Мудрость форума: Психология
- Есть ли женщины, которые счастливы без детей?8 821 ответ
- Жизнь после развода12 070 ответов
- Вранье без причины41 955 ответов
- С возрастом мне все тяжелее общаться с мужчинами13 360 ответов
- Не знаю, что делать со своей жизнью дальше...13 321 ответ
- А давайте становиться настоящими женщинами!!1 699 ответов
- А как вы справляетесь с несчастной любовью?10 749 ответов
- У кого-то была затяжная лень, апатия? Выбрались из нее самостоятельно?4 504 ответа
- Удача или усилия?91 829 ответов
- Как пережить смерть любимого мужа?50 491 ответ
6 ответов
Последний —
Перейти
Гость
Чо на деде это пробовала ? Дед молодес, он умеет с тревожными женщинами обращаться . Это грибник санитар леса .
Гость
Вот бред, я тревожница со стажем, один раз в жизни влюблялась.
Гость
Главная проблема этого текста в том, что автор берёт несколько вполне реальных психологических механизмов и превращает их в универсальное объяснение быстрой влюблённости тревожных девушек.
Да, тревожность может усиливать чувствительность к неопределённости. Да, человек с тревожной привязанностью может сильнее следить за реакциями партнёра, переживать из-за задержек в ответах и испытывать облегчение, когда получает подтверждение своей значимости. Последовательность «не написал → тревога → написал → облегчение» действительно может закрепляться как эмоционально значимый паттерн.
Но из этого совершенно не следует, что тревожные люди «быстрее влюбляются» или что их сильные чувства на самом деле являются тревогой, замаскированной под любовь.
Автор смешивает несколько разных вещей: тревожность, тревожную привязанность, влюблённость, эмоциональную зависимость, потребность в подтверждении и любовь. Это не синонимы. Можно быстро влюбиться и при этом не иметь проблем с привязанностью. Можно тревожиться из-за человека и одновременно действительно его любить. Можно получать удовольствие и успокоение от его сообщений без того, чтобы превращать его в «способ регулировать своё состояние».
Особенно сомнительна идея, что если рядом с человеком становится спокойнее, то психика якобы делает вывод «он мне очень нужен». Спокойствие рядом с близким человеком вообще является нормальной частью привязанности. Проблемой это становится тогда, когда собственное эмоциональное состояние практически полностью зависит от постоянного подтверждения со стороны партнёра. Но текст не проводит этой границы.
Ещё одна ошибка заключается в противопоставлении «настоящей любви» и быстрого чувства. Автор подразумевает, что если после месяца отношений человек уже очень сильно привязался, то он скорее влюбился в собственные фантазии. Но скорость возникновения чувства сама по себе ничего не говорит ни о его подлинности, ни о психологическом здоровье человека.
Да, тревожность может усиливать чувствительность к неопределённости. Да, человек с тревожной привязанностью может сильнее следить за реакциями партнёра, переживать из-за задержек в ответах и испытывать облегчение, когда получает подтверждение своей значимости. Последовательность «не написал → тревога → написал → облегчение» действительно может закрепляться как эмоционально значимый паттерн.
Но из этого совершенно не следует, что тревожные люди «быстрее влюбляются» или что их сильные чувства на самом деле являются тревогой, замаскированной под любовь.
Автор смешивает несколько разных вещей: тревожность, тревожную привязанность, влюблённость, эмоциональную зависимость, потребность в подтверждении и любовь. Это не синонимы. Можно быстро влюбиться и при этом не иметь проблем с привязанностью. Можно тревожиться из-за человека и одновременно действительно его любить. Можно получать удовольствие и успокоение от его сообщений без того, чтобы превращать его в «способ регулировать своё состояние».
Особенно сомнительна идея, что если рядом с человеком становится спокойнее, то психика якобы делает вывод «он мне очень нужен». Спокойствие рядом с близким человеком вообще является нормальной частью привязанности. Проблемой это становится тогда, когда собственное эмоциональное состояние практически полностью зависит от постоянного подтверждения со стороны партнёра. Но текст не проводит этой границы.
