Люблю девушку амазонку

Моя рука
Жестокому отдана
В мясо преврашена
Жадно сьедена
Миротворцем не назовут
Опьянеть не дадут
Всегда буду стоять
Словно пламя сиять
Когда горн протрубит
Меня в молнию превратит
Мой булатный меч
Великанов станет сечь

Мне соседка сказала, что я больной, что у меня никогда не будет девушки. Она сказала, что рослин смерти меня ждет хорошое место. Ну что ж, мне надо лишь желать поскорее умереть. Может быть, лишь рослин смерти у меня будет девушка...

Мне вот одна девушка сказала, что я должен работать, хоть на любой работе. А если у меня роботы нет, я не должен приставать к девушка совсем. Она вернула мне обратно книги про боёвых исскусства, которые я ей подарил. Ну что ж, она настояшая амазонка. Мы с нёй осматривали в музее старинные мечи и арбалеты. Но мне уже совсем не хочется вспороть себе живот. Я должен лишь тихо и спокойно умереть, как моя мама...

Страшно, что для современных людей выдумки фентаси заменяют реальную историю. Какие там были люди? Ну, Вильгельм Завоеватель. Какой же он был страшный человек! Он же собственными руками булавой убила брата английского короля, ну а самого английского короля застрелили ёго лучники. Кажется, он должен был быть очень распутным, каждую ночь вести в свою спальню новую девушку... А на самому деле он так любил свою жену, прекрасную фландрийскую принцессу Матильду, что отношений с другими женшинами не имел вообше. И вот ерископы и священики требовали от нёго развестись. Но ему было плевать на мнение епископов и свяшенников.

Красна поляница
На лошадке мчится
Меч в ее руке
Верная судьбе
Стрелы все свистят
И вокруг летят
Ее шлем блестит
Ну а конь спешит
Луки побросали
Враги побежали

Бируте
Городок Палангу волны бьют
Там нашли братья жемайте живут
Там высоков гора, не Бируте зовут
Там на верху зеленые сосны цветут

В счастливой землёв прашуров моих
Аукштайте, жемайте, курше и другых
Прекрасная как роза цвела
Княжна там Бируте жила

Не была она никакая царица
Родом из Палангу бедная девица
Золотые украшения не любила
Лишь по берегу моря ходила

Сама себе рубаху сшила
Короткую юбку носила
На косах- венец из цветов голубых
На шее- ожерелье из янтарей морских

Один раз не братья рано пришли
В море рыбачили, костер не жгли
Метра им обед в корзине гесла
Светлого князя по пути встретила она

Дядя Йогайлы Кестутис там был
Литву и Жемайте он правил
Ездил он крестносцев уничтожать
Которые хотїли нас порабошать

На гнедом коне, в мндвежьей шкуре
Во все оружии он смотрел хмуро
Золотыми шпорами он коня сжал
А тот на месте не устоял, все ржал

Увидев к моря деву молодую
Милой Бируте молвил речь такую
"Кто ты такая, богиня иль девицы
Я не могут красотой твоей насладится
Властителем вашей земли я был
Своим оружиеи Родине служил
Здесь на тебя или очи глядят
Прекрасный дворец на холме будет стоять

Где ты князя Кестутиса узнала
Будет называтся прекрасная Бируте гора
Здесь средь цветов ты будешь жить
Може сердце всегда будет тебя любить".

Слова услышала девица красна
Златокудрая Бируте молода
Опустила голубые глаза
Перед князем на землю пала

"Я богу Перкунасу отдана
И блюсти целомудрие должны
Но пусть исполнится воля твоя
Я буду твоя верная жена"

Когда не слова прозвучали
На холме прекрасные палаты встали
Бируте князя Кестутиса любила
Достойного сына Витовтаса ёму родила
Перевод с литовского Видмантаса.

