В СССР тоже было так много людей с психпроблемами?

Чикатило это порождение СССР

В отсутствие интернета многие и не знали, что чем-то там страдают. Кроме того, жизнь была размеренной, а излишества нехорошие в виде наркоты были малодоступны. Да и клали психических безо всяких танцев с бубнами, вот и шлялось их меньше по улицам.

Пока ловили Чикатило, то по решению советского суда за его злодеяния расстреляли несколько невинных людей

Шутите, что ли? В СССР здоровых был дай бог один на тысячу. Жизнь-то тяжёлая была, от нищеты и безысходности только так крышечка ехала. Поезжайте в любой райцентр, посмотрите, как там живётся. Алкашня, наркоманы, умственно недалёкие токсы. Это всё наследие СССР в концентрированном виде.

Вспомните еще горбачевский закон о борьбе с алкоголизмом. Алкашей при совке было огромное количество

Бухали тогда очень много. Не зря появились фильмы про алкоголиков Афоня, Друг (1987).

Странное наследие, учитывая, что оно появилось при расцвете капитализма в 90-е.

Походу тема будет показательной.

Ну, понятно, что маньячины были и лоботомию делали, но думается мне, что все равно столько душевно больных не было и суицидников

вы не слышали про сглазы и боевое нлп?

А сейчас нариков много. Кругом закладки на каждом углу

Думаю, тех уже в живых нет, поэтому смысл делать выводы? Тем более, речь о молодом работоспособном населении, а не остатков пенсионеров, выживших из ума

В СССР была карательная психиатрия

Во время афганской войны на наркоту тоже подсаживались

Это вы орали за свободу и сейчас ваши собратья орут, чтобы из психушки выпустили?

Да лучше карательная, чем как сейчас с диагнозом за рулём, и спокойно на людей на тротуаре едет.

Психушек было полно и из них не выписывали "за недостаточностью финансирования". Суицид был всегда. Сейчас все более-менее не буйные свободны, отсюда впечатление, что их стало больше. Соседка в доме - постоянно матом орет на прохожих, детей, и мимо пороходя и из окна квартиры, но только около нашего дома, а идя по соседней улице, выглядит просто как обычная тетка неухоженная.

Карательная конечно плохо. Но и сейчас не лучше.
есть куча больных, которые ходят голыми в подъездах, выливают какашки из окна, собирают мусор в своих квартирах, размножая тараканов.
Делают жизнь всего подъезда просто не выносимой. Но пока такой человек не причиняет физический вред себе или окружающим ничего нельзя сделать.
Это просто ужас, если вдруг повезёт стать соседом вот такого больного человека.

Были. Только их никто не видел. Не было инклюзии, псих больного можно было легко отправить в интернат.
Практически все интренаты в стране стоят ещё с советских времен, я жила в посёлке, где находился такой для мужчин, а в соседнем посёлке был такой же для женщин. Так вот, насколько мне известно не пустовали они никогда.

Самая страшная бедность и дефицит товаров была в РСФСР, в всех остальных республиках жили лучше-по разному. Так, как РСФСР содержал всех них

В психушки в СССР сажали оппозиционеров.
В 1983 году Всесоюзное научное общество невропатологов и психиатров добровольно вышло из Всемирной психиатрической ассоциации (ВПА). Если бы этого не случилось, СССР со скандалом исключили бы из ВПА на ближайшем международном конгрессе в Австрии.

О том, что оргкомитет конгресса такое решение уже принял, председатель КГБ СССР Виталий Федорчук проинформировал ЦК КПСС служебной запиской «О подготовке специальными службами противника новой антисоветской акции в связи с предстоящим в 1983 году Всемирным конгрессом психиатров в Австрии». Поводом для исключения советской психиатрии из ВПА послужили выводы международного комитета по расследованию случаев злоупотребления психиатрией, собравшего многочисленные доказательства «систематического злоупотребления психиатрией в политических целях в СССР». В Советском Союзе использование психиатрии в качестве инструмента преследования инакомыслящих не признавали до 1988 года.

