Салон Мадам де Рамбуйе
Первым салоном, появившемся в Париже и имевшем влияние на нравы, язык и вкусы французской нации, считается салон мадам де Рамбуйе (был открыт в 1617г.).
13 888 ответов
Последний —
Перейти
У Сережи началась аллергия. Раньше он любил девушек. Сейчас, после каждого, даже случайно брошенного взгляда, у него вспухало лицо, трескалась губа, появлялись рубцы на щеке. Девушки стали шарахаться от Сережи, узнав, что у Сережи женщина. Они решили, что это заразно, а им не хочется иметь поврежденное лицо и проплешины в волосах.
Друзья посоветовали лечиться водкой. Якобы Вася именно так жену и вывел. Однако, если раньше у Сережи голова болела только по утрам, то теперь начинало ломить все тело при попытке осушить хотя бы пару стопок. Промежуток, наполненный радостью, ранее составлявший семь-двенадцать часов между первой стопкой и похмельем, стал бесконечно мал.
Сережа заметил, что жена — очень едкое явление. Она разъедала самые нужные вещи. Она их буквально растворяла. Первым делом растворились все свободные деньги. Затем растворились друзья, а потом растворилось Время…
Друзья посоветовали лечиться водкой. Якобы Вася именно так жену и вывел. Однако, если раньше у Сережи голова болела только по утрам, то теперь начинало ломить все тело при попытке осушить хотя бы пару стопок. Промежуток, наполненный радостью, ранее составлявший семь-двенадцать часов между первой стопкой и похмельем, стал бесконечно мал.
Сережа заметил, что жена — очень едкое явление. Она разъедала самые нужные вещи. Она их буквально растворяла. Первым делом растворились все свободные деньги. Затем растворились друзья, а потом растворилось Время…
Сережа не спал всю ночь. Он всегда боялся боли, острых орудий, крови; ему неприятно было думать, что люди в специальной форме будут задавать ему бесцеремонные вопросы… Но он решился. Он подошел к спящей жене. Он долго смотрел на нее и дрожал. Потом выскочил из дома и побежал в больницу.
Он долго мялся в кабинете врача.
— Доктор, у меня это… Ну, Вы как мужчина должны меня… Это очень стыдно и интимно… Нет, я не могу так! Пусть медсестра выйдет.
Как ни ругался врач, как ни уговаривала медсестра, ничего они от него не добились. Медсестра вышла, и Сережа обо всем рассказал. Врач помрачнел.
— Откровенно говоря, я тоже запустил это дело. Сперва я обнаружил у себя женщину. Думал, так пройдет, но она быстро прогрессировала в жену и приобрела хроническую форму…
Они обнялись и проплакали пятнадцать минут. Врач прописал ему здоровый образ жизни, больше проводить время на работе. Сережа стал заниматься спортом и продвигаться по службе. Сначала ему это нравилось, однако он стал замечать, что жена размножается. Приходилось все больше и больше работать.
Однажды по телевизору показали психолога и сказали, что он занимается женой. На следующий день Сережа побежал к психологу и сказал, что у него жена. А психолог сказал Сереже, что на самом деле не все так плохо. На самом деле это не у него жена, это он у жены.
Утром Сережа проснулся, обрадовался миру и подумал: «Пусть мучается!» — с широкой улыбкой на устах.
Георгий Игнатов
Он долго мялся в кабинете врача.
— Доктор, у меня это… Ну, Вы как мужчина должны меня… Это очень стыдно и интимно… Нет, я не могу так! Пусть медсестра выйдет.
Как ни ругался врач, как ни уговаривала медсестра, ничего они от него не добились. Медсестра вышла, и Сережа обо всем рассказал. Врач помрачнел.
— Откровенно говоря, я тоже запустил это дело. Сперва я обнаружил у себя женщину. Думал, так пройдет, но она быстро прогрессировала в жену и приобрела хроническую форму…
Они обнялись и проплакали пятнадцать минут. Врач прописал ему здоровый образ жизни, больше проводить время на работе. Сережа стал заниматься спортом и продвигаться по службе. Сначала ему это нравилось, однако он стал замечать, что жена размножается. Приходилось все больше и больше работать.
Однажды по телевизору показали психолога и сказали, что он занимается женой. На следующий день Сережа побежал к психологу и сказал, что у него жена. А психолог сказал Сереже, что на самом деле не все так плохо. На самом деле это не у него жена, это он у жены.
Утром Сережа проснулся, обрадовался миру и подумал: «Пусть мучается!» — с широкой улыбкой на устах.
Георгий Игнатов
Привет, Мари!
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Привет, Мари!
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Вроде нет))
Зубной кабинет напрягает, наверное самый распространённый страх из детства.
Уколов многие боятся, знаю.