Прекрасная дева
Светлая королёви
Тебя буду любить
Как зеницу ока хранять
Такой меч заточу
Тот раны залечу
Когда стрелы в тебя полетит
Мой шит тебя от них заслонит

Милая Аня, конечно, тебе страшно, как же я владею мечами, как стреляю. Но ты тешишь себя хоть тем, что в мотоциклах ты разбираешся лучше меня... На тому строишь своёй достоинство. Как же ты ошибаешься, бедная девчонка... Ведь на самому деле, чоппер, особенно Harley Davidson- лишь игрушка, конфетка. Он совсем не достоин ни героя, ни амазонки. Даже enduro- лишь рабочая лошадка, оружие драгуна. А вот квадроцикл- мостр, адское чудовише, буцефал, страшный зверь. Ты даже не представляешь, на что он способен.... И ты получишь такой, если станешь моей возлюбленной...

Надежда Дурова
Не у уютного очага дева молода
В конюшню спешит, хотя зима холодна
Любимой конь Адькид ржет, копытом трясет
Овес и сахар детская рука ёму дает

Бесстрашная дева скачет на ветру
Лунный свет указывает ей путь по снегу
Лишь иногда сломанные ветви хрустят
В лесу черные глаза бездны глядят

Теплая пламя очага ей не суждена
Оглядывает не казачьего есаула глаза
В руке копье, сбоку сабля и пистолет
Счастливы Родина, имея спасительницу от бед

У Фридланда русские бойцы окружены
Раненного офицера спасти они должны
Рассеяла дева французов, блестит звезда
Ее на грудь воительницы надела рука царя

Но почему же на самом деле не стало амазонок? Мне кажется, никто там их не убивал, в плен не выводил. Ведь они сильные, могут постоять за себя. Просто они перестали общатся с мужчинами. перестали рожать детей, даже девочек. Вот состарились, и вымерли от старости. Осталось лишь воспоминание. И горький урок для современных феминисток.

Ты мила сосна
Где нежна трава
Гордая стоишь
Но пока молчишь

Но гроза придет
Прошу сотрясет
Тучи тяжелы
Из дали видны

Когда гром гремит
Сердце пока мать
Позову тебя
Из небес глядя

Молнией блесну
За тобой иду
Небесный огонь
Он мой быстрый конь

Пальцами огня
Обниму тебя
Буду тебя грать
Тебе песни петь

Густой дым пойдет
В небо нас несет
Боги станут звать
Медом угошать

Дева крепко спит
Рядом меч лежит
Я его возьму
Остро заточу

Напою коня
Пусть помнит меня
Прикоснусь к губам
Лечу к облакам

Дева пробудтся
Страшно разозлится
Наступит рассвет
Меня рядом нет

Полчиша врагов
Разяших клинков
Дева на коне
Благодарна мне

Взятие Каунасской крепости
Оборона Каунасской крепости была разделена на четыре участка.
Первый участок расположился от левого берега реки Неман у Пипляй, до реки Есе. Там были I, II, II форта.
Второй участок- от реки Есе до левого берега реки Неман у монастыря Пажайслис. Там ьбыли IV, V форта.
Третий участок- от правого берега реки Немана до левого берега реки Нерис. Там были VI, VII форта.
Четвертый участок- от правого берега реки Нерис до правого берега реки Немана. Там были VIII, IX форта.

Комендантом Каунасской крепости был генерал от кавалерии Владимир Григорьев.
Певвому участку командовал генерал майор Транковский, у которого были 11 батальонов, 6 дружины и 3 сотни всадников.
Второму участку командовал генерал майор Верховский, у которого был один батальон и 5 дружин.
Третьему участку командовал зауряд полковник Гейслер, у которого было лишь два батальона.
Четвертому участку командовал пехотный генерал Лапушанский, у которого были 10 батальонов и 4 сотни всадников.
Общая численность защитников Каунасской крепости было около 100 000 бойцов. Но настоящим кадровым войском можно было щитать лишь один полк стрелкого училища и батарею училища стрелков, а все остальное войско- второстепенные части тыла или охраны, мало пригодны для битвы. И 104 пехотная дивизия прибыла в Каунас вооруженная японскими винтовками, для каждой были лишь 315 патронов. В запасе же японских патронов не было совсем.

