Расскажите о себе
Вика
Мудрость форума: Время для себя
- Самая сложная скороговорка528 ответов
- Увлекаюсь пирсингом!525 ответов
- Фильмы, основанные на реальных событиях534 ответа
- Кто помнит сериалы 90-х годов?6 412 ответов
- Посоветуйте фильм, от которого хочется плакать711 ответов
- Не с кем обсудить книги535 ответов
- Ходите ли вы в церковь?452 ответа
- Посоветуйте, пожалуйста, какой фильм посмотреть580 ответов
- Положительные герои каких советских фильмов вас раздражают?804 ответа
- В чем величие классической литературы?495 ответов
45 ответов
Последний —
Перейти
Влад
Не советую этим заниматься. Потом сумасшедшие бабки форума будут вам носом тыкать фактами о вашей жизни в негативном ключе.
Гость
Не советую этим заниматься. Потом сумасшедшие бабки форума будут вам носом тыкать фактами о вашей жизни в негативном ключе.
белорусского инцела - тролля обидели
он на вумане о себе все выложил
всю подноготную гадкую и стремную
и побежал российских женщин троллить
а тут ему и прилетает в табло его биография)))))
обидно. троллить не удается
над ним смеются - кто он в реале
так хоть бабками назвать сумасшедшими
скрипя зубами
он на вумане о себе все выложил
всю подноготную гадкую и стремную
и побежал российских женщин троллить
а тут ему и прилетает в табло его биография)))))
обидно. троллить не удается
над ним смеются - кто он в реале
так хоть бабками назвать сумасшедшими
скрипя зубами
Лана
Почему бы тебе для начала о себе не рассказать?
Гость
Я немолодая толстая кассирша, форум мое хобби. Единственное, на которое хватает денег
Фурухольмен
Можно. А зачем ?
Гость
Вика
Сообщение было удалено
троллька - разводчица
от этого твоя тема не наполнится комментами
сидеть с разных номерков сама с собой будешь трещать
от этого твоя тема не наполнится комментами
сидеть с разных номерков сама с собой будешь трещать
Эксперты Woman.ru
-
Елизавета ПолетПсихолог4 963 -
Яковенко ДанилПсихолог11 ответов -
Золотых Вера ВладимировнаПсихолог199 ответов -
Абрамов СергейПсихолог314 ответов -
Светлана ТатьяненкоПсихолог17 ответов -
Екатерина МетляеваПсихолог111 ответов -
Кулик Елена БорисовнаСемейный психолог10 ответов -
Владислав ПоляковКоуч индивидуального...36 ответов -
Сергей ГубановПсихолог23 ответа -
Виктория ТолкачеваПсихолог1 ответ
Недавно писала рассказ) У меня муж писатель, вдохновил) Выложу вам)
Здесь есть небольшие отклонения - в рассказе я на 7 лет младше, в реальности живу пока ещё в России, работаю вирусологом. Мне просто интересно помечтать и представить себя в разных мирах. Но суть очень похожая.
Моя анатомия. Рассказ Снежаны Роуз о себе (расширенная версия)
Часть первая. О теле, которое не сдалось
Меня зовут Снежана Себастьяновна Роуз. Мне двадцать шесть лет, и каждое утро, просыпаясь, я делаю вдох. Обычный, казалось бы, жест. Но для меня — это ритуал благодарности. Потому что последние полгода я дышу новыми лёгкими. И это самый прекрасный подарок, который я когда-либо получала.
Смотрю на себя в зеркало — и вижу то, что многие назвали бы фарфоровой куклой. Сто пятьдесят один сантиметр хрупкости. Сорок килограммов, которые я ношу с гордостью, а не со стыдом. Параметры 74-53-81 — не модельные, а мои, единственные в своём роде. Серебристые волосы — не седина, не болезнь, это просто моя природа. Тонкая и гладкая кожа, похожая на белый мрамор с прожилками-венами. И голубые глаза, которым говорили: «Ты не выживешь». Я выжила. Много раз.
