Помогите найти отрывок из прозы

Г. Миллер, почти всё

Виктор Гюго ,,Отверженные"
1. Сцена в самом начале, когда епископ пускает освободившегося преступника к себе в дом.
2. Сцена тоже в начале. Как мать отдакт свою дочь на воспитание людям и присылает деньги на ее содержание. И все то что она делает для этого.
А вообще, вся эта книга, как по мне пропитана такими сценами

В классике все строго и размеренно. Кроме Достоевского. Там ураган. Особенно в униженных и оскорбленных в конце. Но там диалоги.
А вот Санаев Похороните меня за плинтусом впечатляет. Тоже в конце, монолог бабушки за дверью-мороз по коже.
И ещё Некрасов меня с детства потрясал-о волга, колыбель моя, любил ли кто тебя как я...

А Вам слабо?

— Я и вправду лишен присущего некоторым людям таланта, — отвечал Дарси, — свободно болтать с человеком, которого прежде никогда не встречал. Мне нелегко, подобно другим, подлаживаться к тону его рассуждений или делать вид, что меня интересуют его дела.

Я не могу поручиться за свой характер... Меня можно назвать обидчивым: если я о ком-то изменил мнение — это навсегда.

— Да, тщеславие — это в самом деле недостаток. Но гордость … Что ж, тот, кто обладает настоящим умом, может всегда удерживать гордость в должных пределах

Я не умею забывать глупость и пороки ближних так быстро, как следовало бы, так же, как и нанесённые мне обиды.

Это не мой стиль – напрашиваться в незнакомое общество.
— Спросим его: почему? Почему умный и образованный человек не хочет напрашиваться в незнакомое общество?
— Я... Я лишен свойственного кое-кому таланта легко общаться с незнакомыми людьми.
— Я не играю на этом инструменте так, как хотела бы, но мне всегда казалось, что это моя вина. Потому что я уделяла мало внимания обучению.
— Это вполне справедливо. Вы иррационально распределяли свое время. А те, кто имеют честь слушать вашу игру, не думают про ошибки. Мы с вами не играем для посторонних.

Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

Печальное нам смешно, смешное — грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя.

Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки, я глупо создан: ничего не забываю, ничего

Рассказ "Таня" Бунина, "Святая плоть"Гиппиус.

Дада, Бунин тёмные аллеи! В сборнике один рассказ лучше другого. Или Митина любовь. Как герой хотел застрелиться

класс, напомните чьё это

Герой нашего времени.

санкьюовер сэу мач. Надо ж до такой степени начитаться, что перестать узнавать знакомое)) Так же сдавала музлитру- путала Моцарта с Шопеном))