История Азовского моря

Тит Пахомий Делирий и Гней Епифаний Фрателл были простыми центурионами первой когорты V легиона "Alaudae".

За некую, весьма дерзкую проделку, впрочем, совершенную не по злому умыслу, но из давнего их желания решить, кто же более достойный воин, центурионов заключили в легионную тюрьму, дабы охладить их пыл и дать понять, что такие выходки простительны горячим юнцам, но не зрелым почтенным мужам, избранным на военные должности.

Привело это к большой беде, ибо Пахомий, столь стойко переносивший все тяготы военных походов, в заключении вдруг помутился рассудком, и возомнил, что находится не в нумере тюрьмы, а в латрине.

Тут же, как принято в этих заведениях, он принялся вести с Фрателлом беседы о божественности Приапа, спортивных упражнениях, Меотиде, цаплях и прочем вздоре, чем несказанно расстроил Фрателла, и так удрученного заключением. Когда же, устав от болтовни Пахомия, тот предался Морфею, Пахомий развел в нумере отвратительную грязь. По пробуждении это привело Фрателла в дикую ярость, и он тоже начал терять рассудок, ибо, не иначе как по воле Юпитера, в тот день в расположении легиона безумие постигло многих, и кроме центурионов - еще и престарелого ветерана, охранявшего нумера, и почтенного префекта когорты. От сего они приняли бесчестную смерть, подробности которой столь омерзительны, что сравнятся с деяниями Нерона или Гелиогабала.

Тит Пахомий, однако же, остался жив, и как говорят, именно он написал строфы, ставшие в последствии девизом Пятого Галльского легиона, имевшего сигнум в виде слона, в честь побед на слонами Юббы Нумидийского:

Дивный и чудный смарагдовый слон в легион к нам явился.
Слон буцинатор! Буцин он с собой в легион наш принес!
В день, когда в дальний и долгий поход легион отправлялся
Слон на буцине искусно когортам сигнал подавал!