Мужчины часто боятся, но делают вид..)))
Зубной кабинет напрягает, наверное самый распространённый страх из детства.
Уколов многие боятся, знаю.
Мужчины часто боятся, но делают вид..)))
Ветхий
Привет, Мари!
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Вам лично я бы с удовольствием поставил клизму
Ветхий
Привет, Мари!
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Я врачей не боюсь
Но боюсь врачей форумчан
Любки там всякие
Но боюсь врачей форумчан
Любки там всякие
Вроде нет))
Зубной кабинет напрягает, наверное самый распространённый страх из детства.
Уколов многие боятся, знаю.
Мужчины часто боятся, но делают вид..)))
Зубной кабинет напрягает, наверное самый распространённый страх из детства.
Уколов многие боятся, знаю.
Мужчины часто боятся, но делают вид..)))
Но приятного в походах по врачам тоже ничего нет) У кого какой негативный опыт был, того и боится. Зубной кабинет наверное всех напрягает и вовсе не из-за боли, а что вдруг что-то не так сделают. Даже к парикмахеру иногда боишься идти, а ведь волосы не зубы, отрастут)))
Ветхий
Пора заняться делами
Не писать на форуме
Не писать на форуме
Но приятного в походах по врачам тоже ничего нет) У кого какой негативный опыт был, того и боится. Зубной кабинет наверное всех напрягает и вовсе не из-за боли, а что вдруг что-то не так сделают. Даже к парикмахеру иногда боишься идти, а ведь волосы не зубы, отрастут)))
У него вид страшный, пыточный.))
Я вот как раз боли не боюсь и порог высокий, но помню, что потряхивало от нахождения там))
Парикмахерские да. Я после определённого опыта туда ни ногой. Я же вообще замороченная на волосах.
Мем о том, что у парикмахеров 1 см = 5 см, правда))
Я вот как раз боли не боюсь и порог высокий, но помню, что потряхивало от нахождения там))
Парикмахерские да. Я после определённого опыта туда ни ногой. Я же вообще замороченная на волосах.
Мем о том, что у парикмахеров 1 см = 5 см, правда))
✖️имера
Здравствуйте, Пустота.
Нарушать вашу камерную меланхолию вовсе не планировалось, только поделилась тем, что получилось.
Дальше подхватили другие.))
Так что mi scusi, как говорится 🙂)
Нарушать вашу камерную меланхолию вовсе не планировалось, только поделилась тем, что получилось.
Дальше подхватили другие.))
Так что mi scusi, как говорится 🙂)
Здравствуйте, Blackmarin! Так пишу же, все ок👌 Наша камерная меланхолия стала еще насыщенней от вашего творчества. И домик жив) 😘
А гундеть, повторюсь, наша местная традиция 🙃
А гундеть, повторюсь, наша местная традиция 🙃
У него вид страшный, пыточный.))
Я вот как раз боли не боюсь и порог высокий, но помню, что потряхивало от нахождения там))
Парикмахерские да. Я после определённого опыта туда ни ногой. Я же вообще замороченная на волосах.
Мем о том, что у парикмахеров 1 см = 5 см, правда))
Я вот как раз боли не боюсь и порог высокий, но помню, что потряхивало от нахождения там))
Парикмахерские да. Я после определённого опыта туда ни ногой. Я же вообще замороченная на волосах.
Мем о том, что у парикмахеров 1 см = 5 см, правда))
Бывает и наоборот, когда 5 см = 1 см, хочешь покороче, а им страшно)))
А у тебя не бывало, что длинные волосы надоедают и хочется подстричь до более комфортной длины чуть ниже плеч, например?
А у тебя не бывало, что длинные волосы надоедают и хочется подстричь до более комфортной длины чуть ниже плеч, например?
Здравствуйте Салон!)
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Здравствуйте Салон!)
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
И тут кусты 🌳зашевелились в предвкушении…😄
Привет!)
Весь день разбитая после ночных посиделок.(
Привет!)
Весь день разбитая после ночных посиделок.(
Здравствуйте Салон!)
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Кусты жаждут хлеба и зрелищ!)))
Эксперты Woman.ru
-
Абрамов СергейПсихолог314 ответов -
Золотых Вера ВладимировнаПсихолог188 ответов -
Елизавета ПолетПсихолог4 801 -
Светлана ТатьяненкоПсихолог16 ответов -
Екатерина МетляеваПсихолог111 ответов -
Кулик Елена БорисовнаСемейный психолог10 ответов -
Владислав ПоляковКоуч индивидуального...36 ответов -
Сергей ГубановПсихолог23 ответа -
Виктория ТолкачеваПсихолог1 ответ -
Садовников ЭрнестПсихолог....1 031
Ветхий
У вас уже вполне заслуг, что бы побороться с ним за этот титул😏
Мне вас не жаль, Ветхий, вы негoдяй 😁
Мне вас не жаль, Ветхий, вы негoдяй 😁
Есть пять минут вам ответить
Да, я негодяй.