5 января 1988 года Указом Президиума Верховного Совета СССР было принято «Положение об условиях и порядке оказания психиатрической помощи», призванное исключить использование психиатрии в качестве инструмента внесудебного преследования граждан по политическим мотивам.
«Положение» стало первым в советской истории нормативным актом, регулирующим деятельность психиатрических служб
До этого все определялось лишь ведомственными инструкциями, которые не публиковались в печати и не были известны общественности.

В том же году Минздраву СССР были переданы 11 психиатрических больниц специального типа, ранее находившихся в ведении МВД СССР, еще пять больниц были ликвидированы. С психиатрического учета были сняты 776 тысяч пациентов. В следующем году — еще около миллиона. Одновременно были изменены правила госпитализации в психиатрические больницы.

Мне довелось работать в психиатрии около полутора десятков лет. Шесть из них (с 1982-го по 1988 год) — врачом-психиатром в Московской городской клинической психиатрической больнице №15 — «пятнашке», как ее называли. Сразу оговорюсь: темой злоупотреблений в советской психиатрии я никогда специально не занимался, поэтому расскажу лишь о том, чему лично был свидетелем.

В СССР положить человека в психиатрическую больницу было значительно проще, чем сейчас. Никакого согласия на добровольное лечение от него не требовалось.

В обычных случаях будущий пациент получал направление на госпитализацию в психоневрологическом диспансере (ПНД), после чего ехал в больницу самостоятельно или в сопровождении родственников. В направлении указывался «предварительный диагноз» и обосновывалась причина необходимости стационарного лечения.

В приемном покое дежурный врач осматривал пациента, ставил ему «диагноз при поступлении» и выбирал режим наблюдения: «строгий» или «общий» — в зависимости от состояния и опасности его для окружающих или себя самого. При наличии суицидальных мыслей ставилась пометка «суицид».

После этого пациента мыли, стригли (по необходимости), переодевали в больничное и отводили в отделение
Отделения делились на мужские и женские, а те, в свою очередь, на «острые», «санаторные», «геронтологические» (для пожилых) и «подростковые».

Итак, большинство пациентов поступали на лечение добровольно. Но существовала и принудительная госпитализация. К буйному и уже состоящему на учете больному можно было вызвать психиатрическую перевозку. Приехавший дежурный врач выписывал направление, санитары вязали клиента и немедленно отправляли в психиатр

В особых случаях пациента везли к дежурному по городу психиатру, который лично выписывал направление на госпитализацию
Таким образом в психбольницу попадали иногородние: бомжи, жалобщики, изобретатели, искатели справедливости, которых нередко забирали с улиц, вокзалов или непосредственно из приемных соответствующих госучреждений.

Как-то весной 1985 года во время моего дежурства из приемной Министерства культуры привезли растрепанного мужчину с целым чемоданом старых газет. Приезжий был из Костромской области, а в Москву привез проект памятника к 40-летию Победы, который выкроил из старых газет в натуральную величину. Высота памятника, по его расчетам, составляла около ста метров.

Под присмотром санитаров я попросил народного художника показать какой-нибудь фрагмент задуманного монумента. Примерно через полчаса в приемном покое высилось, кренясь и качаясь, странное бумажное сооружение. По мнению создателя, именно так должна была выглядеть рука комиссара, сжимавшая простреленный фашистами партбилет.

Следует заметить, что пространственным воображением я совершенно не обладаю, поэтому оценить шедевр по достоинству не смог — незадачливый изобретатель отправился в «острое» отделение, а отечественное монументальное искусство, возможно, лишилось будущего шедевра.

