"Прогресс идет вперед, сметая на своем пути все святое, и все праведное." Святитель Игнатий Брянчанинов.
Марья Ивановна не встала с постели. Хотя будильник отчетливо слышала. Перед рассветом учительница почуствовала необыкновенную легкость. Как успокаивает она! Она видела себя откуда то сверху. И не могла понять, почему не может подняться и идти на работу, которая для нее была всем и единственным. "А ведь я совсем не старая, почему меня все хотят отправить на пенсию?"- думала Марья Ивановна, глядя на себя сверху... Потом стук в дверь. Потом вошли, увидели. Марья Ивановна начала понимать, что произошло. Шли дни. Она навещала родные места. Хватало лишь подумать, и вот она уже в родной деревеньке. Вот и могилка матери. "Я лечу к тебе, мама! И больше мы с тобой никогда не расстанемся...". Больше в родной деревне ее ничто не задерживало... Траурная церемония ее похорон. Коллектив постарался. Директор все говорил и говорил о том, "какую прекрасную учительницу мы потеряли". Но и здесь Марью Ивановну ничто не задержало. Похороны нужны живым. Но не мертвым, в минуту роковую осознавшим, что смерти не существует. Похороны нужны живым. Чтобы еще раз поплакать, пожалеть ... себя! И вдоволь полицемерить. Ведь тот же директор чуть ли не каждый день, перед уроками, вызывал "прекрасную учительницу", и долдонил ей прямым текстом, что время ее уже прошло, теперь задачи школы иные, и ей пора на отдых. Но Марья Ивановна держалась стойко. И не соглашалась уходить, как на нее не давили. И не в "маленькой пенсии" дело. Работа для нее была единственной радостью, а успехи учеников - огромным счастьем. И потому душа Учительницы покинула траурную церемонию. "Вы никогда не были миром моим, а ныне тем более...". Душа поспешила в школу, которой она отдала без малого 50 лет. Уроки идут. Вот один из ее классов. Восьмой класс. Урок математики. Это ее предмет. (Продолжу)
"Прогресс идет вперед,
сметая на своем пути
все святое, и все праведное."
Святитель
Игнатий Брянчанинов.
Марья Ивановна не встала с постели. Хотя будильник отчетливо слышала. Перед рассветом учительница почуствовала необыкновенную легкость. Как успокаивает она!
Она видела себя откуда то сверху. И не могла понять, почему не может подняться и идти на работу, которая для нее была всем и единственным.
"А ведь я совсем не старая, почему меня все хотят отправить на пенсию?"- думала Марья Ивановна, глядя на себя сверху...
Потом стук в дверь. Потом вошли, увидели. Марья Ивановна начала понимать, что произошло.
Шли дни. Она навещала родные места. Хватало лишь подумать, и вот она уже в родной деревеньке. Вот и могилка матери.
"Я лечу к тебе, мама! И больше мы с тобой никогда не расстанемся...".
Больше в родной деревне ее ничто не задерживало...
Траурная церемония ее похорон. Коллектив постарался. Директор все говорил и говорил о том, "какую прекрасную учительницу мы потеряли".
Но и здесь Марью Ивановну ничто не задержало. Похороны нужны живым. Но не мертвым, в минуту роковую осознавшим, что смерти не существует.
Похороны нужны живым. Чтобы еще раз поплакать, пожалеть ... себя! И вдоволь полицемерить. Ведь тот же директор чуть ли не каждый день, перед уроками, вызывал "прекрасную учительницу", и долдонил ей прямым текстом, что время ее уже прошло, теперь задачи школы иные, и ей пора на отдых.
Но Марья Ивановна держалась стойко. И не соглашалась уходить, как на нее не давили. И не в "маленькой пенсии" дело. Работа для нее была единственной радостью, а успехи учеников - огромным счастьем.
И потому душа Учительницы покинула траурную церемонию. "Вы никогда не были миром моим, а ныне тем более...".
Душа поспешила в школу, которой она отдала без малого 50 лет.
Уроки идут. Вот один из ее классов. Восьмой класс. Урок математики. Это ее предмет.
(Продолжу)