Но любимый вами негодяй😇
Жду не дождусь, когда вы откроете здесь творческую мастерскую
И очень хочу сделать вам подарок
Когда он появится в продаже. И выйдет хорошее издание с качественным переводом
Заключительная книга должна быть у вас в печатном издании.
Если вы согласитесь принять такой подарок, то я буду счастлив.
Теплых вам выходных
Да, я негодяй.
Но любимый вами негодяй😇
Жду не дождусь, когда вы откроете здесь творческую мастерскую
И очень хочу сделать вам подарок
Когда он появится в продаже. И выйдет хорошее издание с качественным переводом
Заключительная книга должна быть у вас в печатном издании.
Если вы согласитесь принять такой подарок, то я буду счастлив.
Теплых вам выходных
Ветхий
Здравствуйте Салон!)
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Отдельный привет всем поклонницам и поклонникам Сосиски, тем кто его жалеет, отвечает за меня ему, анализирует и проводит параллели)))
Спасибо что читаете и переживаете!
Предупреждаю, все претензии я принимаю только от него, на ваше мнение мне глубоко.)
Но если вы так вовлечены в процесс, то я конечно же буду продолжать садиться попкой ему на лицо, и говорить всё что пожелаю нужным😁
Не забудь удалить мой текст
Привет, Мари!
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Сейчас читала тему, женщина жалуется, что 5-летний сын боится врачей после того, как лежали в больнице и ему ставили уколы и капельницы. Теперь переживает, даже когда на обычный осмотр надо идти. В комментариях все обнадежили автора, сказали, что тоже боятся, но только по-другому)))
Вы боитесь врачей, всем вопрос?
Привет Точа)
Ужасно боюсь всех врачей, зубных, терапевтов, уколов, всего))
Пытка ходить туда.
Роналду забил один с пенальти, выиграли!
Будем болеть за них дальше))
Ужасно боюсь всех врачей, зубных, терапевтов, уколов, всего))
Пытка ходить туда.
Роналду забил один с пенальти, выиграли!
Будем болеть за них дальше))
Засранец
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Засранец
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Засранец
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Засранец
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Засранец
Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых" людей.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц. Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее, что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему
Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор тяжело переносил этот крик, много думал над ролью... А когда выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал губы и громко шептал:
-- Верстак... Наковальня...
Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:
-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у тебя...
Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И терпел. Только один раз он вышел из себя.
-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению, ре-жиссер.
Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того глаза на лоб полезли.
-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и отпустил режиссера.
Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.
-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. -- Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже мне... герой-любовник.
-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как на партнера по сцене.
Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел. Больше он не кричал на Федора.
Бывает и наоборот, когда 5 см = 1 см, хочешь покороче, а им страшно)))
А у тебя не бывало, что длинные волосы надоедают и хочется подстричь до более комфортной длины чуть ниже плеч, например?
А у тебя не бывало, что длинные волосы надоедают и хочется подстричь до более комфортной длины чуть ниже плеч, например?
Конечно, бывало и не раз. Я и стригла и с каре ходила. Но не в том смысле, что комфортнее. Мне в длинными вполне комфортно, привычно. Просто хотелось смены имиджа иногда.))
Форум: Чат комнаты
Всего: 22 темы
Новые темы за все время: 22 темы
- Просто болталка48 ответов
- Ветка выпустить негативные эмоции25 ответов
- Клиника сексуальной терапии57 ответов
- Хромой Синий Кот6 844 ответа
- Смешная ветка15 ответов
- Свалка. Для острого приступа флуда. Вас предупредили12 539 ответов
- Анна Австралийская & Эрзя. Душевные разговоры на любую тему307 ответов
- [WHITELIST ONLY] Убежище для своих2 195 ответов
- Ветка для общения эмигрантов и иностранных посетителей10 ответов
- Всем привет!7 ответов
Популярные темы за все время: 20 тем
- Ротонда40 428 ответов
- Салон Мадам де Рамбуйе13 886 ответов
- Свалка. Для острого приступа флуда. Вас предупредили12 539 ответов
- Храм Прекрасного Пана10 703 ответа
- Хромой Синий Кот6 844 ответа
- Доброе утро, новый день!3 415 ответов
- Новая Болталка2 981 ответ
- [WHITELIST ONLY] Убежище для своих2 195 ответов
- Комната отдыха422 ответа
- Анна Австралийская & Эрзя. Душевные разговоры на любую тему307 ответов
Следующая тема
Предыдущая тема