В другой раз милиция отловила и доставила в приемный покой «злостного фальшивомонетчика». Бедняга попался на том, что пытался расплатиться самодельными деньгами. На аккуратно выдранных из газеты прямоугольниках шариковой ручкой было написано «Борины рублики». Никакой вины Боря за собой не признавал, но все же был определен на лечение.

В особых случаях пациента везли к дежурному по городу психиатру, который лично выписывал направление на госпитализацию
Таким образом в психбольницу попадали иногородние: бомжи, жалобщики, изобретатели, искатели справедливости, которых нередко забирали с улиц, вокзалов или непосредственно из приемных соответствующих госучреждений.

Как-то весной 1985 года во время моего дежурства из приемной Министерства культуры привезли растрепанного мужчину с целым чемоданом старых газет. Приезжий был из Костромской области, а в Москву привез проект памятника к 40-летию Победы, который выкроил из старых газет в натуральную величину. Высота памятника, по его расчетам, составляла около ста метров.

Под присмотром санитаров я попросил народного художника показать какой-нибудь фрагмент задуманного монумента. Примерно через полчаса в приемном покое высилось, кренясь и качаясь, странное бумажное сооружение. По мнению создателя, именно так должна была выглядеть рука комиссара, сжимавшая простреленный фашистами партбилет.

Следует заметить, что пространственным воображением я совершенно не обладаю, поэтому оценить шедевр по достоинству не смог — незадачливый изобретатель отправился в «острое» отделение, а отечественное монументальное искусство, возможно, лишилось будущего шедевра.

В другой раз милиция отловила и доставила в приемный покой «злостного фальшивомонетчика». Бедняга попался на том, что пытался расплатиться самодельными деньгами. На аккуратно выдранных из газеты прямоугольниках шариковой ручкой было написано «Борины рублики». Никакой вины Боря за собой не признавал, но все же был определен на лечение.

В отделении буйного определяли в наблюдательную палату, делали ему успокоительный укол в зад — обычно аминазин (2,0 внутримышечно) и, в случае необходимости, привязывали к кровати. Для вязок использовались вафельные полотенца: две ноги и две руки фиксировались к раме кровати. Надежно и безопасно.

В наблюдательных палатах на 8-12 коек не было дверей и постоянно дежурил санитар. В

Женщины 50-60 лет были все как на подбор крепкие, коренастые, великолепно выученные и храбрые. Буйных больных они валили и вязали молниеносно. За поступившим больным двери отделения закрывались на контрольный ключ, а его дальнейшая судьба полностью зависела от квалификации и человеческих качеств лечащего врача.

Подавляющее большинство пациентов советских психбольниц находились в них по прямым показаниям, которые и сегодня были бы признаны абсолютными. Это острые и хронические психозы разной этиологии, депрессии, неврозы, психопатии, реактивные состояния, органические поражения ЦНС, эпилепсия, все виды врожденного и приобретенного слабоумия и так далее. И сегодня, после того как ряд диагнозов был пересмотрен, все они нуждались бы в стационарном лечении. К сожалению, были и другие.

По поведению и по состоянию

Большая часть моей врачебной психиатрической практики пришлась на работу в женском подростковом отделении. Отделение было большим — на сто коек — и занимало два этажа. Врачебных ставок было три с половиной. Так что на каждого из трех врачей приходилось по 30 с лишним больных.

Пациентками были девочки 14-18 лет с самой разнообразной психопатологией. Поскольку других специализированных подростковых психиатрических отделений в стране не было (либо детские, либо взрослые), к нам везли самых сложных больных со всей страны.

Нагрузка была большая — иногда в отделении находилось и 110-120 больных, но персонал был обучен, а лекарств достаточно. Работала система социалистической интеграции — Венгрия и ГДР имели очень сильную фармакологическую промышленность и снабжали Советский Союз и другие страны Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) необходимым количеством лекарств высокого качества.

Проблема состояла в том, что значительное число подростков попадало к нам из-за асоциального поведения. Прогулы в школе, уходы из дома, алкоголизация, сексуальные связи, проблемы с милицией считались достаточным поводом для помещения их в сумасшедший дом.