Моё тело — это карта. Карта шрамов, операций, побед. Под левой грудью — след от первого протеза клапана, годовалому ребёнку. Чуть выше — полоска после чистки кист, когда в десять лет я впервые поняла, что значит дышать полной грудью. Ещё один рубец — зашив разрыва лёгкого в шестнадцать, после плеврита, который чуть не забрал меня. И самый заметный — кесарево, от которого родилась моя Кристина, годовалая хохотушка, ради которой стоило жить. И свежий, ещё розовый — под ключицей, от трансплантации лёгких. Я не прячу эти линии. Я ношу их как ордена. Как доказательство того, что я сильнее.
На шее у меня цепочка. Тонкая, серебряная, с подвеской в виде птицы, несущей в клюве алмаз. Коля подарил, когда мы только начали встречаться. И сказал: «Этот алмаз — из пепла твоих старых лёгких. Ты сожгла болезнь. А птица — твоё новое дыхание». На цепочке гравировка: «Моя птица дышит». Я никогда её не снимаю. Даже на флюорографию — тогда просто прячу под язык. Это не украшение. Это оберег. Это обещание, что я буду дышать. Всегда.
Часть первая. О теле, которое не сдалось
Меня зовут Снежана Себастьяновна Роуз. Мне двадцать шесть лет, и каждое утро, просыпаясь, я делаю вдох. Обычный, казалось бы, жест. Но для меня — это ритуал благодарности. Потому что последние полгода я дышу новыми лёгкими. И это самый прекрасный подарок, который я когда-либо получала.
Смотрю на себя в зеркало — и вижу то, что многие назвали бы фарфоровой куклой. Сто пятьдесят один сантиметр хрупкости. Сорок килограммов, которые я ношу с гордостью, а не со стыдом. Параметры 74-53-81 — не модельные, а мои, единственные в своём роде. Серебристые волосы — не седина, не болезнь, это просто моя природа. Тонкая и гладкая кожа, похожая на белый мрамор с прожилками-венами. И голубые глаза, которым говорили: «Ты не выживешь». Я выжила. Много раз.
Моё тело — это карта. Карта шрамов, операций, побед. Под левой грудью — след от первого протеза клапана, годовалому ребёнку. Чуть выше — полоска после чистки кист, когда в десять лет я впервые поняла, что значит дышать полной грудью. Ещё один рубец — зашив разрыва лёгкого в шестнадцать, после плеврита, который чуть не забрал меня. И самый заметный — кесарево, от которого родилась моя Кристина, годовалая хохотушка, ради которой стоило жить. И свежий, ещё розовый — под ключицей, от трансплантации лёгких. Я не прячу эти линии. Я ношу их как ордена. Как доказательство того, что я сильнее.
На шее у меня цепочка. Тонкая, серебряная, с подвеской в виде птицы, несущей в клюве алмаз. Коля подарил, когда мы только начали встречаться. И сказал: «Этот алмаз — из пепла твоих старых лёгких. Ты сожгла болезнь. А птица — твоё новое дыхание». На цепочке гравировка: «Моя птица дышит». Я никогда её не снимаю. Даже на флюорографию — тогда просто прячу под язык. Это не украшение. Это оберег. Это обещание, что я буду дышать. Всегда.
Часть вторая. О семье — моей крепости
Мои родители — это земля и небо. Мама, Лилия, музыкант. Её руки пахнут рояльными клавишами и бесконечным терпением. Это она сидела со мной во время дренажных массажей, это она не спала ночами, когда у меня была температура. Папа, Себастьян, археолог. Он искал древности по всему миру, но всегда возвращался ко мне. Я помню, как в три года он держал меня за руки, когда я училась ходить. Его ладони были шершавыми от экспедиций, но такими надёжными, что казалось — весь мир может рухнуть, а он удержит.