Ещё одна ошибка заключается в противопоставлении «настоящей любви» и быстрого чувства. Автор подразумевает, что если после месяца отношений человек уже очень сильно привязался, то он скорее влюбился в собственные фантазии. Но скорость возникновения чувства сама по себе ничего не говорит ни о его подлинности, ни о психологическом здоровье человека.
Гость
Главная проблема этого текста в том, что автор берёт несколько вполне реальных психологических механизмов и превращает их в универсальное объяснение быстрой влюблённости тревожных девушек.
Да, тревожность может усиливать чувствительность к неопределённости. Да, человек с тревожной привязанностью может сильнее следить за реакциями партнёра, переживать из-за задержек в ответах и испытывать облегчение, когда получает подтверждение своей значимости. Последовательность «не написал → тревога → написал → облегчение» действительно может закрепляться как эмоционально значимый паттерн.
Но из этого совершенно не следует, что тревожные люди «быстрее влюбляются» или что их сильные чувства на самом деле являются тревогой, замаскированной под любовь.
Автор смешивает несколько разных вещей: тревожность, тревожную привязанность, влюблённость, эмоциональную зависимость, потребность в подтверждении и любовь. Это не синонимы. Можно быстро влюбиться и при этом не иметь проблем с привязанностью. Можно тревожиться из-за человека и одновременно действительно его любить. Можно получать удовольствие и успокоение от его сообщений без того, чтобы превращать его в «способ регулировать своё состояние».
Особенно сомнительна идея, что если рядом с человеком становится спокойнее, то психика якобы делает вывод «он мне очень нужен». Спокойствие рядом с близким человеком вообще является нормальной частью привязанности. Проблемой это становится тогда, когда собственное эмоциональное состояние практически полностью зависит от постоянного подтверждения со стороны партнёра. Но текст не проводит этой границы.
Ещё одна ошибка заключается в противопоставлении «настоящей любви» и быстрого чувства. Автор подразумевает, что если после месяца отношений человек уже очень сильно привязался, то он скорее влюбился в собственные фантазии. Но скорость возникновения чувства сама по себе ничего не говорит ни о его подлинности, ни о психологическом здоровье человека.
Да, тревожность может усиливать чувствительность к неопределённости. Да, человек с тревожной привязанностью может сильнее следить за реакциями партнёра, переживать из-за задержек в ответах и испытывать облегчение, когда получает подтверждение своей значимости. Последовательность «не написал → тревога → написал → облегчение» действительно может закрепляться как эмоционально значимый паттерн.
Но из этого совершенно не следует, что тревожные люди «быстрее влюбляются» или что их сильные чувства на самом деле являются тревогой, замаскированной под любовь.
Автор смешивает несколько разных вещей: тревожность, тревожную привязанность, влюблённость, эмоциональную зависимость, потребность в подтверждении и любовь. Это не синонимы. Можно быстро влюбиться и при этом не иметь проблем с привязанностью. Можно тревожиться из-за человека и одновременно действительно его любить. Можно получать удовольствие и успокоение от его сообщений без того, чтобы превращать его в «способ регулировать своё состояние».
Особенно сомнительна идея, что если рядом с человеком становится спокойнее, то психика якобы делает вывод «он мне очень нужен». Спокойствие рядом с близким человеком вообще является нормальной частью привязанности. Проблемой это становится тогда, когда собственное эмоциональное состояние практически полностью зависит от постоянного подтверждения со стороны партнёра. Но текст не проводит этой границы.
Ещё одна ошибка заключается в противопоставлении «настоящей любви» и быстрого чувства. Автор подразумевает, что если после месяца отношений человек уже очень сильно привязался, то он скорее влюбился в собственные фантазии. Но скорость возникновения чувства сама по себе ничего не говорит ни о его подлинности, ни о психологическом здоровье человека.