Вначале подросток, часто и

из неблагополучной семьи, попадал на учет в детскую комнату милиции по месту жительства, затем собирал несколько приводов в милицию.

Могли задержать просто за то, что после девяти вечера несовершеннолетний сидел в компании у подъезда, на детской площадке или в беседке, грубо ответил или чем-то не понравился участковому
Дальше — вызывали в милицию родителей. После нескольких предупреждений инспектор по делам несовершеннолетних брал направление в ПНД и привозил подростка в больницу. И хорошо если он попадал не во взрослое отделение, а к нам.

Формально «асоциальных» госпитализировали на обследование. Если подростку ставили диагноз (выписать без диагноза было невозможно — врач просто не мог сдать историю болезни в архив, не указав его), работники милиции снимали с себя всякую ответственность за «психа» и одновременно улучшали статистические показатели.

И что было с ними делать? С одной стороны, малолетние психопатки, сексуально расторможенные хулиганки, алкоголички и оторвы. С другой — практически дети, которых насильно привезли в сумасшедший дом и перемешали с тихими депрессивными домашними девочками, слабоумными олигофренками, отличницами с тяжелой нервной анорексией, больными с шизофреническими психозами и с неврозом навязчивости, злобными эпилептичками, истеричками с суицидальным поведением и прочая, прочая…

В результате младший медперсонал и сами больные делили поступавших на тех, кто «по поведению», и тех, кто «по состоянию»
Для первых пребывание в больнице было наказанием, вторых нужно было лечить, а иногда и спасать.

Полностью изолировать одних от других в условиях большой скученности было практически невозможно. В результате те, кто «по поведению», обижали тех, кто «по состоянию». Тайком от персонала издевались над ними, дразнили, отнимали передачи, били. Приходишь утром на обход, а у всей «тихой» палаты вместо носов синие «сливы». Понятно, что ни больным, ни их родственникам, ни персоналу это не нравилось. Приходилось принимать меры — наказывать.

В начале 1980-х западные правозащитные организации постоянно обвиняли советскую психиатрию в преследовании инакомыслящих. В результате Всесоюзное научное общество психиатров и невропатологов было исключено из Всемирной психиатрической ассоциации (хотя формально наши вышли оттуда сами). Сколько в этих обвинениях было правды и сколько пропаганды, мне неизвестно.

По теме могу рассказать следующее.

На четвертом этаже первого корпуса «пятнашки» находилось «отделение КГБ»
По крайней мере так его называли в больнице. Формально оно принадлежало ПБ №15, но пользовалось каким-то особым статусом. Обычных врачей дальше первой двери в него не пускали.

Даже ночью, во время обхода, дежурный по больнице врач делал запись в журнале, стоя между первой и второй запертыми дверями. Считалось, что там лечатся слетевшие с катушек сотрудники службы госбезопасности. Бывали ли в этом отделении диссиденты, я не знаю.

Уже после перестройки из достоверных источников стало известно, что почти в каждом отделении «пятнашки» были свои стукачи, писавшие регулярные отчеты обо всем происходящем за запертыми от внешнего мира дверями психушки. Главным сексотом больницы был местный парторг. За оказываемые услуги он регулярно получал бесплатные путевки за границу и ездил туда в качестве руководителя группы.

Однажды в диссидентскую историю попал и я. В 1984-м или в 1985 году, точнее не скажу, в подростковое отделение поступила девушка 16 лет. Звали ее Настя. Фамилию не помню. Привезла в приемный покой ее милиция в сопровождении мамы.

Настя уже примерно год вела себя, по их мнению, неадекватно. На уроках в школе постоянно вступала в дискуссии с учителями, называя СССР империей зла, советский строй — фашистским концлагерем, руководителей страны — идиотами.

