Посмотри на ветхозаветную Далиду, как она, остригши и связав своего мужа, предала иноплеменникам часть самой себя, своего сожителя, которого лелеяла, лобызала, пред которым лицемерила, что любит его больше самой себя, которого, действительно, вчера любила, а сегодня обманула, вчера лелеяла любовью, а сегодня своим обманом предала погребению. И верно, не был ли он красив? Но кто прекраснее того, кто на голове носил семь кудрей - во образ семилучной благодати? И верно, не был ли он мужествен? Но кто мужественнее того, кто один на пути поразил страшного льва и одной ослиной челюстью низложил тысячу иноплеменников? Но при том он был и столь свят, что однажды при недостатке воды, томясь жаждой, помолился, и из мертвой челюсти, которая была у него в руке, истекла вода, и он утолил жажду. И такого святого, такого прекрасного, такого мужественного низложила собственная жена его и, связав, как врага, предала иноплеменникам, а они, ослепив, сделали из него посмешище. Кому ни львы, ни иноплеменники не в силах были противостоять, того низложила собственная жена его. Как же могла она это сделать? - Воспользовавшись добротой мужа, ночью, лестью похитив у него тайну его силы и обнажив, предала на смерть. Потому-то пророк повелевает нам: от сожительницы твоея хранися, еже сказати ей что (Мих.7:5). Скажи же мне, какой зверь поступал когда так с подобным себе другого пола? Какая змея захочет погубить своего сожителя? Какая львица предаст на смерть мужа своего? Истинно, что нет злобы выше злобы женской.