Венец Искриды (14)

"ПРИВЕТСТВУЕМ ТЕБЯ, ГЕРА!"

Искрида продолжала:
"Когда мы все четверо отошли ото сна, то Сириус уже виделся маленькой звездочкой. Хоть и достаточно яркой.
Закончился первый телепортационный скачок космолета, предстояло еще 11, Но мы уже удалились от родного Сириуса на 5 световых лет, прошло четверо суток полета.
Спустя сутки намечен другой скачок. Всего лишь сутки. Поэтому и было решено увеличить число скачков аж до 12 (и, как следствие, продлить время пути), чтобы свести к минимуму опасные промежутки времени.
Во время телепортационного скачка космолету и его экипажу ничего не угрожает, он как бы растворяется в пространстве, и становится неуязвимым от шальных малых небесных тел.
Так что теперь опасный промежуток времени, в течение которого космолет был уязвим от комет и метеоритов, был сведен к минимуму. Но все же не к нулевой отметке. Между двумя телепортациями космолета должно пройти не менее суток..."
"Итак, закончился первый скачок. Какие ощущения были у тебя, у экипажа?" - спросила я доблестную Искриду.
"Ощущение тревоги. Доселе непознанной тревоги. Ведь кругом - сплошная "звездная ночь", сотни тысяч звезд, и наш Сириус - всего лишь одна из них.
Чуствуешь себя всего лишь микрочастицей того, что от воли твоей не зависит.
Постоянно мелькали кометы и метелриты. Уже после первого скачка мы наблюдали множество таких явлений. Почти сразу после первого скачка мимо нас пролетела огромная комета. Как показали приборы, она проскочила на удалении всего в 10 тысяч километров от нас. Космолет угрожающее завибрировал, зазвенели стаканы на столе...
Наибольшее беспокойство было свойственно мужчинам - ученым-исследователям. Приходилось давать им коньяк, чтоб им было спокойнее.
И вот примерно два месяца спустя, когда весь экипаж вышел из *** последнего (двенадцатого) телепортационного скачка, на вечно темном космическом небе все увилели большую необычно яркую звезду. Ярче Сириуса. Но, как установили ученые экспедиции - соразмерную с ним...
Приветствуем тебя, Гера!
Продолжу