Получив паспорт, она тут же разрисовала его свастиками, исписала матерными словами и отнесла в милицию, где стала требовать, чтобы ее арестовали, а еще лучше — сразу отправили в тюрьму как врага народа
Дежурный вызвал маму и отправил «диссидентку» домой, покрутив пальцем, где следует. После этого Настя перестала ходить в школу, ездила на Арбат, где у нее появилась компания, стала неряшлива, перестала мыться, по несколько дней не ночевала дома, считала себя хиппи.

Дома ела только суп из пакетиков, отказываясь от приготовленной мамой еды, уносила из дома вещи, рассказывала, что за ней следит КГБ. Резала бритвой руки. В конце концов мама взяла в ПНД направление в стационар и с помощью милиции привезла дочку в больницу.

В отделении Настя была возбуждена, агрессивна, груба, разбрасывала использованные прокладки, заявляла, что ее «закрыли в дурдом по приказу КГБ», а весь персонал больницы — сотрудники этой организации, рассказывала, как она ненавидит советский режим, и так далее.

Объясняя, почему дома она ест только суп из пакетиков, Настя поведала, что «когда мама готовит еду, она может думать о чем-то плохом, поэтому есть приготовленную ею пищу нельзя».

Сомнений в том, что девочка больна и ее нужно лечить, не было — и я назначил необходимую терапию
Однажды во время посещений к ней пришли несколько знакомых. Попросились на прием. Я им объяснил, в чем состоит болезнь и насколько это серьезно. А через несколько дней радиостанция «Свобода» рассказала о том, как в 15-й психиатрической больнице города Москвы принудительно содержится «узница совести», которой по указанию КГБ насильно колют сильнодействующие психотропные препараты. Ну, а персонально я был назван представителем карательной психиатрии.

Не знаю, кто и как убедил Настину маму, но она потребовала немедленно выписать своего ребенка из больницы. Что я с сожалением и сделал. Такая вот в моей практике была карательная психиатрия.

Псих заболевания наступают в результате национальной уравниловки государством. Вот, одни национальности некрасивые, неумные, ленивые и невоспитанные, а другие национальности красивые, умные, трудолюбивые (содержат и себя и ленивых неумных некрасивых национальностей) и вежливые. И вот первые национальности идут в страну вторых.

Россия лидирует по числу психических расстройств

Весть 2017. Во всем мире происходит рост числа психически больных людей. По прогнозам Всемирной организации здравоохранения, к 2020 году психические расстройства войдут в первую пятерку болезней, ведущих к потере трудоспособности. В России показатели хуже, чем среднемировые. Если в мире около 15% нуждаются в психиатрической помощи, то в России их число достигает 25%.

Эксперты отмечают: по сравнению с 90-ми количество клиентов психиатрических клиник в России увеличилось почти в два раза. Выросло число страдающих такими серьезными психическими заболеваниями, как шизофрения, маниакально-депрессивный психоз и эпилепсия. А невротические расстройства и депрессии приобрели статус массовых. Они уже заняли "почетное" второе место после сердечно-сосудистых заболеваний, пишет газета "Новые Известия".

Повышение числа психически больных людей неизбежно сказывается на экономике страны. Рост психологических расстройств напрямую связан с увеличением числа инвалидов и людей, неспособных заниматься трудовой деятельностью. В ЕС посчитали, что связанные с психиатрическими заболеваниями потери производительности труда оцениваются в 3-4% от ВВП.

- За рубежом психические расстройства лечат апельсинами, светом и ароматами
- Самоубийство. Причины и факторы риска
- Главный психиатр России предлагает распустить половину пациентов по домам

Сумасшедшие в Англии.

Российская украинка прожившая 8 лет в Англии рассказывает. Я удивляюь, как у представителя её национальности мозгов хватает на аналитику.