И Коля. Николай Протопопов. Мой бывший муж, который остался моим другом, отцом нашей дочери и самым лучшим читателем моих мыслей. Мы познакомились в 2034 году, когда я уже почти смирилась с тем, что одиночество — это удел слабых. А оказалось, что слабость не мешает любить. Мы развелись быстро — его характер оказался слишком… творческим. Но наша дружба? Она крепче многих браков. Он пишет книги. Целых две уже посвятил мне. «Анатомия Снежаны Роуз» и «Вперёд к сибирскому Таити». Их он приносит мне первыми, ещё в черновиках, и я читаю, смеясь и плача, потому что он видит меня — всю, без прикрас. А ещё он работает экскурсоводом на туристическом поезде и инженером на железной дороге. И говорит, что каждый путь начинается с маленького шага. Или с маленького вдоха.
Часть третья. О путешествиях и доме
Новосибирск — город моего детства и юности. Я закончила НГМУ в 2031 году и сразу стала работать врачом по оздоровительным процедурам на базе отдыха. Массаж, физиотерапия, пароуглекислые ванны — я помогаю телу отдыхать так, как сама научилась ценить каждое его движение. И, конечно, регулярно прохожу диагностику сама. Флюорография и электрокардиограмма раз в полгода — это не страшно, это забота. Я слишком долго боролась, чтобы теперь запускать себя. Поэтому массаж, физио, кислородотерапия — для меня не работа, а образ жизни. Люблю так же ходить в кислородный бар – в отличие от вредного курения кальяна это совершенно безопасно, и очень расслабляет.
Мои родители — это земля и небо. Мама, Лилия, музыкант. Её руки пахнут рояльными клавишами и бесконечным терпением. Это она сидела со мной во время дренажных массажей, это она не спала ночами, когда у меня была температура. Папа, Себастьян, археолог. Он искал древности по всему миру, но всегда возвращался ко мне. Я помню, как в три года он держал меня за руки, когда я училась ходить. Его ладони были шершавыми от экспедиций, но такими надёжными, что казалось — весь мир может рухнуть, а он удержит.
И Коля. Николай Протопопов. Мой бывший муж, который остался моим другом, отцом нашей дочери и самым лучшим читателем моих мыслей. Мы познакомились в 2034 году, когда я уже почти смирилась с тем, что одиночество — это удел слабых. А оказалось, что слабость не мешает любить. Мы развелись быстро — его характер оказался слишком… творческим. Но наша дружба? Она крепче многих браков. Он пишет книги. Целых две уже посвятил мне. «Анатомия Снежаны Роуз» и «Вперёд к сибирскому Таити». Их он приносит мне первыми, ещё в черновиках, и я читаю, смеясь и плача, потому что он видит меня — всю, без прикрас. А ещё он работает экскурсоводом на туристическом поезде и инженером на железной дороге. И говорит, что каждый путь начинается с маленького шага. Или с маленького вдоха.
Часть третья. О путешествиях и доме
Новосибирск — город моего детства и юности. Я закончила НГМУ в 2031 году и сразу стала работать врачом по оздоровительным процедурам на базе отдыха. Массаж, физиотерапия, пароуглекислые ванны — я помогаю телу отдыхать так, как сама научилась ценить каждое его движение. И, конечно, регулярно прохожу диагностику сама. Флюорография и электрокардиограмма раз в полгода — это не страшно, это забота. Я слишком долго боролась, чтобы теперь запускать себя. Поэтому массаж, физио, кислородотерапия — для меня не работа, а образ жизни. Люблю так же ходить в кислородный бар – в отличие от вредного курения кальяна это совершенно безопасно, и очень расслабляет.
Но в 2031 году в России начались беспорядки. Мы с родителями переехали в Улан-Батор. Монголия встретила меня степным ветром и небом, в котором хочется раствориться. Пятнадцать дней в месяц я снимаю апартаменты рядом с базой — работа не терпит компромиссов. Остальное время живу с родителями в их двухкомнатной квартире. И часто гостю у Коли — он живёт недалеко, мы вместе воспитываем Кристину, вместе пьём чай, спорим о стихах.
