Вопреки

Пусть стены давят серой пустотой,
И этот плен заведомо проигран.
Я не смирюсь с навязанной судьбой,
Мой каждый шаг изяществом пропитан.

Пусть суждено остаться мне на дне,
Где гаснут звуки и бледнеют лица.
Я буду гнить, но в дивной тишине,
В шелках и розах, словно я царица.

Из темноты я сотворю сонет,
Из кандалов — звенящие браслеты.
И пусть в округе выключили свет,
Мои глаза зажгут автопортреты.

И если прахом стану в тупике,
То самым ярким, золотым и жгучим.
С бокалом яда в тоненькой руке
Я улыбнусь руинам этим тучам.