Однако куда больше, чем сегодняшняя комедия, меня забавляет то, что вы из высоко целомудренных соображений отказывали мне в радостях супружеского ложа из-за моих многочисленных грехов, а сами вожделели в душе Эшли Уилкса. «Вожделели в душе» — хорошее выражение, верно? Сколько хороших выражений в этой книжице, правда? "Какой книжице? Какой?" — мысли ее метались, глупо, бессмысленно, а глаза испуганно озирали комнату, машинально отмечая тусклый блеск тяжелого серебра в неверном свете свечи, пугающую темноту в углах.
Не роман а Библия. Они с Реттом были католиками, а сама Скарлетт обучалась в монастыре
Гость
[3286761962]
#5
Скорее всего здесь проводится аллегория между литературным произведением и историей чувств Скарлетт к Эшли Уилксу.
Яна
[2036114329]
#6
Всем спасибо за ответы!
Гость
[3848996132]
#7
Гость
Сообщение было удалено
А может они Новоселова читали? Женщина, учебник для мужчин? Или Женщина с Венеры, Мужчина с Марса?
Яна
[2036114329]
#8
Гость
Сообщение было удалено
Элис
Не роман а Библия. Они с Реттом были католиками, а сама Скарлетт обучалась в монастыре
Да, вы оказались правы. Поискала в англоязычном интернете "lusting in your heart", и поиск сразу вышел на католические форумы.
Гость
[4046275783]
#9
Да, это Библия. Этот диалог происходит уже после рождения их дочки Бонни-Блу, ради которой Ретт очень изменился. В том числе начал читать Библию и стал примерным христианином. Ну, попытался стать)) Обожаю этот роман)
пробитие четвёртой стены. в то время как раз была мода на это. выражение «Вожделели в душе» буквально написано в книге которую вы держите в руках. + Ретт подозрительно хорошо понимал Скарлетт и окружающую его реальность. для полного счастья Маргарет наделила своего любимого героя самосознанием. узнали? согласны?
Однако куда больше, чем сегодняшняя комедия, меня забавляет то, что вы из высоко целомудренных соображений отказывали мне в радостях супружеского ложа из-за моих многочисленных грехов, а сами вожделели в душе Эшли Уилкса. «Вожделели в душе» — хорошее выражение, верно? Сколько хороших выражений в этой книжице, правда?
"Какой книжице? Какой?" — мысли ее метались, глупо, бессмысленно, а глаза испуганно озирали комнату, машинально отмечая тусклый блеск тяжелого серебра в неверном свете свечи, пугающую темноту в углах.
Что думаете?