А ещё я путешествую. Много. И неважно, что иногда нужен кислородный баллончик или регулярные паузы для отдыха. Я была на Байкале, в горах Алтая, даже летала в Японию, когда границы были открыты, в ту самую «Ведьмину службу доставки» — место, которое стало реальностью. Я верю, что мир слишком красив, чтобы сидеть дома из-за страха.
Часть четвёртая. О музыке, которая лечит
Музыка — это воздух для души. Я слушаю разное, и каждый жанр — про разное моё состояние.
Rammstein. Их триллеры, индустриальные ритмы, голос Тилля — это когда во мне просыпается ярость. Та самая, которая помогла выжить в реанимации в десять лет. «Mutter», «Mein Herz brennt», «Ohne dich» — это гимны моей боли и моей силы.
Myrkur. Фолк-рок с женским вокалом, чистым, как северное сияние. Это когда я одна в степи, смотрю на звёзды и чувствую, что я — часть чего-то древнего и большого.
Blackmore's Night. Кэнтерберийские баллады, средневековые мотивы. Это для вечеров с книгой, для моментов, когда хочется плакать от красоты мира. Ричи Блэкмор и Кэндис Найт поют так, будто я в замке у камина.
Мельница. Российская этническая группа, голос Хелависы — это моя кровь, мои корни. «Дороги», «Баллада о борьбе», «Прощай» — это песни о пути, о потере и о возвращении. Я напеваю их Кристине перед сном, и она засыпает с улыбкой.
А ещё я путешествую. Много. И неважно, что иногда нужен кислородный баллончик или регулярные паузы для отдыха. Я была на Байкале, в горах Алтая, даже летала в Японию, когда границы были открыты, в ту самую «Ведьмину службу доставки» — место, которое стало реальностью. Я верю, что мир слишком красив, чтобы сидеть дома из-за страха.
Часть четвёртая. О музыке, которая лечит
Музыка — это воздух для души. Я слушаю разное, и каждый жанр — про разное моё состояние.
Rammstein. Их триллеры, индустриальные ритмы, голос Тилля — это когда во мне просыпается ярость. Та самая, которая помогла выжить в реанимации в десять лет. «Mutter», «Mein Herz brennt», «Ohne dich» — это гимны моей боли и моей силы.
Myrkur. Фолк-рок с женским вокалом, чистым, как северное сияние. Это когда я одна в степи, смотрю на звёзды и чувствую, что я — часть чего-то древнего и большого.
Blackmore's Night. Кэнтерберийские баллады, средневековые мотивы. Это для вечеров с книгой, для моментов, когда хочется плакать от красоты мира. Ричи Блэкмор и Кэндис Найт поют так, будто я в замке у камина.
Мельница. Российская этническая группа, голос Хелависы — это моя кровь, мои корни. «Дороги», «Баллада о борьбе», «Прощай» — это песни о пути, о потере и о возвращении. Я напеваю их Кристине перед сном, и она засыпает с улыбкой.
Часть пятая. О мультфильмах, которые сформировали меня
Я выросла на аниме и добрых сказках. И до сих пор пересматриваю их, когда грустно или когда просто хочется в детство.
От Миядзаки: «Унесённые призраками» — история о том, как девочка спасает родителей, даже когда весь мир против. «Ходячий замок» — о любви, которая снимает проклятия. «Ведьмина доставка» — о взрослении, о крыльях, которые появляются, когда ты перестаёшь бояться. «Её заветное желание» — грустная и красивая история о девочке с проблемой здоровья.
Российские и европейские: «Головоломка» — о том, что грусть важна. «Анастасия» — о поиске дома. «Бременские музыканты» и «Домовёнок Кузя» — из детства, уютные и родные. «Сказочный патруль» — смотрим с дочкой, ей нравится, а мне приятно вспоминать юность.
Из нового, что полюбила: «Панда большая и маленькая» — нежный и тихий мультфильм о девочке и двух пандах. «Глупый свин и девочка зайка» — странный, сюрреалистичный, но в нём есть какая-то чистая, незамутнённая правда. И «Beyblade» — да, я смотрела его в подростковом возрасте, и мне нравилась динамика.
