Зависит от того, как он вас оскорбил и чем обозвал. Так сказать на глаз не получится.
Смотрите пример: я иду по улице, и меня какой-то алкаш называет ш^юх@. Оскорбит ли это меня? Ни чуть. Испытаю ли я к нему ненависть? Нет, лишь только жалость, потому что мне жаль, что человек скатился до такого состояния. То, что мы выплескиваем наружу, то у нас и внутри, а у него значит внутри совсем пусто, и нет ничего, кроме желчи.
А вот я сижу дома, и тут моя сестра говорит мне, что когда я улыбаюсь, у меня такое лицо глупенькое, что прям как у тролля. И тут я уже обижусь. Почему она так сказала? Хотела меня задеть? Я же не могу сменить свое лицо, это не мой выбор. Неужели она хочет, чтобы я больше не улыбалась? Я подумаю, что со мной что-то не так, а сестра совершенно не жалеет моих чувств и не принимает меня, какая я есть. Она - близкий человек, поэтому ее мнение имеет больший вес, чем с посторонним.
А вот еще случай: у меня всегда были конфликты с братом, и как бы я не пыталась его любить или сдерживать - ничего не выходит, вот такой он, любит говорить много глупостей и не может держать язык за зубами. И тут кто-то из наших общих знакомых говорит, что мой брат - зануда и трепач, и явно без царя в голове. Меня это обидт. Вроже бы, почему? Я же с ним тоже не в хороших отношениях. Но обидит. Потому что он опять же, имеет вес, и слова общего знакомого, сказанные не сколько чтобы задеть, сколько просто чтобы высказать свое мнение о человека, задевает во мне мой травматичный опыт, что я так тщательно скрываю - непринятие брата.
Нас не оскорбляет то, что не находит отклика, на чем мы сами не зациклены, а то, от чего мы не убегаем. Если мы уверены в себе, своей порядочности, то никакой бомж не переубедит нас, и мы не испытаем по этому поводу ничего. Но если кто-то близкий укольнет нас за больное, за нашу бедность, или глупость, маленькую оплошность или что либо еще, что в себе нам хочется скрыть - это очень сильно задевает нас, ведь мы буквально чувствуем, что нас раскрыли.