Пусть пепел сомнений ложится на плечи, И память о тех, кто ушёл, не остынет. Но время не лечит — оно лишь калечит Того, кто застыл посредине пустыни.
Ты выше печали. Ты — всполох рассвета. В твоих сухожилиях — ярость прилива. Не жди от судьбы ни подсказок, ни света, Будь сам этим светом — до боли, правдиво.
Разбей зеркала, где ты видишь оковы. Сотри горизонт, что мешает дышать. Начни этот путь, абсолютно новый, Позволь себе дерзость — мечтать и решать.
Там нет берегов, и не чертят границы, Там воздух прошит раскалённым металлом. Сгорают в зените свободные птицы, Чтоб небо от их чистоты засияло.
И слёзы твои — не бессилья примета, А соль океана, что в сердце стучится. Ты тоже взлетишь. Ты — частица завета. Ты — пламя, которому суждено сбыться.
Пусть пепел сомнений ложится на плечи,
И память о тех, кто ушёл, не остынет.
Но время не лечит — оно лишь калечит
Того, кто застыл посредине пустыни.
Ты выше печали. Ты — всполох рассвета.
В твоих сухожилиях — ярость прилива.
Не жди от судьбы ни подсказок, ни света,
Будь сам этим светом — до боли, правдиво.
Разбей зеркала, где ты видишь оковы.
Сотри горизонт, что мешает дышать.
Начни этот путь, абсолютно новый,
Позволь себе дерзость — мечтать и решать.
Там нет берегов, и не чертят границы,
Там воздух прошит раскалённым металлом.
Сгорают в зените свободные птицы,
Чтоб небо от их чистоты засияло.
И слёзы твои — не бессилья примета,
А соль океана, что в сердце стучится.
Ты тоже взлетишь. Ты — частица завета.
Ты — пламя, которому суждено сбыться.