Мне досадно, что когда она была ребенком, я всегда умела сдеживаться, и отца останавливала, а вот вошла в подростковый возраст, и я сама обратилась к порке. Она была убеждена, что ремень это только для кого-то, а ее никогда не коснется. Видимо, действует наследие: как я помнила, что за определенные проступки надо расплачиваться пятой точкой, так и с дочерью своей поступила, хотя раньше и не хотела.