Часть шестая. О книгах, которые сформировали меня
У Коли две книги обо мне. «Анатомия Снежаны Роуз» — почти документальная, о моих операциях, страхах и любви. «Вперёд к сибирскому Таити» — приключенческая, где я путешествую по мифическим землям. Он пишет красиво, мне кажется, я в этих книгах лучше, чем в жизни. Но он говорит: нет, ты именно такая.
Ещё я люблю:
• «Тревожные люди» Бакмана — о том, что все мы, по сути, идиоты, которые просто хотят быть любимыми.
• «Всё красное» — юмористический детектив Иоанны Хмелевской
• «Лолита» Набокова — спорная, но прекрасная. О красоте, которую невозможно удержать.
• «Таинственный сад» — книга из детства, о том, как природа исцеляет.
• «Мастер и Маргарита» — о любви сильнее страха, о силе, которая даётся тем, кто верит.
• «Гранатовый браслет» Куприна — о безответной, но чистой любви, которая становится благословением.
Я выросла на аниме и добрых сказках. И до сих пор пересматриваю их, когда грустно или когда просто хочется в детство.
От Миядзаки: «Унесённые призраками» — история о том, как девочка спасает родителей, даже когда весь мир против. «Ходячий замок» — о любви, которая снимает проклятия. «Ведьмина доставка» — о взрослении, о крыльях, которые появляются, когда ты перестаёшь бояться. «Её заветное желание» — грустная и красивая история о девочке с проблемой здоровья.
Российские и европейские: «Головоломка» — о том, что грусть важна. «Анастасия» — о поиске дома. «Бременские музыканты» и «Домовёнок Кузя» — из детства, уютные и родные. «Сказочный патруль» — смотрим с дочкой, ей нравится, а мне приятно вспоминать юность.
Из нового, что полюбила: «Панда большая и маленькая» — нежный и тихий мультфильм о девочке и двух пандах. «Глупый свин и девочка зайка» — странный, сюрреалистичный, но в нём есть какая-то чистая, незамутнённая правда. И «Beyblade» — да, я смотрела его в подростковом возрасте, и мне нравилась динамика.
Часть шестая. О книгах, которые сформировали меня
У Коли две книги обо мне. «Анатомия Снежаны Роуз» — почти документальная, о моих операциях, страхах и любви. «Вперёд к сибирскому Таити» — приключенческая, где я путешествую по мифическим землям. Он пишет красиво, мне кажется, я в этих книгах лучше, чем в жизни. Но он говорит: нет, ты именно такая.
Ещё я люблю:
• «Тревожные люди» Бакмана — о том, что все мы, по сути, идиоты, которые просто хотят быть любимыми.
• «Всё красное» — юмористический детектив Иоанны Хмелевской
• «Лолита» Набокова — спорная, но прекрасная. О красоте, которую невозможно удержать.
• «Таинственный сад» — книга из детства, о том, как природа исцеляет.
• «Мастер и Маргарита» — о любви сильнее страха, о силе, которая даётся тем, кто верит.
• «Гранатовый браслет» Куприна — о безответной, но чистой любви, которая становится благословением.
Часть седьмая. Мой гардероб — моё настроение
У меня нет «стиля». Есть настроение, и одежда — его продолжение. Я люблю своё тело, поэтому не прячу его. Ношу то, что нравится.
• Синяя кожаная куртка + синяя кожаная юбка — для дерзкого настроения, для выхода в город. Под них — белый топик с открытыми плечами и спиной. Чувствую себя рок-звездой.
• Белый топик (уже упомянутый) + брюки с рубашкой, завязанной на поясе — образ для прогулок. Свободный, лёгкий.
• Платье-рубашка с полосатыми рукавами голубого цвета — для работы, для визитов к родителям. Уютное и женственное одновременно.
• Чёрная кожаная юбка с меховым краем — это для свиданий (да, бывают иногда) или для творческих вечеров с Колей.
