– Понятно. Третий вариант заключается в том, чтобы пойти с тобой по каким-то, известным одному тебе, безопасным тропам ? – Нет. Таких троп я не знаю. – Так что же тогда ? – Вызвать на себя нападение стаи и принять бой. И по возможности убить Вулли.
В наступившем тяжёлом молчании ясно ощущалось то, о чём думал каждый из сидящих за столом в этой хижине. О том, как мало они ещё пожили на этом свете, какой злой и коварной бывает судьба. Но и о том, что у каждого человека, даже ребёнка, есть долг, который он должен отдать своим близким. Даже ценой своей, такой короткой пока ещё, жизни.
– Что ж, пусть будет вариант номер три. Ты с этим, согласна, Витесса ? – Адель пристально посмотрела в глаза твёрдым, внимательным взглядом. – Конечно, Адель, – ответный взгляд Витессы был не менее твёрд и решителен, – мы будем сражаться.
Адель обняла Витессу в порыве нахлынувшего на неё сильного чувства любви и жалости к своей младшей сестре. По щекам каждой из девочек катилась скупая слеза. Этьен мрачно смотрел в стол, до боли сжимая сцепленные в замок пальцы рук. Он знал, что сделает всё для того, чтобы не только спасти людей, оказавшихся в это время в этом лесу, но и этих, сидящих напротив него за столом детей – хоть и сам он был ещё не совсем взрослым, – готовых пожертвовать собой ради других.
– Нет. Таких троп я не знаю.
– Так что же тогда ?
– Вызвать на себя нападение стаи и принять бой. И по возможности убить Вулли.
В наступившем тяжёлом молчании ясно ощущалось то, о чём думал каждый из сидящих за столом в этой хижине. О том, как мало они ещё пожили на этом свете, какой злой и коварной бывает судьба. Но и о том, что у каждого человека, даже ребёнка, есть долг, который он должен отдать своим близким. Даже ценой своей, такой короткой пока ещё, жизни.
– Что ж, пусть будет вариант номер три. Ты с этим, согласна, Витесса ? – Адель пристально посмотрела в глаза твёрдым, внимательным взглядом.
– Конечно, Адель, – ответный взгляд Витессы был не менее твёрд и решителен, – мы будем сражаться.
Адель обняла Витессу в порыве нахлынувшего на неё сильного чувства любви и жалости к своей младшей сестре. По щекам каждой из девочек катилась скупая слеза. Этьен мрачно смотрел в стол, до боли сжимая сцепленные в замок пальцы рук. Он знал, что сделает всё для того, чтобы не только спасти людей, оказавшихся в это время в этом лесу, но и этих, сидящих напротив него за столом детей – хоть и сам он был ещё не совсем взрослым, – готовых пожертвовать собой ради других.