Он тихо проник в комнату и ощутил едва уловимый аромат розы. Возлюбленная, за которой он всегда наблюдал издалека и незримо для нее находился рядом(чтобы уберечь ее от того зла, какое могло покуситься на этот прекрасный цветок) - спала на кровати, ее волосы веером золотых локонов распались по ней, она заснула, не сняв платье. Он залез через окно, опасаясь того, что она оставила его открытым. Ночная прохлада задувала в комнату, трепеща шторы. Он стоял у окна и лунный свет подсвечивал сзади его силуэт. Белая рубаха, слегка потрепанная, слегка раздувающиеся темные волосы. Он стоял и смотрел на нее казалось вечность. И тут она сказала: "Стой". Он дернулся. Но она всего лишь говорила во сне. Боясь подойти к ней ближе, он не осмелился даже укрыть ее. Он развернулся и тихо вылез в окно, бесшумно прикрыв его за собой.
Он тихо проник в комнату и ощутил едва уловимый аромат розы.
Возлюбленная, за которой он всегда наблюдал издалека и незримо для нее находился рядом(чтобы уберечь ее от того зла, какое могло покуситься на этот прекрасный цветок) - спала на кровати, ее волосы веером золотых локонов распались по ней, она заснула, не сняв платье.
Он залез через окно, опасаясь того, что она оставила его открытым. Ночная прохлада задувала в комнату, трепеща шторы. Он стоял у окна и лунный свет подсвечивал сзади его силуэт. Белая рубаха, слегка потрепанная, слегка раздувающиеся темные волосы. Он стоял и смотрел на нее казалось вечность.
И тут она сказала: "Стой".
Он дернулся. Но она всего лишь говорила во сне. Боясь подойти к ней ближе, он не осмелился даже укрыть ее. Он развернулся и тихо вылез в окно, бесшумно прикрыв его за собой.