• Шапка-боярка — зимой, с сапогами и длинным пальто. Обожаю этот образ — в нём есть и русская сказка, и современность.
• Летняя майка до колен с аниме-рисунком + мини-шорты — дома, на пляже, на природе. Иногда поверх — ничего.
• Длинное серебристое готическое платье — для особых вечеров, для фотосессий, для того, чтобы чувствовать себя героиней фэнтези.
• Тёмно-серая шёлковая жилетка на обнажённое тело + юбка карго — мой любимый домашний или летний уличный образ. Ткань скользит по коже, открывая грудную клетку. Я часто оголяю её — потому что здесь живёт моё дыхание. Потому что это красиво.
• Домашний банный халат — махровый, тёплый, после ванн. В нём я читаю, рисую, слушаю музыку. Иногда просто сижу на балконе и смотрю на закат.
Обувь: туфли на невысоком каблуке для города, сапоги зимой — тёплые, меховые. Удобство важнее высоты платформы.
У меня нет «стиля». Есть настроение, и одежда — его продолжение. Я люблю своё тело, поэтому не прячу его. Ношу то, что нравится.
• Синяя кожаная куртка + синяя кожаная юбка — для дерзкого настроения, для выхода в город. Под них — белый топик с открытыми плечами и спиной. Чувствую себя рок-звездой.
• Белый топик (уже упомянутый) + брюки с рубашкой, завязанной на поясе — образ для прогулок. Свободный, лёгкий.
• Платье-рубашка с полосатыми рукавами голубого цвета — для работы, для визитов к родителям. Уютное и женственное одновременно.
• Чёрная кожаная юбка с меховым краем — это для свиданий (да, бывают иногда) или для творческих вечеров с Колей.
• Шапка-боярка — зимой, с сапогами и длинным пальто. Обожаю этот образ — в нём есть и русская сказка, и современность.
• Летняя майка до колен с аниме-рисунком + мини-шорты — дома, на пляже, на природе. Иногда поверх — ничего.
• Длинное серебристое готическое платье — для особых вечеров, для фотосессий, для того, чтобы чувствовать себя героиней фэнтези.
• Тёмно-серая шёлковая жилетка на обнажённое тело + юбка карго — мой любимый домашний или летний уличный образ. Ткань скользит по коже, открывая грудную клетку. Я часто оголяю её — потому что здесь живёт моё дыхание. Потому что это красиво.
• Домашний банный халат — махровый, тёплый, после ванн. В нём я читаю, рисую, слушаю музыку. Иногда просто сижу на балконе и смотрю на закат.
Обувь: туфли на невысоком каблуке для города, сапоги зимой — тёплые, меховые. Удобство важнее высоты платформы.
Часть восьмая. О натуризме и эротике как искусстве
Я натуристка. Не для эпатажа, а для свободы. Кожа должна дышать. Тело не должно стыдиться себя. Обнажённое тело — не порнография. Это скульптура, это живопись, это возвращение к первоначальному замыслу природы. Плавание топлесс, отдых на природе без одежды, медитация в тишине — это не про секс. Это про доверие к миру и себе.
Но про секс я тоже не молчу. Тантрический секс — это дышание на двоих, это энергия, это когда границы исчезают, но ты остаёшься в полной безопасности. Плавание с дельфинами топлесс — одно из самых эротических воспоминаний: тёплая вода, умные глаза животных, полное слияние с природой. Эротические фотосессии в костюмах персонажей книг Коли — это игра, театр, где я могу быть кем угодно: загадочной колдуньей, смелой путешественницей, хрупкой принцессой.
Моё тело — не объект стеснения. Оно красиво. Шрамы делают его интереснее, как трещинки на старом фарфоре. Цепочка на шее, птица с алмазом из пепла — напоминание о том, что я сожгла свою болезнь. И теперь могу жить. Полной грудью.