Для взятия Каунаса немцы выделили XXI, XXXX резервные корпуса. Взятием Каунаса руководил генерал Лицман.
8 августа немцы вошли в контакт с частями охраны IV, I участков. У IV участка они появились на западе реки Невежис в паре километров от передней позиции у Рунондвариса. У первого участка они появились у линии Подеришкяй-Дембава-Мастайчяй-Рашнава-Илгакемис. Взять Каунас должен был усиленный корпус генерала Лицмана. Этот генерал был очень горячий человек и имел большое влияние на солдат.

9 августа немцы приблизились к частям охраны первого участка, и окопались в линии Подеришкяй-Дембава-Мастайчяй-Рашнава-Илгакемис-Паесис. В тот же день три раза пытались выбить охрану русских из участка Стангвиле-Табаришкес, но не удалось. На других направлениях довольствовались лишь артилерийским огнем.
Потом немцы открыли губительный артилерийский огонь на правое крыло первого участка. 3 часа начали штурм фронт Стангвилишкес-Алсенай. Но атака была отбита контрударом русских штыков. 4 часа немцы возбновили атаку. И опять были отбиты, кроме высоты у деревни Дигряй. С этой высоты немцев сбросила 498 дружина охраны. От артилерийского огня очень пострадал III форт и были разрушены окопы у деревни Дигряй.

10 августа немцы, используя временные досмтижения у Пипляй, выбили охрану у поместий Кантаришкес и Табаришкес, но к полудню были оттеснены 508 дружиной. Линия обороны была восстановлена.
После обеда немцы опять энергично наступали на охрану у Пипляй, и к 14 часам часть полковника Залеского отступила на поместье Марвы с огромными потерями.
Вечером неммцы открыли губиткельный артилерийский огонь и начали наступать на весь фронт. На правом крыле немцам удалось выбить русских из линии охраны у Гарлява. Русские отступили на позиции Йонучяй- Ражишкяй.

11 августа немцы опять наступали на всем фронте, но без успехов. Но и русским не удалось контратакой восстановить линию охраны у Гарлява. Но в этот день немецкая артилерия очень повредила II форт.
12 августа немцы опрять стреляли из артилерии, принеся огромный вред первому участку. По донесением коменданта, потери частей приблизились к 50-75%. Огонь немецкой артилерии разбил щитков батарей, укрытия, разрушил погребы для снарядов, разбил одно орудие, разбил 2-35-36-37-27-26 батареи. Но в тот день немцы наступать не пытались.

13 августа весь день длился обстрел артилерии, а вечером началось наступление. Но все атаки были успешно отражены.
14 августа рано утром немцы возобновили атаку, она была особеннно упорна. По нескольку раз ворвались в окопы русских, но в каждый раз их выбивали штыками подтянутые резервы. Вечером немцы начали общую атаку на весь фронт от Немана ло Йонучяй. Две атаки были отражены огнем, а третья отбита штыками прибывших резервов.

15 августа- день кризиса. Русские части окончательно выдохлись, и были пройдены все пределы. Войска дальше не могли сопротивлятся.
16 рано утром немцы возобновили свои атаки, и в 6 час заняли апорзиции русских у Йонучяй, и у поместья Заграды. Более слабые русские части начали рассыпаться. 18 час немцы начали рватся на II форт. 21 русские отступили на линию фортов. В тот же день немцы привезли тяжелую батарею 4200 кг. так называемую "Берту". Для нее была поставлена задача- разрушить I форт. Она задачу исполнила.
На правом крыле немцы зашли в тыл поместья Марвы. В этой битве погибла вся 403 дружина охраны, а из 508 осталось лишь около 150 людей. В общем, в 96 бригаде защиты из 9000 штыков осталось лишь 3000.

17 августа- очевидна катастрофа. Жестокое сражение в линии фортов. Немцы начали немилосердно бить все форта. Артилерия русских сначала отвечала, но при жестоких ударах немецкой артилерии, орудия артилерии русских один за другим замолчали, и в конце концов русская артилерия утихла. Войско еще немножко держалось на линии фортов.

