Бывает больно признать — выхода нет. Даже там, где мерцает ответ, его не знают ни Тьма, ни Свет. Где выход — молчит глубина, и свет не даёт имён. И если он всё же найден — он будет нам запрещён. Мы ходим по кругу снова, как мысль, что не знает конца, и даже дорогу узнав, не выйдем никогда из кольца. И шёпотом где-то внутри рождается тихий страх: а вдруг это не тюрьма — а мы удержали себя? И Свет всё зовёт вперёд, не зная, куда ведёт, а Тьма лишь хранит ответ, которого будто и нет. И если однажды вдруг разомкнётся немой предел — кто скажет, что это выход, а не новый виток и предел?
Бывает больно признать —

выхода нет.
Даже там, где мерцает ответ,
его не знают ни Тьма, ни Свет.
Где выход — молчит глубина,
и свет не даёт имён.
И если он всё же найден —
он будет нам запрещён.
Мы ходим по кругу снова,
как мысль, что не знает конца,
и даже дорогу узнав,
не выйдем никогда из кольца.
И шёпотом где-то внутри
рождается тихий страх:
а вдруг это не тюрьма —
а мы удержали себя?
И Свет всё зовёт вперёд,
не зная, куда ведёт,
а Тьма лишь хранит ответ,
которого будто и нет.
И если однажды вдруг
разомкнётся немой предел —
кто скажет, что это выход,
а не новый виток и предел?
Автор: Хота.