Ну всё, развелась. Официально. Он ушёл, а я… я взяла сковородку. Не ту, что с антипригарным покрытием (её жалко!), а старую, чугунную. И начала бить ей по стене. Ну а что? Он же сказал: «Ты всё равно ничего не можешь разбить!» Вот я и доказала. Стена теперь в выбоинах, сковородка погнулась, а я — свободна. Правда, соседи вызвали полицию, но это уже другая история. Он потом вернулся за тапками, а я ему: «Тапки — мои!» И заперлась в ванной. Три часа там сидела. Теперь думаю: а тапки‑то ему зачем? У него же дома другие есть…
Ну всё, развелась. Официально. Он ушёл, а я… я взяла сковородку. Не ту, что с антипригарным покрытием (её жалко!), а старую, чугунную. И начала бить ей по стене. Ну а что? Он же сказал: «Ты всё равно ничего не можешь разбить!» Вот я и доказала. Стена теперь в выбоинах, сковородка погнулась, а я — свободна. Правда, соседи вызвали полицию, но это уже другая история. Он потом вернулся за тапками, а я ему: «Тапки — мои!» И заперлась в ванной. Три часа там сидела. Теперь думаю: а тапки‑то ему зачем? У него же дома другие есть…