Часть девятая. Волонтёрство и забота о других
Я прихожу в детские хосписы. Не как врач, не как благотворитель, а как «такая же». Я сажусь на край кровати к ребёнку, который боится игр и не верит в завтра. И говорю: «Смотри. Мне говорили, что я не выживу. А я родила дочь. Я пишу стихи с мужем. Я пересадила лёгкие. Если смогла я — такая маленькая, слабая, сломанная — то и ты сможешь. Не сегодня. Может, не завтра. Но однажды».
Моя хрупкость становится паролем. Им не страшно открыться мне. Потому что я не пришла их спасать. Я пришла просто быть рядом. Дышать с ними в одном ритме.
Я натуристка. Не для эпатажа, а для свободы. Кожа должна дышать. Тело не должно стыдиться себя. Обнажённое тело — не порнография. Это скульптура, это живопись, это возвращение к первоначальному замыслу природы. Плавание топлесс, отдых на природе без одежды, медитация в тишине — это не про секс. Это про доверие к миру и себе.
Но про секс я тоже не молчу. Тантрический секс — это дышание на двоих, это энергия, это когда границы исчезают, но ты остаёшься в полной безопасности. Плавание с дельфинами топлесс — одно из самых эротических воспоминаний: тёплая вода, умные глаза животных, полное слияние с природой. Эротические фотосессии в костюмах персонажей книг Коли — это игра, театр, где я могу быть кем угодно: загадочной колдуньей, смелой путешественницей, хрупкой принцессой.
Моё тело — не объект стеснения. Оно красиво. Шрамы делают его интереснее, как трещинки на старом фарфоре. Цепочка на шее, птица с алмазом из пепла — напоминание о том, что я сожгла свою болезнь. И теперь могу жить. Полной грудью.
Часть девятая. Волонтёрство и забота о других
Я прихожу в детские хосписы. Не как врач, не как благотворитель, а как «такая же». Я сажусь на край кровати к ребёнку, который боится игр и не верит в завтра. И говорю: «Смотри. Мне говорили, что я не выживу. А я родила дочь. Я пишу стихи с мужем. Я пересадила лёгкие. Если смогла я — такая маленькая, слабая, сломанная — то и ты сможешь. Не сегодня. Может, не завтра. Но однажды».
Моя хрупкость становится паролем. Им не страшно открыться мне. Потому что я не пришла их спасать. Я пришла просто быть рядом. Дышать с ними в одном ритме.
Часть десятая. Моя философия
Меня часто спрашивают: как ты не сломалась? А я не знаю. Просто… когда у тебя с рождения муковисцидоз, лёгочная гипертензия и больное сердце, у тебя нет времени на жалость. Ты учишься радоваться каждому дню, каждому вдоху, каждому смеху дочери.
Я регулярно проверяю лёгкие — флюорография раз в полгода. Сердце — ЭКГ. Иммунитет — анализы. Это не паранойя. Это уважение к телу, которое столько вынесло. Я благодарна ему. Я не насилую его диетами или тренировками. Я даю ему отдых, кислород, массаж, ванны. Я прислушиваюсь к нему.
Моя слабость — это моя скрытая сила. Она сделала меня доброй. Она научила меня не судить, а понимать. Она заставила меня ценить каждое живое существо — от человека до морской свинки (у нас их двое: Пушистый Мурзик и голенький "бегемотик" Шоколад — и они самые лучшие слушатели на свете). Моё тело — не тюрьма, а храм. И в этом храме я служу богине жизни, которая сказала мне: «Ты выживешь. Не потому что ты сильная. А потому что ты не умеешь сдаваться».
Сейчас, после трансплантации, жизнь стала другой. Я больше не задыхаюсь после двух лестничных пролётов. Я могу бегать за Кристиной по парку. Могу, наконец, выспаться без кислородного концентратора. Но главное — я чувствую себя не больной, а живущей.
И мир прекрасен как всегда. В детстве я чаще переживала из-за политических событий – коронавирус, СВО, идеологический кризис с 2030 года. Но чудеса случаются чаще. Пандемия отступила, астрологические апокалипсисы оказались ложью. Главное – сохранять спокойствие и веру в лучшее в любой ситуации.