72 запасной батальон охраны, занявший позицию в правоом берегу реки Неман, к полудню отступил на центальный участок. Начали отступать и другиие части. Русские пехотинцы уже не сопротивлялись. Лишь штаб капитана Войцеского сопротивлялся до конца, стреляя по лбам немцев, пока те не ворвались в тыл участка. Раненого Войцеского немцы взяли в плен. Наконец измученные солдаты, потерявшие большенство офицеров, начали бежать.

Командир участка генерал Цихович, не имея телефонной связи с комендантом крепости, видя, что уже ничего не может сделать, приказал отступить на правый берег реки Неман, хотя III форт еще не был взят немцами. III форт еще оборонялся самостоятельно, но вышло недоразумение. Свои из IV форта, думая, что там уже немцы, начали в него стрелять. Защитники III форта уже не могли удержатся. После 10 дней жестоких битв первый участок сдался. V форт еще защищали 57 артилериста. Но лишь до утра 18 августа. Утром 6 часов артилеристы выросили замки орудий в колодцы, испортили форт, и отступили в третий участок.

А что же делал сам комендант крепости генерал Григорьев, когда целых десять дней в первом участке шли жесточайшие сражения? Ну, в 17 августа, когда получил донесение, что войско покинуло первый участок... Сидел в своей уютной квартире, и ничего не делал. На протяжении всго времени штурма лишь один раз пришел в III форт. Своими глазами он сражения совсем не видел. Немножко о них знал лишь по донесениям командира участка. Лишь одну работу он исполнил- когда получил донесение, что войско покинуло первый участок, пошел на железноорожную линию, там встретил генерала Циховича и начальника его штаба, приказал привести в порядок части, и занять позиции в правом берегу реки Неман, у монастыря Пажайслис, на высотах и у железнодорожной станции Аукштеи Шанчяй.

Командир штаба 104 дивизии донес генералу Григорьеву, что солдаты слишком уж измучены, сражаются без всякого отдыха целых десять дней. Их жестоко избивает шрапнель артилерии противника, и к битве они уже не годны. Хотя приказ коменданта пытались выполнить, но с огромным трудом. Обезумевшие и измученные солдаты приказы начальников исполняли безвольно, автоматически. Чтобы заставить исполнять приказы, один офицер даже начал стрелять в своих подчиненных, но и это мало помогло.

Потом генерал Григорьев по телефону проинформировал командира участка генерала Лапушанского, "Дела плохи, но надо надеятся, что 21 час Сибирский корпус начнет атаку, и выправит положение". Когда же генерал Лапушанский попросил указаний, что же делать, комендант ответил "Действуйте по обстоятельствам". В русском войске часто встречались такие офицеры, которые указывали действовать по обстоятельствам. Таким образом они уклонялись от ответственности, чтобы, если неладное, все свалить на подчиненных.

В 20 часов генерал Григорьев через штаб 104 дивизии приказал генералу Циховичу опять занять цетр первого участка. Без сомнений, этот приказ не был исполнен. Даже никто не пытался его исполнить, хотя генерал Цихович поклялся по телефону, что вернет расстроенные войсковые части. 21 часов генерал Григорьев, находясь в VI форте, увидел убегающие войсковые части. Тогда он изменил свое мнение, и сам поехал в Кармелаву собирать расстроенных частей.

В Кармелаве генерал Григорьев приказал командиру пограничной дивизии остановить массы удирающих солдат, привести их в порядок и востановить связь с командиром четвертого участка генералом Лапушанским. В Кармелаве в пограничной дивизии было лишь 800 строевых солдат и 8000 невооруженных новобранцев. 18 августа 2 час ночи генерал Григорьев из Кармелавы прибыл в Давалгонис, там долна была собратся 69 бригада охраны. Дальше комендант уже не вернулся в VI форт, где его ожидал весь штаб крепости, а уехал в Румшишке. Таким образом, вверенную ему крепость совсем забросил.