Мы действительно можем очень сильно чувствовать что-то к человеку, которого пока плохо знаем. Это не означает, что чувство ненастоящее. Это означает лишь, что сила чувства и степень знания человека не обязаны совпадать.
Верно другое: после короткого знакомства мы действительно можем сильно переоценивать человека, достраивать его образ фантазиями и влюбляться не только в реального человека, но и в представление о возможных отношениях. Поэтому полезно спрашивать себя: «Что я действительно знаю о нём, а что додумала?» Но это инструмент саморефлексии, а не доказательство того, что сильная влюблённость является следствием тревожности.
Наконец, автор необоснованно обобщает всё это именно на «тревожных девушек». Тревожная привязанность бывает у людей любого пола, а сама по себе эмоциональная интенсивность не является диагностическим признаком тревожной привязанности.
Итого: в тексте есть нормальная психологическая мысль о том, что неопределённость и потребность в подтверждении могут усиливать фиксацию на отношениях. Ошибка начинается там, где частный механизм превращается в объяснение быстрой влюблённости вообще. Автор не столько говорит неправду, сколько выдаёт упрощённую гипотезу за установленное психологическое правило.
Верно другое: после короткого знакомства мы действительно можем сильно переоценивать человека, достраивать его образ фантазиями и влюбляться не только в реального человека, но и в представление о возможных отношениях. Поэтому полезно спрашивать себя: «Что я действительно знаю о нём, а что додумала?» Но это инструмент саморефлексии, а не доказательство того, что сильная влюблённость является следствием тревожности.
Наконец, автор необоснованно обобщает всё это именно на «тревожных девушек». Тревожная привязанность бывает у людей любого пола, а сама по себе эмоциональная интенсивность не является диагностическим признаком тревожной привязанности.
Итого: в тексте есть нормальная психологическая мысль о том, что неопределённость и потребность в подтверждении могут усиливать фиксацию на отношениях. Ошибка начинается там, где частный механизм превращается в объяснение быстрой влюблённости вообще. Автор не столько говорит неправду, сколько выдаёт упрощённую гипотезу за установленное психологическое правило.
Гость
Мы действительно можем очень сильно чувствовать что-то к человеку, которого пока плохо знаем. Это не означает, что чувство ненастоящее. Это означает лишь, что сила чувства и степень знания человека не обязаны совпадать.
Верно другое: после короткого знакомства мы действительно можем сильно переоценивать человека, достраивать его образ фантазиями и влюбляться не только в реального человека, но и в представление о возможных отношениях. Поэтому полезно спрашивать себя: «Что я действительно знаю о нём, а что додумала?» Но это инструмент саморефлексии, а не доказательство того, что сильная влюблённость является следствием тревожности.
Наконец, автор необоснованно обобщает всё это именно на «тревожных девушек». Тревожная привязанность бывает у людей любого пола, а сама по себе эмоциональная интенсивность не является диагностическим признаком тревожной привязанности.
Итого: в тексте есть нормальная психологическая мысль о том, что неопределённость и потребность в подтверждении могут усиливать фиксацию на отношениях. Ошибка начинается там, где частный механизм превращается в объяснение быстрой влюблённости вообще. Автор не столько говорит неправду, сколько выдаёт упрощённую гипотезу за установленное психологическое правило.
Верно другое: после короткого знакомства мы действительно можем сильно переоценивать человека, достраивать его образ фантазиями и влюбляться не только в реального человека, но и в представление о возможных отношениях. Поэтому полезно спрашивать себя: «Что я действительно знаю о нём, а что додумала?» Но это инструмент саморефлексии, а не доказательство того, что сильная влюблённость является следствием тревожности.
Наконец, автор необоснованно обобщает всё это именно на «тревожных девушек». Тревожная привязанность бывает у людей любого пола, а сама по себе эмоциональная интенсивность не является диагностическим признаком тревожной привязанности.
