Его посмертный феномен гораздо интереснее, чем его прижизненные достижения. Он, конечно, был популярен при жизни, ну, так же примерно, как Бутусов, Кинчев, Шевчук, Мамонов и иже с ними, но интерес лично у меня вызывает именно посмертная идолизация, так сказать. Мало ли кто помер из их братии за это время, но как-то ни у кого нет стен и стихийных мемориалов в таком масштабе. Странно.