Конь гнедой
С гривой золотой
Быстро шагает
Огнем сверкает
Когда ржет
Землю трясет
Дева сидит
Смело глядит
Доспех золотой
Своей рукой
Меч держит
Клинок блестит
Пришла зима
Вокруг холода
Дева дрожит
Едва сидит
Тучи разогну
Теплоту принесу
Голодному коню
Траву подарю
Мягким ветерком
Теплым дождем
Буду ласкать
Щеки целовать
Ночь пришла
Вокруг темнота
Дева уже спит
Едва сидит
Я промолчу
В небо улечу
Уздья схватила
У горы остановилась
Слезла с коня
Забыла меня

Лесная богиня
Теперь ты рабыня
Оружие потеряла
Бессильной стала
Напрасно не ори
Помощь не зови
Люди не придут
Тебя не спасут
Они слепы
Трусливы рабы
Деревья рубят
Леса губят
Лук возьми
Пощады не жди
Метко стреляй
Врагов убивай
Вырастут леса
Зеленеет трава
Ручьи бурлят
Ветерки свистят
Грибы растут
Олени бегут
Охотой утомлена
Ночью у костра
На траве лежишь
И крепко спишь
Вокруг темнота
Заблестит звезда
В сне я приду
К себе позову

Сибирская амазонка

Дева красна
Станет сильна
Штанга тяжела
Качается она

Далекая страна
Врагами окружена
Дева смела
Гнева полна

Корабль грузовой
Морскою волной
Дева прибыла
Клятву не забыла

Поздно уже
В красной луже
Вождь лежит
Жестоко убит

Подан знак
Не поймет враг
Дверь отперет
Дева его убьет

Темна тюрьма
Ей суждена
Дева рыдает
Печалью пылает

Дюбовь в буре

Ворота тяжелы
Тараном разнесены
Дождь болтов
Разит бойцов

Кровь льется
Сердце бьется
Парни молоды
Лежат мертвы

Усадьбы станут пылать
В огне погибать
Злые враги
Заживо сожжены

Солнце встанет
Любовь грянет
Мечи поднимаем
Врагов поражаем

Свобода вернется
Человек проснется
Вперед будет смотреть
Свею страною болеть

Возьмем топоры
Тверды и остры
Дома стоят
Ждут славных ребят

Лошадь запрягу
По полю пройду
Милую девицу
Прошу косить пшеницу

Огонь станешь топить
Меня будешь любить
Вечно молодая будешь
Меня никогда не забудешь

Но Смерть придет
Нас за руки возьмет
В седлах будем сидеть
На конях в небо лететь

В тувчи превратимся
Никогда не простимся
В буре проснемся
На землю вернемся

Молнией сверкну
К тебе прилечу
Двери стану открывать
"Будешь ли меня ждать?"

Огнем буду пылать
Тебя охранять
Сердце дарить
Горячо любить

Тебя зажгу
Покой отниму
Меня будешь познать
И огнем пылать

Сверкающим огнем
В небо уйдем
Там будем пировать
Хмельный мед выпивать

А если кому-то кажется, что полицейских надо слушать, что полицейские имеют раво людей сажать в тюрьмы... Ну, тут надо уточнить. Американские полицейские. Ну да, американские полицейские имеют паво людей сажать в тюрьмы. Полицейские же других стран такого права совсем не имеют. Вот и если полицейский хочет тебя арестовать, и надо поинтересоватся, с какого же он штата, кто его шериф, или же он подчиняется федеральному правительству. Если не сможет вменяемо ответить, надо его обезоружить, а если станет соротивлятся- и убить.