Мне двадцать шесть. Кто-то в этом возрасте только начинает искать себя. А я уже нашла. И готова делиться этой находкой с каждым, кто захочет слушать.
Моё имя — Снежана Себастьяновна Роуз. И это — моя анатомия.
Меня часто спрашивают: как ты не сломалась? А я не знаю. Просто… когда у тебя с рождения муковисцидоз, лёгочная гипертензия и больное сердце, у тебя нет времени на жалость. Ты учишься радоваться каждому дню, каждому вдоху, каждому смеху дочери.
Я регулярно проверяю лёгкие — флюорография раз в полгода. Сердце — ЭКГ. Иммунитет — анализы. Это не паранойя. Это уважение к телу, которое столько вынесло. Я благодарна ему. Я не насилую его диетами или тренировками. Я даю ему отдых, кислород, массаж, ванны. Я прислушиваюсь к нему.
Моя слабость — это моя скрытая сила. Она сделала меня доброй. Она научила меня не судить, а понимать. Она заставила меня ценить каждое живое существо — от человека до морской свинки (у нас их двое: Пушистый Мурзик и голенький "бегемотик" Шоколад — и они самые лучшие слушатели на свете). Моё тело — не тюрьма, а храм. И в этом храме я служу богине жизни, которая сказала мне: «Ты выживешь. Не потому что ты сильная. А потому что ты не умеешь сдаваться».
Сейчас, после трансплантации, жизнь стала другой. Я больше не задыхаюсь после двух лестничных пролётов. Я могу бегать за Кристиной по парку. Могу, наконец, выспаться без кислородного концентратора. Но главное — я чувствую себя не больной, а живущей.
И мир прекрасен как всегда. В детстве я чаще переживала из-за политических событий – коронавирус, СВО, идеологический кризис с 2030 года. Но чудеса случаются чаще. Пандемия отступила, астрологические апокалипсисы оказались ложью. Главное – сохранять спокойствие и веру в лучшее в любой ситуации.
Мне двадцать шесть. Кто-то в этом возрасте только начинает искать себя. А я уже нашла. И готова делиться этой находкой с каждым, кто захочет слушать.
Моё имя — Снежана Себастьяновна Роуз. И это — моя анатомия.
Модератор Надежда с моб.
Сообщение было удалено
К психиатру вам обратиться бы не помешало, если вас так задевает рассказ в котором совершенно нет наезда. Кому надо, тот послушает.
Гость
Модератор Надежда с моб.
Сообщение было удалено
Они все со своими шизо-рассказами, лофи, эльза и эта еще поэтесса, думают, что их кто то читает🤣 и что кому то, это творчество тут упало вообще😅такое самомнение, что пистец просто😹
Форум: Время для себя
Всего: 50 966 тем
Новые темы за сутки: 16 тем
- Купание голышом56 ответов
- Воскресный обед холостяка25 ответов
- Вкусная еда56 ответов
- Я очень скучаю за лагерям,прям очень сильно11 ответов
- Нормально ли ходить в клуб одной8 ответов
- Слушаете?19 ответов
- Посоветуйте фильм на вечер10 ответов
- Поняла что хорошо жить можно только без увлечений8 ответов
- Посоветуйте фильм ужастик24 ответа
- Какой самый ужасный мультик, который выглядит как детский вы видели?6 ответов
Популярные темы за сутки: 6 тем
- Шалаш под дождём, но с камином167 265 ответов
- Темы наших любимых литературных персонажей106 319 ответов
- Недобаффет и новогоднее настроение91 021 ответ
- Без политики обо всём81 632 ответа
- Салон Анны Павловны Шерер: осиное гнездо или оазис культуры?80 316 ответов
- Купание голышом56 ответов
- Вкусная еда56 ответов
- Воскресный обед холостяка25 ответов
- Я очень скучаю за лагерям,прям очень сильно11 ответов
- Нормально ли ходить в клуб одной8 ответов
Следующая тема
Предыдущая тема
Чем в жизни занимаетесь,увлекаетесь