Гость, не хамите. Если не можете ответит на вопрос без хамства, проходите мимо.
Гость
[327507118]
#3
Да не был он сумашедшим. У него началась депрессия после травли его романа и ареста по доносу Магарыча. Это он называл себя так.
N
[1371321993]
#4
Гость
Да не был он сумашедшим. У него началась депрессия после травли его романа и ареста по доносу Магарыча. Это он называл себя так.
А как же спрут, который, как ему мерещилось, залезал через закрытое окно и из-за этого он спал со светом? Это уже на просто депрессию по-моему не тянет... Но почему на него так подействовали критические статьи я, признаться, не поняла.
Xxxx
[3099305578]
#5
Вы вообще не поняли роман. Мастер никогда не был ни больным ни сумасшедшим. Читайте как сказку. Смысл - между строк, в каждом событии там есть переносный смысл.
Гость
[3552504825]
#6
Xxxx
Сообщение было удалено
------------------ А вы как поняли этот роман? На просто депрессию его состояние не похоже. Скорее всего, после ареста он стал сходить с ума.
Гость
[3885773324]
#8
Этот роман тем и гениален, что каждый видит в нем своё. Вот для кого-то Маргарита проститутка бытовая, для кого-то она настоящая женщина. Для меня она жертва любви. А мастер слабый мужик, свихнувшийся на почве того, что окружающие не признали его гениальности.
Взрослая тетка
[584717998]
#9
Думаю, что больным и сумасшедшим его выставляли те, кто читал его роман, который он пытался в печать двинуть. А он был в депрессии. В которой и познакомился с Маргаритой.
Гость
[327507118]
#10
Автор вам надо почитать биографию Булгакова и о том времени когда писался роман. Моего прадеда посадили в тюрьму за анекдот, на него написал донос учитель математики. Его не успели осудить, он умер в тюрьме, поэтому семью не репрессировали. Мастеру повезло, его выпустили из тюрьмы просто сочли сумасшедшим.
Гость
[3623430617]
#11
Ответ на ваш вопрос в тексте романа, читаем:"Будем глядеть правде в глаза ... И вы и я – сумасшедшие, что отпираться! Видите ли, он вас потряс – и вы свихнулись, так как у вас, очевидно, подходящая для этого почва...Видите ли, какая странная история, я здесь сижу из-за того же, что и вы, именно из-за Понтия Пилата. Дело в том, что год тому назад я написал о Пилате роман."