"Да вам, батюшка, лечиться надо!
Будний день, середина дня. Еду в метро. Вагон полупустой. Заходит приличного вида мужчина пятидесяти, с виду, лет. Садится напротив меня и начинает сам с собой говорить. Не бубнить так - а в полный голос. И смотрит в пол. Рассказывает про свой счёт в банке, на котором лежит 600 тысяч фунтов стерлингов. Я сразу вспомнила про одну из техник притяжения денег (представлять, что у тебя в банке лежит крупная шестизначная сумма). Ну, думаю - приехал дяденька. Перестарался. А он продолжает. Потом на меня уставился - и дальше рассказывает. Не знаю, чем закончилось, потому что на первой же остановке я перешла в другой вагон. Реально страшно стало.

Настырный собеседник
Вечер воскресенья. Гуляем с мужем по строительному магазину, общаемся с консультантом. Людей мало. Вдруг к нам подходит приличного вида молодой человек и одобрительно кивает в сторону рассматриваемого нами образца плитки. Что-то советует. Муж благодарит и улыбается. Всё по этикету. Но парень не отходит, продолжает что-то рассказывать про плитку у себя дома. Через несколько минут мы все, включая консультанта, понимаем, что он несёт какую-то чушь, Муж благодарит в очередной раз и отворачивается. Консультант незаметно уводит нас в сторонку. Не помню, как мы разделились, но я заподозрила неладное, когда муж нашёл меня и велел не отходить от него ни на шаг. Оказалось, настырный собеседник начал ходить за мужем и пытаться дорассказать ему свою историю - полностью игнорируя просьбы консультанта и мужа оставить его в покое. Кончилось тем, что настырный прошёл в подсобное помещение магазина и отказывался выходить оттуда, пока продавцы не вызвали секьюрити. И все это без криков и возни. Никто не повышал голоса - от чего картина выглядела ещё страшнее. А теперь представь, если бы у того человека был с собой нож или оружие - шеп

Рассказ про сумасшедших в Англии.

"Купите плазменный телевизор
Субботний день на автомойке. К мужу подходит (опять же) приличного вида человек и начинает что-то говорить. Сперва я подумала, что он хозяин автомойки, и мы что-то не так заплатили. Муж явно не понимает, что от него хотят - ведь надо концентрироваться на процессе (мойка автоматическая, вода подаётся на каждом этапе лишь несколько минут). А человек не уходит. Потом проскальзывает слово smart screen. Муж кивает, очевидно, все ещё пытаясь понять, что от него хотят, и при этом домыть машину. Человек уходит к своему автомобилю, но тут же возвращается с огромной коробкой. Теперь на нас надвигается уже двое - он и телевизор. Тут на сцену выходит моё bitchy Я (или инстинкт самосохранения), и я так резко, в лоб, кидаю - 'Sorry, we're not interested!'. Интонация вверх - как бы с претензией. Мужчина опешивает, но не сдаётся - напротив, он не доволен, что мы ему сразу не сказали, что нам не интересно покупать у него на автомойке телевизор!

Ты туда не ходи
Очень короткая зарисовка. Муж получал инструктаж своего самого первого лендлорда. Дело было в небольшом городке к югу от Лондона.
Ни за что и никогда не ходи к моему соседу - ни за чем."

Повествование про чудиков в Великобритании

"Любопытный сосед
На нашей площадке три квартиры. Слышимость отличная. Сидим вечером. Слышим, как к соседям справа кто-то стучит. Не услышать стук было невозможно - даже мы услышали через две двери. Никто не открывает. Свет у соседей горит - дома, значит. Стук продолжается. Через пять минут дверь открывается. Слышится разговор. Пошла третья минута. В России разговор переместился бы в квартиру уже на второй минуте - как-то неудобно держать людей на пороге. Стало интересно - подошли к глазку. Картина маслом. Любопытный сосед стоит в коридоре и что-то весело рассказывает. Сосед в дверях с не меньшим интересом слушает. Вернее - слушает его голова, ибо тело давно за дверью и отодвигается все дальше в коридор с плохо скрываемым намёком на уединение. Вот же встретились два одиночества: английская вежливость и английская же эксцентричность.

