Когда вы в последний раз плакали у гинеколога?

Первый раз я плакала на приеме у гинеколога в 18 лет. У меня была задержка месячных, и я обратилась в обычную студенческую поликлинику. «Рожаешь или аборт делаем?» — кричала на меня доктор, при этом даже не предложив сдать анализы. Абсурд был в том, что тогда у меня еще не было секса. Сражаться было бессмысленно, и через знакомых я просто нашла другого специалиста. Оказалось, что надо поставить на место гормоны, и в течение двух месяцев у меня все наладилось. На профилактический осмотр я ходила раз в год и ни на что не жаловалась.

Второй случай, когда я не сдержала слез на приеме у гинеколога, произошел в мои 30 лет. К этому времени я стала мамой. После рождения дочери прошло чуть больше года, и я обратилась к детскому гинекологу.
Накануне мы переехали в другой город, где было все незнакомо, и, может, поэтому я не сразу въехала, где правда, а где ложь. Сейчас злюсь на себя, что потратила четыре месяца, доказывая, что я и моя дочь здоровы.
Началось все, когда мы вернулись с моря. Я стала замечать, что дочка периодически держится ручками за гениталии. Запрограммированная с детства бабушкиными советами, купала ребенка в отваре ромашки. Не помогло. Идем в поликлинику. Наша семейная докторка уехала на курсы. Участковый терапевт назначает анализ крови и мочи. Лаборантка сразу же заряжает на успех: «Это 100% инфекция мочевыводящих путей». «Спасибо за поддержку», — говорю.
Я понимала, что угрозы жизни для ребенка нет: она без проблем ходит в туалет, нет температуры, нет других выделений. Надо было лишь проверить: возможно, сахар высокий (по наследственности), возможно, сбой гормонов или посидела на холодном песке. А может, там вообще ничего нет, и ребенок таким образом изучает свое тело — это нормально в таком возрасте. Но я не специалист, чтобы ответить на эти вопросы, поэтому обратилась за помощью.
Все анализы были в норме, и нас посылают к детскому гинекологу. Бакпосев на грибок – штука безболезненная, поэтому делаю два исследования в частной и государственной клиниках.
Результаты из частной клиники показали молочницу. Ок, будем лечить.
В государственной клинике доктор с трагическим видом предлагает мне сесть в кресло. Дочка у меня на руках, садимся вместе. С дрожью и волнением в голосе гинеколог говорит, что за 20 лет такого не видела.
— Если бы вы увидели эту пробирку…
— Что бы я сделала? — перебиваю. — Тогда мы обратимся в третью клинику.
— Не хочу ничего сказать плохого, но частные клиники только зарабатывают деньги и не несут никакой ответственности, — говорит врач и дает направление в Институт венерологии и дерматологии при Академии наук.
Здесь бы мне засомневаться, но этого драматического гинеколога мне рекомендовали три разных человека. И я соглашаюсь ехать в институт.
Мне страшно, для меня это жуткое учреждение, но я плачу, только когда моя дочь спит. На приеме стараюсь спокойно объяснить, что сдали анализ на грибок, но в поликлинике нет реактивов, способных определить вид и поставить диагноз. Специалистка (назову ее академичка) отказывается проверять наличие грибка (они этим не занимаются) и предлагает сдать анализ отдельно мне и ребенку на наличие инфекционных болезней. Анализ куда более неприятный, чем бакпосев. Сцепив зубы, держу малышку вместе с медсестрой. Успокаиваю себя мыслью, что дочка маленькая и все это забудет.
Сама еду сдавать анализы через неделю, потому что, как обычно, в госучреждениях «понедельник – неприемный день, во вторник принимаем только стационар, в среду у нас профилактика, в четверг болеет доктор, а в пятницу с 8 до 10 мы вас ждем». Неделю жду результатов. У дочери не находят ничего (даже молочницы), а у меня — та-да-дам! Трихомонада и хламидиоз. Стоп, господа! А как же мои ежегодные осмотры? И как же я живу с такими диагнозами и ничего меня не беспокоит?
— Вчера не было, сегодня есть. Может вы носитель. А инфекция девочке передалась во время беременности, — размышляет академичка и выписывает препараты для дочери, а мне назначает стационарное лечение.