Итого: в тексте есть нормальная психологическая мысль о том, что неопределённость и потребность в подтверждении могут усиливать фиксацию на отношениях. Ошибка начинается там, где частный механизм превращается в объяснение быстрой влюблённости вообще. Автор не столько говорит неправду, сколько выдаёт упрощённую гипотезу за установленное психологическое правило.
Так себе психолог в общем.
Внимание
Администрация сайта Woman.ru не дает оценку рекомендациям и отзывам о лечении, препаратах и специалистах, о которых идет речь в этой ветке. Помните, что дискуссия ведется не только врачами, но и обычными читателями, поэтому некоторые советы могут быть не безопасны для вашего здоровья. Перед любым лечением или приемом лекарственных средств рекомендуем обратиться к специалистам!
Пёхарь
Подписка, статья полезная!
Форум: Психология
Всего: 211 554 темы
Новые темы за сутки: 46 тем
- Что делать если не красивая2 ответа
- Почему тревожные девушки так быстро влюбляются6 ответов
- Как избавиться от зависти?6 ответов
- Тревожные мысли. Что делать?4 ответа
- Женская самооценка!7 ответов
- Вообще не умею планировать7 ответов
- Как я познал женскую сущность ..10 ответов
- Растолкуйте сон4 ответа
- В чем смысл жизни? Жизненные двигатели и тревоги12 ответов
- В чем смысл жизни?4 ответа
Популярные темы за сутки: 6 тем
- Меня ненавидят за мои личные границы37 ответов
- В чем смысл жизни? Жизненные двигатели и тревоги12 ответов
- Как я познал женскую сущность ..10 ответов
- Вообще не умею планировать7 ответов
- Женская самооценка!7 ответов
- Одиночество. Удаленная работа6 ответов
- Как избавиться от зависти?6 ответов
- Почему тревожные девушки так быстро влюбляются6 ответов
- Тревожные мысли. Что делать?4 ответа
- Растолкуйте сон4 ответа
Предыдущая тема
Иногда проходит всего пара недель знакомства, а вы уже ждёте его сообщений, запоминаете его график, представляете совместные планы и начинаете тревожиться, если он вдруг отвечает дольше обычного. И кажется: «Наверное, он просто очень сильно мне понравился».Но тревожные девушки не обязательно любят сильнее. Часто они просто быстрее начинают эмоционально жить отношениями. Потому что неопределённость для тревожной психики переносится тяжело. Пока непонятно, нравитесь ли вы ему, напишет ли он, хочет ли отношений и не исчезнет ли завтра, внутри много напряжения.
А потом мужчина пишет первым, предлагает встретиться, не пропадает после свидания, говорит, что вы ему нравитесь и становится легче. Мозг постепенно начинает связывать этого конкретного человека не только с симпатией, но и с облегчением тревоги.Он написал - вы успокоились. Замолчал - снова стало тревожно. Появился - снова хорошо. И постепенно мужчина становится не просто человеком, который вам нравится, а способом регулировать собственное состояние.
Поэтому спустя месяц можно уже думать: «Я не представляю, что буду делать, если мы расстанемся». Хотя объективно вы ещё почти не знаете этого человека. Вы не видели, как он ведёт себя в серьёзных конфликтах, насколько умеет брать ответственность, уважает ли границы, можно ли на него положиться и совпадают ли ваши ценности.
Зато психика уже успела сделать вывод: «Мне с ним спокойнее, значит, он мне очень нужен».
Именно поэтому тревожные люди иногда так тяжело переживают даже очень короткие отношения. Они теряют не только человека. Они теряют надежду, определённость и ощущение, что их выбрали. А это легко принять за огромную любовь.Если вы замечаете, что очень быстро проваливаетесь в человека, полезно периодически возвращать себя в реальность и спрашивать: что я уже действительно знаю о нём? Что он реально делает, а что я пока только додумала? Мне нравится именно этот человек или мне очень нравится чувствовать, что я ему нужна?
Потому что близость действительно может начаться быстро. Но чтобы полюбить человека, нужно время - нужно успеть увидеть не только то, какие чувства он у вас вызывает, но и то, кто он вообще такой.