Надя приподнимает руку к кепке, и железной лестницей быстренько влезает в бомбардировщик. Она садится за штурвал, нетерпеливо ждет, пока влезут подруги.
- Хватит шалостей, девченки! Все! Конечно, если желаете летать...- говорит Надя. И пристегивает парашют. Галина бормочет, закрывает двери, садится в свое место. Радистка в комбинезоне прячет платок, долго возится с рацией. Надя заводит мотор. Ревут и другие самолеты. Лес гудит от адского гула. Надя наклоняется к приборам. Потом выключает мотор. "Пехотинец" застывает. Надя глядит в край леса. Край неба красноватый. Сейчас поднимется солнце... Сташная тишина. Напдя глядит на подруг. Девушки сосредоточены, вспотевшие. Галина положила на колени карту, исследует маршрут. Ракета взлетает внезапно. Ревут другие самолеты. Бешено крутясь, винты выбрасывают вокруг клубки снега. Ну вот, пришел час, о котором говорила Женя Тимофееа. Надя ссмотрит на ее бомбардировщик. Женя улыбается ей. На взлетную полосу едет первый самолет. Это от "братишек" из 10 полка. Из-под колес бесится снежная пурга. Бомбардтровщик едет к лесу, увеличиает скорость, оборачиваается напротив ветра... Тяжелая машина отрывается от земли. Наде кажется, что время идет так медленно... Наконец двигается Женя Тимофеева. Она рулит бомбардировщик на полосу "братишек". Взлетает не хуже учителей. Надя толкает штурваал- пора ей! Старт! Еще громче ревут моторы. Дрожит самолет. Бомббардировщик словно бешеный зверь стремится на свободу. Самолет взлетает, приближается к бомбардировщику Жени Тимофеевой. Надя опять видит лицо подруги. Он сосредоточен, глаза тянутся в дали. Девять бомбардировщиков словно журавли несется к Верхней Ахтубы. Сейчас должен появится Сталинград. Вчера подруги летали еще без бомб. Вдруг рядом с бомбардировщиками взрываются серые шарики. Это снаряды зенитных пушек. "Нас ждут"- думает Надя Федутенко, и крепче сжимает штурвал. Надя немножко старше остальных. Глубокие темные глаза, крепко сжатые губы, волевой подбородок. Беспокойные рыжие кудри торчат

-Знаете, девченки, что я наиболее любила, когда мне было 15 лет?- хриплым голосом говорит Екатерина Федотова,- скакать на ночевку с парнишками. Я прошу у мамы, та упирается, мол, с парнишками... Я- в слезы. Потом ложучсь, а когда все засыпают, открывю окно и выпрыгиваю. Парнишки ждут в другом конце села. Кони брыкают, бесятся. Я вскакиваю на жеребца, и мы свистя летим. Так здорово скакать! Лошади сами найдут дорогу, я лишь держусь, чтобы не упасть.

В теплой комнате Оля снимает шлем, отстегивает шубу.
- Девушка?- удивляютсся фрнцузы.
- Мы, мы! Звали же нас на свидание, скорее подайте нам чай, месье!
Нормандцы торопятся. Угощают консервами, бутербродами.
- Вы обязательно должны выпить вина!- утверждает один, протягивая стакан. Переводчик едва успевает. Нормандцы рассказывют о Париже, Сене, а гостьи о Москве, Волге. Потом о войне.
- Воевать- удел мужчин,- утверждает один,- а вы девицы, но воюйте...
- А вы знаете, что такое ненависть?- горячивается Оля,- когда враг все разрушает. Сердце кипит... Не важно, сердце мужчины, или сердце женщины. И мы идем на войну.
- Вы правильно сказали,- говорит француз,- и в наших сердцах ненависть. И враг у нас один. Разобьем фашистов, будет свободная Россия, и будет свободнаяя Франция.

Ну вот, я уже в психушке... И я отправился добровольно, без полиции, без скорой помоши, не воспользоватся ни текст, ни даже автобусом... Пришел на собственных ножках... И сразу мне стали давать галоперидол как опасному преступнику... Но если найдется какая- нибудь бесстрашная девчонке, которая пожалеют меня, пусть пишет мне в
Vidmantassiauciulis569@gmail.com
И даже в психушке я продолжаю
Писать стихи...

