнесла то, чего тогда сама чуток испугалась - "Каждый,
пришедший в жизнь, идёт к смерти..."
Нет, это лишь обрывок контекста. Дальше Ипатия рассказывала о вечном колесе реинкарнаций. Но вот теперь почему то вдруг вспомнила...И почему то эти слова упрямо сверлили мозг.
"Каждый, пришедший в жизнь, идёт к смерти..."
Нет, нет, нееееет!
Ипатия крепко обняла Лозу. "Лоза, мы вечны, мы, мы, мы никогда не покинем друг дружку!"
"Что с тобой, Ипа? Всё хорошо, конечно не покинем..."
Вдруг Ипатия встрепенулась, и, взяв за руку подругу, побежала к пруду.
"Бежим, Лоза! Искупаемся, потом опять, потом вновь...! Надо спешить! Я чуствую! Надо спешить!..."
Продолжу