Столкнувшись с подобными ситуациями, я поняла, почему 'местные' (так я зову англичан) лишний раз не задержатся на улице 'поболтать' с давними знакомыми (а вдруг у них что с головой стало за эти годы?), не приглашают соседей в дом на чай, если те зашли за сахаром (а вдруг сейчас зайдут и потом их не выпроводишь?) - да и дают что-то по-соседски с неохотой, проще сходить купить.
Они не злые - просто пуганые. Причём, в больших городах число таких 'испуганных' не обязательно должно быть больше, чем в провинции."

Сумашедние туманного альбиона.

"Это лишь пара примеров, и читатель может подумать, что это просто случайности. Нет - это только самые яркие из примеров. В Великобритании и правда встречается много людей с неадекватным поведением - я всегда таких жалела, думала - может, это у них от одиночества, некому душу излить или просто пообщаться хочется.

Но это даже закономерно для общества, где у людей с детства формируют менталитет двуликости : да не говори то, что думаешь; всегда говори то, что от тебя хотят услышать, но делай при этом, как тебе выгодно. Не удивительно, что в какой-то момент у кого-то может просто 'снести крышу' - то есть, напрочь забыться 'приличия', давая дорогу простому, житейскому нутру."

Раньше как раз таки не молчали, всем помогала карательная психиатрия и все было хорошо. А сейчас развелось полоумных, которых фиг сплавишь в дурку без их согласия или пока они не прикончат кого-то из-за голосов в голове. Права человека, ептыть

Я работаю в школе, школа обычная. В каждом классе как минимум по 2-3 человека с отклонениями.

жесть

Украинцы, российские тюрки и российские фино-угры , смотрят на русских и думают, что русские типажи встречаются и среди всех них. Когда среди них их минимум, а среди русских их великое множество эта норма, потому, как это русские типажи. Тоже самое украинцы, российские тюрки и российские фино-угры думают про бытовое и масштабное поведение русских, они думают, что они как русские. Они странные, их парни немужественны, сутулятся, их женщины невоспитанны и в то же время трусливы в ситуациях требующих смелости, а русские парни и девушки не такие. Потому, что русские чётко знают качестве присущие только русским: жертвенность, трудолюбие, общительность, весёлость, мы самый красивый в мире народ.

Количество людей увеличилось, поэтому так кажется. Источников СМИ больше сейчас. А коэффициент прежний.

Люди, воспитанные на "терминаторе", объясняют людям, воспитанным на "бриллиантовой руке", что раньше было много психов.

Над нами живёт семья.Их дитачке-10 лет,так вот,поведение нетипичное даже для этожедетей которымвсёможно.Чтобы было понятнее,опишу поведение-передвигается это по квартире исключительно галопом,вколачивая пятки в пол,ходить спокойно не умеет(или не может,я хз),на улице и в магазине её держат за руку,дабы никуда не свалила,на улицу практически не выводят,если только на час максимум,в школу-из школы только под конвоем в виде такой же сумасшедшей бабки.Из развлечений-только прыжки со шкафа,беготня без остановки по квартире с забеганием через каждые 3-5 мин на 3 секунды в туалет,попутно издавая идиотские вопли,катание на компьютерном кресле,во время приступов-грохочет и передвигает какие-то тяжелые предметы мебели,попутно кидая гири или кирпичи на ламинат.Причем это целый день,постоянно,без передышки.Вот это поведение нормального человека? К слову,учится она в обычной школе,не для умственно отсталых.Родители говорят и усиленно делают вид,что она просто очень активная (гипердебильная).Бедные учителя....

Ты даун!!

Он маньяк, а не больной. *** совковые, поймите уже психиатрия и моральные качества не одно и тоже