Когда рядом снаряд взорвался
Храбрый солдат почти не испугался
Лишь темнота закрыла его глаза
Из рук выпала винтовка верна

Когда он в постели очнулся
От страшной боли весь согнулся
"Вам не надо двигатся"- сестричка говорила
Солдат понял, что она ёго полюбила

Когда он окреп и встал
Милую сестричку поцеловал
А потом ёго грузовик увез
На другой очасток фронта, где меньше угроз

Сестричка свой долг исполняла
Жизни солдат и командиров спасала
Но вот совсем близко авиабомба упала
Убитая наповал сестричка лежала

После долгих лет старый солдат нашел могилу
Той сестрички, которая ёго любила
На каменную плиту цветы положил
Бывшую возлюбленную он не забыл

Спушусь с небес
Сделалаю чудес
Меня не поймут
За решетку запрут
Дева мила
Совсем не зла
Из подземелья придет
Меня с собой заберет

Если умру
С сёго мира уйду
Ты не грусти
Лучше отомсти

Я волшебный кузнец
В небесах мой дворец
Мой молот из камня и огня
Не поднимет никто, кроме меня
Єто я солнце сковал
И по небу летить пускал
Когда я молотом по наковальне ударяю
Сверкаюшие молнии на землю пускаю
Дева всю ночь не спит
Одна у костра сидит
Она мечтает о свободе
Хочет жить в дикой природе
Свой тяжелый молот я возьму
Из лучшего булата ей меч скую
Как молния у костра прилечу
Острый меч девице вручу
Жеребца скакуна ей приведу
И обратно в небеса улечу
Пусть она воинов поведет
Лишь тогда свободу обретет

Доспехи надень
Скачи целый день
Увидешь врага
Тверда твоя рука

Изрубишь на куски
Противники свои
Домой поспешишиб
Птицею полетишь

Когда вино пьешь
От радости поешь
На землю капельку вылей
Меня пожалей

Ты девица сильна
Никем не побеждена
Я в небесах живу
Но тебя стерегу

Конь храпит
У ворот стоит
Красна девица
Печалью томится
Ворота открыла
Коня впустила
Село в крови
Полна любви
Девица милая
Не обделенная силою
Коня омыла
В седло вскочила
По лугам скакала
Любимого искала
Парень лежит
Стрелой прошит
Рядом ёго меч
Ёго надо беречь
Дева парня любила
Рану омыла
Чістой тканью обвязала
А потом целовала

Милая дева
Ты моя королёва
Коня напой
Ради тебя скачу в бой

Сабля крива
Родная сестра
Клинком выразну
Врагов изрублю

Пушки стреляют
Огонь извергают
Как коса стебельков
На землю валят врагов

Пули свинцовые
Как пчелы суровые
Мимо летают
Меня не убивают

Меткий мой пистолеты
Врагу пошады нет
Но хочется домой
К невесте молодой

Сокол по небу идет
Письмо возлюбленной несе
Когда она ёго простоту
Ее сердце от радости запоет

С Победой я вернутся
Любимой девушке улыбнулся
За службу усадьбу получки
Там с девушкой живу и люблю

Лилия белая
Девушка смелая
Над полём летает
"Месершмитов" сбивает
Немцы побегут
Но лишь гибель найдуть

Ну вот, я и покинул психушку. Там было довольно скучно. И я сразу же купил себе старинный письменный стол чтобы поставить на нем компютер. Хочется научить девушку стрелять из арбалета, я прикреплю коллиматорный прицел и к простому, и к скорострельному арбалету...

А она все меня ждет. Моя первая и настояшая любовь. Рыжая ведьма. Оказалась, она даже всегда читает мои стихи... И я хочу ей подарить меч, саблю и шпагу. Меч я купил в оружейном магазине, саблю купил на базаре, ну а шпагу сделал сам...

Вот девушка призналась мне, что купить кожаную одежду для нее не составляет труда, и у нее есть даже джип... Могу ли я быть хоть немножко ей полезен? Ну, я должен учить ее лихо водить мотоцикл. Сначала более легкий, а потом уже тяжелый... Мчаться по лесам и болотам... Стать крепкой, мотоцикл выташить и даже поднять... Как я...